Джорджино

В своих клипах, каждый из которых стал маленьким шедевром, она воплощала непростые судьбы. Нежелающий взрослеть ребенок, оживающая кукла, прекрасная беглянка, социальный изгой... Во всех образах она была естественна, каждую роль проживала и проносила через все свое существо, но главным ее типажом стала распутная женщина – проститутка, что без сожаления поет о своем выборе. Короткометражного шедевра «Libertine», как и прочих музыкальных творений Милен Фармер, никогда бы не было, не сведи судьба прекрасную француженку с молодым композитором и режиссером Лораном Бутонна. Это был союз, которому предстояло совершить подлинную революцию нравов, ведь какой-то иной дорогой девушка с тяжелым детством просто не могла пойти. Бутонна заметил в нераскрытом французском цветке вулкан животной сексуальности, нашел для своей музы уникальный стиль, в котором мрачная готика и реки крови соседствовали с небывалым выплеском страстей. Секс и боль, вожделение и страдание, мимолетное счастье и вечная разлука неизменно присутствовали в каждом клипе Милен Фармер, а ее огненные волосы и мраморная кожа укрепляли в сознании уверенность в ее неземном происхождении. Она меняла экранных любовников, каждому дарила минуты трагической страсти, но подобно истинной богине могла принадлежать лишь самой себе. Сам Бутонна не ожидал, что Галатея в одночасье перестанет нуждаться в своем Пигмалионе. Но прежде чем хрупкость союза великолепного режиссера с одаренной певицей стала очевидной, миру был явлен «Джорджино» - трехчасовое готическое кинополотно, которое существует вне жанровых рамок и времени. В крошечном французском поселении весна никогда не сменяет зиму. Снега не сходят с бескрайних полей, природа впала в вечную летаргию и дает о себе знать лишь устрашающей симфонией звуков, в которой наиболее отчетлив волчий вой. Местные жители словно прокляты богом и вобрали в себя самые безобразные черты и все мыслимые пороки. Война гулким эхом доносится до деревни, оставшиеся без мужей и отцов женщины и дети подобны артистам из цирка уродцев. Они вызывают жалость, но их жестокость и безнравственность невозможно оправдать. Неспроста в местной часовне на распятии Христа отсечена голова. Всевышний покинул проклятый край и оставил его обитателей купаться в вонючей жиже своих грехов. Но в жуткой цитадели человеческого разврата есть и та, что воплощает в себе девственную чистоту. Огонь ее волос способен растопить снег, пусть и не повсюду. У нее разум и повадки ребенка, но красота столь совершенна, что единожды устремив взор – более не отведешь. Она по-детски сосет палец, но пылающий женский инстинкт влечет ее к странному гостю Джорджино. Ангельский цветок на мертвых полях, Катрин дарит заплутавшему в своих поисках молодому человеку обжигающий поцелуй. Доктор Джорджио Валли, до войны лечивший неполноценных обездоленных детей, вернулся с фронта и не сумел найти бывших пациентов. Он продолжает искать их, но находит другого ребенка – девушку, которой смерти подобно расти в этом жутком месте. Ненавистью искрится каждая падающая снежинка, в этой деревне молодым влюбленным не выжить. Красота должна быть вырвана из уродливого окружения. Каким мы обычно представляем ад? Пронизанным огненным дыханием земли душным местом, где не затихают крики горечи и раскаяния обреченных грешников. Никто не откликнется на их призыв, только хихикающие черти будут подкидывать дровишки в гигантский котел. Лоран Бутонна породил свой ад, и он окружает трагических влюбленных Джорджио и Катрин повсюду: на едва застывшем болоте, в ужасающей клинике для умалишенных, в поселковом трактире. Нет молодым надежды на понимание, кругом лишь разгул человеческого безумия. Подвал лечебницы – низшая точка грехопадения. В навеки лишившемся света месте царит такой невообразимый смрад, что даже преисподняя представляется более комфортной. Там нет этих полудикарей, от нечеловеческих условий содержания утративших дар речи. Но это подземелье при всей своей жути - лишь один из кругов ада, а есть и другие, даже более опасные в своей обманчивой невинности. Колокол возвестил об окончании войны, Джорджио ведет невесту праздновать помолвку, но в мерзкой корчме их ждет лишь вырождение человеческой сущности. Нежная красота