Рассекая волны

Я долго не могла начать писать об этом фильме. Потому что как можно рассказать о чём-то, что прошло не по глазам — по горлу? Что врезалось в тебя не кадрами, а ощущением, как будто внутри что-то потрескалось. Тонко. Беззвучно. Навсегда. Ларс фон Триер, как всегда, вскрывает людей — до костей, до боли, до тусклого света, который ещё теплится где-то внутри, но уже почти потух. «Рассекая волны» — это не кино, которое ты «посмотрел». Это опыт, который ты пережил. Или не пережил. Потому что в какой-то момент дышать становится трудно. Словно сам стоишь на краю скалы, под ногами пустота, а впереди — только вера. Никакой логики. Никакой гарантии. Только вера. Бесс — наверное, одна из самых пронзительных фигур, которых я когда-либо встречала на экране. Она не наивная. Не глупая. Она чистая. И в этой чистоте — уязвимость. Мир смотрит на таких, как на слабых. Она любит. Так, как никто не умеет. Полностью. Без границ. Без остатка. И именно эта любовь — не красивая, не кинематографическая, а с кровью под ногтями — становится её проклятием и жертвой. Я смотрела на Бесс и не могла понять, кого в ней больше — святой или безумной. Может быть, это одно и то же? Может, безумие — это просто любовь, доведённая до абсолютной искренности? Она соглашается на невозможное. Делает то, на что не осмелился бы никто. Ради него. Ради света в его лице. Даже когда все вокруг называют это грехом, извращением, падением — она идёт до конца. Потому что для неё любовь и есть вера. Фон Триер здесь беспощаден. Он не спасает, не объясняет, не утешает. Камера дрожит, приближается слишком близко, вторгается в самую суть. А потом отдаляется — чтобы показать, насколько человек одинок в своём страдании. Насколько вера — это не всегда спасение. Иногда — это крест. Финал... Я не могу говорить о финале. Он невыносимый. Прекрасный. Абсурдный. А что если — единственный возможный? И после него — молчание. Тот самый момент, когда уже нет слов. Только ощущение, что ты увидел что-то непереносимо настоящее... 10 из 10 (Потому что меньше — было бы предательством.)

Лучше всего Ларса фон Триера описал в своём ютуб-ролике Антон Долин: «Датский режиссёр, который с каждой следующей картиной перепридумывает кинематограф заново. Воплощение неполиткорректности. Человек, беспощадно экспериментирующий. Человек, который достиг вершин в визуальном и драматургическом совершенстве к началу 90-х годов, а затем начал это совершенство разрушать, делая в каждой новой картине одновременно что-то разрушительное и созидательное.» «Рассекая волны» - первый фильм знаменитой трилогии режиссёра «Золотое сердце», в которой речь идёт о женщинах, идущих на жертвы. В центре сюжета молодая девушка Бесс из отдалённой шотландской общины. Она по-детски наивна, излишне эмоциональна и очень религиозна. После несчастного случая, произошедшего с её мужем Яном, Бесс решает что её искренняя любовь и вера в Бога помогут ей исцелить любимого. Но жертвы, на которые она готова пойти, постепенно начинают выходить за все рамки моральных норм. Фон Триер - автор знаменитой фразы, что «кино должно быть неудобным, как камешек в ботинке». И действительно, картину смотреть тяжело, она шокирует, рвёт душу и вгоняет в уныние. Но зато после просмотра оставляет очень сложные и интересные эмоции: лично я не могу перестать думать о ней уже пятые сутки. Как искусный художник, фон Триер подал материал так, чтобы зрителю до конца не было ясно, что же все-таки было. Это можно расценить и как историю о невероятной неземной любви, и как гиперболизированную религиозную провокацию, и как философскую притчу о самопожертвовании с библейскими мотивами, и как метафору на современное общество. Ясно одно, «Рассекая волны» - уже современная классика, это выдающееся кино, оценённое и зрителями и критиками, и обязательная остановка на пути каждого любителя кино. Кстати, если вы, как и я, поклонник сериала «Чернобыль», то будете рады увидеть в главных ролях Эмили Уотсон и Стеллана Скарсгарда, игравших там Ульяну Хомюк и Бориса Щербину. 9 из 10