молодого доктора и невинной рыжеволосой девушки слепит глаза чудовищам в женском обличии. Они не выносят ее ангельского лика и до потери чувств заливаются вином, но все тщетно – красоту не загасить. Влюбленные совершили огромную ошибку, когда пришли в это инфернальное место. За них становится страшнее, чем за воюющих солдат. Спасение есть, и оно в холодном лесу, где сходятся дороги искателя Джорджио и беглянки Катрин. Студеные дали - точно вместилище затерянных душ, что хранимы невидимыми стражами. Блаженная девушка твердит про волков, что растерзали тонувших в болоте детей. Верит ли ей доктор или пытается верить – неведомо. Желание устремиться подальше с проклятых земель сильнее всего остального, но и любовь более не терпит промедления. Страсть ярким огнем вспыхивает на стылой земле, и на неустойчивой ледяной глади Эрот окончательно завладевает влюбленными. Но не мог знать Джорджино сущности своей избранницы. Смертельно больной, с перебитым легким, доктор не перестает желать счастья с Катрин, сколь быстротечным бы оно ни было. А вот о чем мечтает безумная – никому не дано постичь. Милен Фармер не так много досталось времени из трех часов готической легенды, но ей хватило бы пары мимолетных сцен, в которых ее великолепие предстало всем своим потусторонним блеском. В ее карих глазах такой знакомый по клипам Бутонна демонический огонек, и все тот же ласкающий слух хрустальный голос. Сколько бы симпатии не вызывал прекрасный Джефф Дальгрен, но и его Джорджино не выйти из тени рыжей богини. Однако те минуты счастья, что дарит она, стоят целой жизни. Когда-то скромная девушка из французской провинции Милен Готье решилась на судьбоносный шаг, и на смену ей пришла мировая знаменитость, икона поп-музыки Милен Фармер. Совершенной красоты женщина отказалась строить актерскую карьеру, и «Джорджино» остался единственным ее полнометражным фильмом. Трагическое кино предстало миру не в свое время, и экранизированный водоворот греха в удивительно-прекрасном снежном обрамлении, и птицами, что поют от боли, не был понят и принят. Ощущение вневременья, благодаря приглушенным тонам в картине Бутонна, не покидает до самых последних кадров. Французский постановщик не знал о судьбе ленты наперед, однако сумел сделать ее актуальной для любой эпохи. Под волчий вой, назло всеобщему ханжеству и разгулу, развернулась пронзительная история настоящей любви, для которой не существует преград. Как медленно падает в кадре снег, так гениальная постановка терпеливо дожидается своего зрителя. Околдовывающая готическая красота этого фильма останется в памяти навсегда. 10 из 10

В 1992 году французский музыкант и режиссер Лоран Бутонна снимает итоговый совместный клип с Милен Фармер - известной певицей и творческой музой композитора на протяжении многих лет. 'Beyond my control' - это завораживающий своей неспешной меланхолией аудио- и видеоряд, ирреальный и сказочный, причудливо отражающий странный мир авторских фантазий. Из туманной темной дымки, окутывающей все пространство вокруг, выступает фигура рыжеволосой женщины, таинственной и многоликой. То ли ведунья, то ли оборотень, она - странный двойник волков, что с ожесточением раздирают в постоянно сменяющихся кадрах свою поверженную добычу. Фармер - соблазнительница с окровавленными руками и одновременно жертва: несущая смерть, гонимая, ненавидимая, но влекущая и желанная... А через два года этот чувственный набросок переходит в фильм 'Джорджино' - загадочную, построенную на аллегориях и символах готическую вселенную, исполненную теми же, словно вышедшими из глубин подсознания, образами. Музыка и визуальный ряд здесь говорят языком чувств, затягивают в омут невысказанного и уже не отпускают. 1918 год. Доктор Джорджио Валли возвращается после войны в интернат для умственно отсталых сирот и узнает, что все его подопечные погибли при странных и загадочных обстоятельствах. Желая разобраться в происшедшей трагедии, молодой человек остается в небольшом селении, куда дети были переведены незадолго до смерти... С самых первых кадров внешне реалистичное действие картины погружает в совершенно особый мир, где все двоится, звучит и перекликается. Знакомый гротескный образ психбольницы привычно параллелит реальность: здесь жертвы людского безумия отмечены кровавой полосой на шее - той, что осталась у отколотой головы статуи Христа в деревенской церкви. А мучительная пытка ледяных принудительных ванн лечебницы странно пародирует промерзшую воду лесного болота, поглотившего беззащитные тела ребят. В этом мире женщины лишены милосердия, а их потомство - жалости. Тут убивают лошадей, точно человеческие души. Им завязывают глаза, чтобы они не видели жуткий оскал призрачных волков, чей вой, сливаясь со стонами вьюги, слышен вдали как постоянный гул незримо надвигающейся беды. Здесь дети и юродивые гонимы и истребляемы, подобно некогда веселой и звонкой игрушке, втоптанной в грязь тяжелым колесом телеги. И явь постепенно начинает тускнеть и замерзать, взимая 'взрослую' плату за маленькие могилки с покосившимися крестами. Приглушенное тонами сепии ветреное и холодное пространство картины покрыто мглой, занесено снегами, исполнено призвуками и намеками, безумным хохотом, заунывными песнями, тихой смертью и безмолвными воплями. Милен Фармер огненно-рыжим пятном выделяется на по-старинному выцветшем фоне картины. Странная девушка Катрин, почти ребенок, 'дурочка' - она и здесь центр: чуть переосмысленный и расширенный образ из видеоклипа. Как и Джорджино, она носительница той детской искренности, что является сердцевиной и средоточием всего художественного замысла режиссера. Однако ее природная открытость, доходящая порой до имморальности, преисполнена соблазна - какого-то оголенного, естественного эротизма. Создается впечатление, что Бутонна изначально видит в образе Фармер некую стихию, аниму, олицетворение жизни в ее женской ипостаси. Нечто подобное прозревает в ней и главный герой фильма. находя в этой связанной с волками и смертью загадочной девушке парадоксальную 'замену' своим погибшим воспитанникам. А может, они были всего лишь путем к ней? Сам же Джорджино - несколько романтизированный князь Мышкин, милосердный и жертвенный, одновременно очень напоминает кюре из 'Дневника сельского священника'. Это почти осязаемое чувство неприятия и холода, идущее из жизненного окружения, ненавязчивый, но явный христианский подтекст повествования. умирающий, заходящийся спазмами кашля главный герой с 'глазами ангела', который пытается отогреть вечную стужу, что поселилась в сердцах людей, - делает фильм Бутонна удивительно брессоновским по духу. И картина предстает как своеобразное роуд-муви - рассказ о завершающем пути, подготовке души к смерти: от страха и отрицания к приятию и примирению. Вышедший через год джармушевский 'Мертвец' тоже как будто перенимает у 'Джорджино' схожие колорит и настроение, а заодно и тематику 'исхождения' - прощания с земной юдолью, полной несправедливости, жестокости и боли. Устремленность за пределы этого бытия - к тому Царству, что когда-то было заповедано детям. ощущается как один из главных посылов картины французского режиссера. И, конечно же, в столь безусловной обреченности, в нарочито утрированном синкретизме света и тьмы, чистоты и порока отражена известная увлеченность Бутонна поэзией Шарля Бодлера - этого первого символиста и декадента, раскрывшего идею эстетической 'сублимации' страданий. Похожее преображение отчаяния в чувство облегчения и избавления очень тонко передано в финальных кадрах киноленты, где образ волков воспринимается не только и не столько как многозначный символ страха, зла, смерти, но и как некий итог - то знание, что иногда дается человеку в его предсмертный час, подобно кисету табака в пироге индейца, уплывающего в свой последний путь. Чередование крупных и дальних планов, выраженная экспрессия с элементами сюрреализма, умелая игра с контрастами - создают ощущение своеобразного шаманского действа, которым можно охарактеризовать кинематографический метод Бутонна. А фраза маленькой Катрин о птицах, что, должно быть, поют от боли, определяет внутренний нерв всего творчества режиссера, ибо он и есть выразитель и певец этой боли, растворенной в прекрасной музыке, в щемящей, нежной и безысходной любви главного героя, в прозрачной, словно убывающей ауре картины. И на фоне кафкианской безысходности и босховского уродства, как редкий цветок в болотистой чаще, расцветает тихая, светлая и такая пронзительная красота.