В отличие от «Европы», которую, как мы отметили, можно назвать шедевром лишь условно, то есть только при допущении, что зритель – эстет и предпочитает пренебрегать содержанием ради изысканной формы, то «Рассекая волны» - шедевр без вопросов, хотя первые его эпизоды и кажутся эскизно недоработанными (мы не знаем, например, как Ян и Бесс познакомились, как зарождалась их любовь, и что они представляли собой до свадьбы в плане характеров). В отличие от «Догвилля», где социальному фону и второстепенным персонажам уделено больше внимания, а также более отчетливо проступают такие мишени для художественной критики, как религиозный догматизм и ханжество, в данной картине внимание сосредоточено на отношениях главных героев, ломке мировоззрения одного из них и парадоксально понятой жертвенности. Главным кинематографическим ориентиром для Триера здесь послужил, без сомнения «День гнева» Дрейера, в котором набожную христианку, обладающую духовными дарами, окружение посчитало ведьмой со всеми вытекающими последствиями. В «Рассекая волны» режиссер сразу расставляет необходимые акценты, требуя от Эмили Уотсон, чтобы она с самого начала пластически, мимически и эмоционально играла Бесс как блаженную. Чистая и искренняя, вполне детская вера сталкивается у Бесс с суровостью Бога, с Которым она беседует (хотя, кто знает, может, голос, преследующий ее, принадлежит дьяволу) – точная иллюстрация известной сентенции Триера, что он не верит в Бога, но Его боится. Сталкивая между собой две логики: мирскую и духовную, постановщик показывает, как духовность выходит за пределы психической нормы, навязывая человеку решения, которые выше его разумения. В отличие от «Догвилля» и даже от «Танцующей в темноте», где героини поставлены в патовые ситуации самим обществом, в «Рассекая волны» Бесс становится заложницей своей веры и жестокости Бога (как ее понимает Триер), понятой излишне ветхозаветно. Конечно, здесь есть и ханжи, репрезентирующие внешнюю религиозность и в конечном счете отторгающие героиню Уотсон, но куда важнее для постановщика кьеркегоровский след в его концепции, выраженный до этого в кино не только Дрейером в «Дне гнева», но и Тарковским в «Жертвоприношении» (безумие Бесс и Александра вообще очень схожи). Кьеркегор, как известно, писал о том, что Бог требует от верующего именно выхода за пределы традиционной человеческой логики и своего рода «прыжка в ничто», то есть в негарантированность и чистый риск. Именно это и делает Бесс, выполняя необычные просьбы мужа и, как кажется, Триеру, волю Бога. Однако, не все отворачиваются от Бесс: ей остаются верны до конца Додо (четкая, нюансированная игра Кэтрин Картлидж, привлекшей внимание не только Триера, но и, например, малоизвестного македонского режиссера Милчо Манчевского, пригласившего ее в «Перед дождем», заметной ролью у Майка Ли в «Обнаженных») и доктор Ричардсон. «Рассекая волны» - притча не только об относительности психической нормы и моральных стандартов, когда дело касается истинной духовности и детской веры (помните слова Христа о том, что «тот, кто не примет Царство Божие, как дитя, тот не войдет в него»), но, как почти все у Триера, тонкая провокация и манипуляция зрительскими обыденными представлениями. Двухсполовинойчасовой формат фильма, зернистая пленка, на которую он снят (отсюда невысокое качество изображения почти всех копий картины) самим Робби Мюллером – постоянным оператором Вендерса и Джармуша – совсем не мешают зрителю увлеченно следить за причудливостью сюжетных перипетий, проникновенностью игры Эмили Уотсон (тогда еще совсем молодой актрисы) и ее погруженностью в образ на грани самозабвения, и дальнейшими шагами Триера в сторону «Догмы 95» - этого нигилистического отрицания формы во имя содержания, и многим другим, что делает «Рассекая волны», если и не нестареющей классикой современности, то движением в ее сторону. Однако, Триер уже после «Идиотов», снятых сразу после «Рассекая волны», продолжает свою вторую условную трилогию «Золотое сердце», парадоксально скрещивая эстетику «Догмы 95» и художественные принципы мюзикла в «Танцующей в темноте» - еще одном своем безусловном шедевре.