Провинциальная церковь с выцветшими красками витражей и замерзшая освещённая вода не выглядят островками спасения. Насилие и боль настигают даже здесь, страдает даже распятие, с фигурой того, кто взял грехи этих людей на себя, и за это тоже. Холод веет отовсюду, призрачная ледяная рука смерти шарит по углам в поисках жизни. Беспокойно горит огонь свечей. Им тоже страшно, их тоже никто не защитит. В бесконечных заброшенных полях заиндевелые ветки, сухие колосья, красивые, но пустые внутри. Ломаются так же легко, как и палочки леденцов. Дует ветер, подхватывая крошечные осколки льда, больно впивающиеся в лицо лишнему здесь Джорджио Волли. Только он не принимает подсказок, он не слушал бы, даже если этот маленький мир закричал бы, надрывая больное горло: «Беги, Джорджино!» Джорджино...Так нежно его в детстве звала мать... Маленькие дети из приюта, не понятые этим миром, ушли к свету, обретя вечный покой. Джорджио Волли вернулся с полей сражений Первой Мировой. Похороненный заживо диагнозом врача он решает увидеть тех самых детей из приюта для умалишенных, за которыми когда-то приглядывал. Конечной станцией путешествия стала затерянная в горах французская деревушка, где Джорджино узнал, что жизнь малышей остановилась, где вообще давно всё остановилось. Движется и кипит лишь злоба местных женщин, которые ждут мужей и сыновей с войны. Растрёпанные, с серыми лицами, будто жительницы гнилых болот, они как страшные ведьмы. «Женщины сошли с ума, кроме моей няни» — поют местные дети тех самых ведьм. Дети — злые волки с желтыми глазами, голодные до чужой боли, упивающиеся чужими страданиями. Только ведьмой все считают другую, непохожую на них Катрин, не погрязшую во мраке этого мира, подобную ребёнку. Огненный оттенок её волос разбавляет умбристую дымку, пропитавшую всё. Становится всё холоднее. Инфантильность Катрин всё усиливается. Она боится от того, что не знает мира, она не знает ни капли жизни. Катрин лишь задувает слабые огоньки церковных свечей. Но злые волки хотят задуть её свечу. Джорджино погружается в болото, где царит сумасшествие. Его доброта воспринимается как болезнь, а доброта к убогим и обречённым тем более. Здесь нет места светлым чувствам, а те лучи, которые смогли пробиться сквозь тьму, исказились. Волли начинает сходить с ума вместе с остальными, он погрузился в чей-то больной сон, наполненный символами, расшифровка которых не способна спасти. Чёрная лошадь, спутник Джорджино — предвестник апокалипсиса, жутких кошмаров и подземного царства, опутанного корнями, мира, где уже нет спасительного воздуха, наполняющего лёгкие жизнью. Джорджино отдал душу этому царству, и оно начало его пожирать изнутри, окружило лесами, пустыми полями, где ветра воют будто волки. Нет грани между сумасшествием и здравым разумом. Психиатрическая больница близ деревушки как пограничный пункт между чистилищем и адом. Если кто-то смог пройти закоулки подвала дурдома, куда однажды спустился Джорджино, значит, он готов. Никто не проходит путь очищения, там превращаются лишь в жутких существ из аидова царства. Но и за пределами психушки дети и взрослые погрязли в хаосе: взрослые как дети решили «поиграть» в войнушку, а дети, подобно взрослым, убивают друг друга, оставляя от этих игрищ лишь покошенные кресты на вскопанной земле, припорошенной белыми хлопьями. Металлическая ленточка лампы еле мерцает. Комнаты тускнеют, лишенные света. Ветер воет, а птицы зимой не поют. Говорят, что птицы поют от боли. Но почему же никто не поёт? Неужели никому не больно? И никто не чувствует мороза, проникшего в каждую клетку, кроме Джорджино. Он расстаётся со шляпой, с уютным пальто. Мёртвым ведь всё равно: озябшие от дыхания смерти тела уже не нуждаются в тепле. Где-то легонько весна коснулась своей ладонью пустынной безлюдной земли, и тепло добралось до облупленных стен и крыши увенчанной крестом. Знаки были при каждом вздохе, только Волли тяжело дышать. Растворился сепийный туман. Растаял лёд в освящённой церковной воде, чтобы спасти жизнь невинному существу. Возможно, это был только сон? Чей-то больной сон.

- Хочешь конфетку? - Дайте мне две и я никому не расскажу про голову Фильм тяжелый, но в то же время атмосферный. Смотришь и полностью погружаешься в этот странный, немного больной и мрачный мир. Все начинается с того, что бывший солдат Джорджо Волли(его играет Джефф Дальгрен, к слову, безумно похожий на Джонни Деппа) с прогрессирующей болезнью легких отправляется искать детей из приюта, с которыми он жил еще до войны и которые ему очень дороги. Так он оказывается в небольшой деревушке, где и происходит все действие фильма. Все жители деревни - злые и противные женщины, ждущие своих мужей с войны. Кажется, без мужчин они совсем одичали. Это они больше всего похожи на волков, которых я ждала на всем протяжении фильма. Сцена в кабаке после объявления окончания войны была просто противна. Гримеры постарались, актрисы, игравшие жительниц, тоже на высоте. Верила каждой. В этой же деревне живет семья, забравшая детей из приюта. Эта семья держится особняком ото всех жителей, у них свой собственный мир, свои проблемы, отличные от проблем остальных людей. В этой семье живет рыжеволосая Катрин - героиня Милен Фармер, стала смотреть фильм из-за нее. Не разочарована, Фармер сыграла на уровне, из нее получился некий наивный ребенок, но в то же время в любой момент готовый постоять за себя. Она спит, посасывая большой палец, сосет грудь у служанки Марии, прокусывая ее аж до крови. Перебор немного, мне так кажется. Хотя это несомненно добавляет фильму мрачности и таинственности. Итак, в фильме вас ждет лес, бескрайние снежные просторы, кладбище с покосившимися крестами и оторванная голова Иисуса. Безысходность в каждом кадре. От фильма так и веет смертью. Хотите нагнать тоску - смотрите, хотите вытащить сильные эмоции - смотрите. 8 из 10

Посмотрел этот фильм по наводке друга, который узнал, что я большой поклонник творчества Милен Фармер. И не пожалел. Лоран Бутонна, бессменный продюсер и клипмейкер Милен, выступил в роли режиссёра — и я не побоюсь назвать его кинематографическое творение шедевром. Сразу покоряют главные герои. Джорджио Валли, солдат и бывший врач, вернувшийся с Первой мировой войны со смертельной болезнью, заставляющей его медленно задыхаться. Поразительно храбрый и самоотверженный человек. От приёмных родителей ему достался интернат, воспитанники которого во время войны были отправлены в приют в глухой деревушке в горах, и, как мы узнаём по ходу фильма, погибли при таинственных обстоятельствах. Милен в роли Катрин де Грас, юной девушки, дочери хозяина приюта, полусумасшедшей — или доведённой до такого состояния ужасом, пережитым во время страшной прогулки с детьми, после которой она вернулась одна, а затем косыми взглядами и открытыми оскорблениями со стороны деревенских женщин, — но при этом по-детски искренней и непосредственной. Они красивы — и их тонкая, эфемерная, трагичная красота противопоставлена уродству деревенских баб — крикливых, толстых, старых, закутанных в убогое тряпьё, сплетниц, развратных алкашек и фарисеек с показной богобоязненностью. Уродству врачей и работников жёлтого дома, лечащих пациентов воистину варварскими способами, упоённых своей безнаказанностью, но в конце концов получающих заслуженное. Великолепна атмосфера фильма. Измученная войной Франция, словно сошедшая со страниц романов Луи-Фердинанда Селина, нищая, укрытая одеялом снега и холодного тумана, мрака лесов и болот. Мир грязи и смерти, жестокости и равнодушия, мир, в котором нет надежды, и даже храм Божий может спасти только лошадь от стаи голодных волков. Отдельный плюс за музыку. Лоран Бутонна проявил себя как замечательный композитор, саундтрек отлично передаёт всю атмосферу мрака и безнадёги. 10 из 10

Небольшая деревушка и находящийся неподалеку приют - место, куда направляется доктор и офицер Джорджо Волли, смахивающий то на Джонни Деппа из 'Сонной лощины', то ( и куда больше) на Генри Кавилла, нового Супермена. Он чудом остался жив после газовой атаки, дошел до самой грани, когда смерть уже дышит в спину. Но, осознание возможной гибели его ничуть не пугает, как не испугали ужасы войны - да и в любом случае в мрачном и таинственном месте, куда он держит путь, его ожидают открытия еще более страшные. Но дети, к которым так рвался Джорджино (как его могла звать мать), все до единого умерли. Небольшая деревушка потому не случайно встречает героя косыми взглядами, а различные слухи и догадки множатся среди народа - рыжеволосая Катрин ( Милен Фармер) виновата во всех этих страшных событиях, по мнению далеко не цивилизованного народа, обитающего в поселении. Нашему герою предстоит распутать этот пугающий, колючий и промерзлый клубок из тайн. Каждый персонаж картины, из тех, кому уделяется больше 5-10 минут имеет в себе какую-то загадку. А начальные предположения по поводу возможной развязки этой истории рушатся, как и мнения о некоторых героях произведения могут поменяться по ходу картины, представив их с неожиданной стороны. Да и сам городок изначально напоминает о 'Сонной лощине' Ирвинга, но потом вспоминается и 'Тень над Инсмутом' Лавкрафта. Но место и сами люди в нем странные, в большинстве своем, да и сам герой тоже будто что-то скрывает, хотя никого ближе из героев фильма к зрителю и нет. Трехчасовая история меж тем движется неспешно, событий мало, и тут единственная придирка и выскакивает - можно было бы подсократить. Напряжение со временем ослабевает, да и в некоторые моменты фильм чуть провисает, становится скучновато, при том, что каждое событие на экране важно для истории, просто подается оно медлительно, с расстановкой. Немало внимания уделено деталям - рисункам, карамелькам, прочим атрибутам эпохи. Атмосфера впечатляет, как и визуал: безысходность и мрачность присутствует даже в светлых сценах, которых в 'Джорджино' ничуть не меньше темных. Это по хорошему мрачная история, темная, мистическая, в которой, вполне вероятно, и нету места фантастике. Отсутствие откровенно нереальных элементов и допускаемая возможность совпадений, пусть и сомнительных - явный намек на то, что происходящее может быть реально, а может и нет, что никак не отменяет того, какой магией пропитана вся картина, обманывающая своей концовкой ожидания в лучшую сторону. Последняя минута - это истинное удивление происходящему на экране, за что создателям отдельное 'Браво!'.

Очень люблю этот фильм. Данная атмосферная драма французского известного композитора и режиссера Лорана Бутонна получилась весьма загадочным и исключительным фильмом. Кино идет почти три часа и погружает в странное, гипнотическое состояние. Все напоминает одну большую загадку, которую так хочется разгадать, все пропитано липкой паутиной паранойи и чем-то холодным, но манящим. Фильм смотрится с большим удовольствием, и мне его сложно с чем-то сравнивать, ведь данная костюмированная драма действительно исключительна, ни на что не похожа и не имеет аналогов, поэтому фильм по-настоящему особенный, и я выделяю его и ценю. Начало 20 века. Главный герой Джорджо Волли, измученный бесконечной войной и сражениями, возвращается в родное место, где когда-то раньше работал. Он хочет увидеть детей, живущих в приюте, но его ждет ужасающая правда. Дети все мертвы, и во круг их гибели ходят уйма слухов. Весь маленький городок винит во всех смертных грехах загадочную Катрин, которая в свою очередь заберет сердце главного героя, ведь он полюбит ее с первого взгляда, не зная, что эта любовь окажется роковой... - Что случилось со всеми детьми? - Их съели волки! Этот фильм я смотрел три раза через несколько лет, и каждый раз замечал в нем что-то новое, что не видел раньше. В этом заключается прелесть работы режиссера. Он все гениально продумал, и каждая сцена без исключения полна некой тайны, загадки. Его фильм можно со временем пересматривать и пересматривать. Я люблю атмосферу в этой картине. Все пропитано чем-то мистическим, необъяснимым, и в этом фильме хочется остаться навсегда. Он как странный, непонятный сон, ведущий к чему-то, к чему-то неизбежному. Французская, знаменитая и неординарная певица Милен Фармер в этом необычном фильме сыграла свою знаменитую роль. Когда-то это было настоящей сенсацией. Вообще, я очень люблю эту певицу, поэтому в качестве актрисы ее было приятно и интересно оценить. Роль загадочной Катрин ей удалась, и Фармер очень долго над ней работала. Получилось что-то просто восхитительное. - А что, если птицы поют от боли? Дуэт известной певице в этом фильме составил красавчик Джефф Дальгрен. Эта роль стала его самой знаменитой, и именно с ней у меня всегда ассоциируется этот актер. Его на этот фильм, я считаю, подобрали идеально. Персонаж ему удался, и вместе с ним зритель и идет по данной, туманной истории. Во второстепенной роли засветилась звезда культового фильма на все времена «Пролетая над гнездом кукушки» холодную Луизу Флетчер. Ей всегда идут такие роли, поэтому она тоже выделялась среди остального актерского состава. Этот фильм, как нечто восхитительное. Он полон неожиданностей и смотрится с широко открытыми глазами. Я люблю в нем каждую сцену, ну а его финал готов пересматривать и пересматривать. Испытываешь различную гамму эмоций при просмотре, поэтому режиссеру спасибо. «Джорджино» - атмосферный и загадочный, драматический триллер 1994 года и подарок на все времена от Лорана Буттона. Об этом фильме не стоит говорить и рассказывать, восторг и эмоции после него сложно объяснить. Данную кинокартину нужно просто оценить самому, ведь внимания она особенно заслуживает. - Ты сказал правду??? - О чем? - Что ты любишь меня… 9 из 10

Последняя осень Первой Мировой. Лейтенанта медицинской службы Джорджо Волли (Джефф Дальгрен) комиссуют после тяжелого отравления фосгеном. Вроде бы и чудом выжил, а что толку в том чуде, если всё равно через несколько месяцев в могилу? До войны он работал в интернате для детей 'со странностями', и хочет провести эти несколько месяцев с ними. Но интернат ещё в начале войны эвакуировали в глухую горную деревушку под надзор некоего доктора Деграса. Туда Волли и отправляется. Деревня выглядит неприветливо: мужчины на фронте, стариков выкосила эпидемия - остались одни озлобленные женщины, точнее - бабы, и их дети. Да, и ещё одноногий священник (Джосс Экланд) И вот тут Джорджо ждёт страшный удар - дети, оказывается, давно умерли при загадочных обстоятельствах. А ещё он познакомится с дочерью доктора - рыжей Катрин (Милен Фармер) - инфантильной девушкой, которую чуть ли не прямым текстом обвиняют в гибели детей... Потрясающе тяжёлый, пессимистичный и красивый фильм. Я узнал о нём в период фанатения от Милен Фармер, ещё в то время, когда о нём, кроме фанатов, никто не знал, и ещё меньшее число смотрело. Я представлял его совсем иначе - чем-то на вид дешёвым и топорным. И уж такого не ожидал. В фильме нет ничего явно мистического - это суровое и реалистичное изображение жизни тыла в той войне. И в то же время все живут в таком первобытном страхе, что и зритель начинает ощущать себя в заколдованном месте. А любовная линия в этом фильме мне почему-то напомнила 'Куклы' Такеши Китано. Отвергнутые миром влюблённые, которых 'светлое чувство' неумолимо ведёт к гибели. Волли хочет спасти Катрин, этот осколок убитого детства, хочет увезти её - но любые его активные действия сталкивают его, уже обречённого, в зиму и холод... Такой безысходности вы ещё не видели.