Любовь всепобеждающая и всеразрушающая. Мы в ответе за тех, кого приручили. Любовь застила глаза самым близким Бесс, ее мужу и подруге. Они видели в ней маленькую, наивную, умилительную девочку, чистую душу. Любили такой какая есть, со всеми ее детскими выкрутасами, с ее отличающимися от нормы идеями, граничащими с безумием, за ее веру в чудо. И проглядели в этом опасность. Трудно винить Яна за то, что он толкнул ее на такое. В том состоянии, в котором он был, между жизнью и смертью, наверное, происходит разрыв между желанием быть любимым несмотря ни на что и чтобы она была счастливой, а не мучалась с калекой. Он хотел, чтобы она жила дальше, нашла мужчину, который бы позаботился о ней, потому что он теперь не может. Но в то же время он ревновал ее, злился, что больше не может обладать. От девственницы до падшей шлюхи ради любимого. Отдать всю себя без остатка. Потрясающая арка героя, от маленького зверька, нуждающегося в опеке до той, кто не боится принести себя в жертву. Как хорошо показано лицемерие религии. Которая говорит верь и не задавай вопросов. Она и верила, и не пыталась анализировать свои поступки. Почитай мужа своего и исполняй его желания, этого хочет от тебя Бог. За что же вы теперь отправляете ее в Ад? И метафоричные колокола в конце, как символ веры в чудо, а не в религию. Вера не нуждается в посредниках. Влюбляющие в себя персонажи, не хорошие и не плохие, именно поэтому такие живые и настоящие. Дуду любила Бесс, как свое дитя, которого она не успела родить от ее брата. Здравомыслие и некая серость Дуду хорошо оттеняет всю яркость Бесс. Насколько по разному они переживают трагедию с мужьями. Потерять, превратиться в тень, но жить дальше 'нормально'. Или сгореть до тла. Да, я восхищена данной работой. Пробуждает эмоции, заставляет чувствовать, оголяет провода, подсвечивает там, где болит. И какими были яркими ее губы на фоне всей остальной серой картинки их захолустья...

У разных людей этот фильм вызовет совершенно разные ощущения. Для одних он будет полем для анализа чувств, мыслей героев, режиссера, окружающих его в повседневной жизни людей, для иных же – израненных душ, этот фильм будет триггером, который заставит покрытые уже корочкой раны вновь кровоточить, а боль и страдание заставит сочиться из каждого такого отверстия несчастной и измотанной души. Этот фильм – он для всех и каждого, кому-то он может не понравиться, кто-то сочтет его манипуляцией, а кто-то, как я например, в течение полутора из двух с лишним часов будет пытаться выреветь вроде уже унявшуюся, но такую, оказывается, легко возродимую боль. . Не было до сей поры фильма, настолько пронявшего, настолько откровенно влезающего когтистыми лапами в самые недра дабы явить в открытую болезненные, порой неощущаемые, но всегда присутствующие мысли и чувства. Те полтора часа, которые я провела будто бы наедине с главной героиней, не замечая остальных героев, которые существовали просто фоном для того, чтобы ее выделить, почти слившись с ней и чувствуя каждой струной души все ее эмоции, сострадая и страдая каждую секунду проведенного с ней времени, опустошили и одновременно наполнили меня. Практически без остатка вынув душу, истерзав ее, бедную, обуглившуюся и несчастную внутри, вместе с тем будто поглаживая ее, этот жестокий гений бережно, как бы убаюкивая, откладывает ее, трепещущую, в сторону мол, «дорогая, полежи пока здесь, отдохни, посмотри, ведь и другие тоже чувствуют и страдают, ты не одинока». Я не хочу даже заикаться о том, что для меня этот фильм не о любви между мужчиной и женщиной, о (не)любви матери к своему ребенку, каких-то социальных нормах, или других, несомненно важных и затронутых в нем аспектах, для меня этот фильм - об окружающем нас каждодневном безразличии, нежелании увидеть ту самую суть Человека, такую важную, такую очевидную, но такую, одновременно, безликую, видимую только сердцу, любящему бесконечно и неотвратимо, о равнодушии окружающих, порой даже самых нам близких людей, о том, что вот так вот просто можно упустить что-то важное, не заметить деталь, фатально меняющую жизнь, о чувстве вины, остающемся с тобой навечно, до самого твоего последнего вздоха, невзирая на все может и здравые, но такие далекие доводы разумной твоей части, о сострадании Человеку и человечеству. Такие фильмы нужны, они - само порождение искусства, гения, ума и чувства, той никогда невыраженной эмоции, мысли, которую ты до конца не сможешь передать ни письмом, ни песней - ничем, это что-то витающее вокруг, до чего ты вроде можешь дотронуться, но что обязательно ускользнет, как только ты постараешься коснуться этого. Такие фильмы несомненно нужны, ведь они есть суть непознанного, сложно ощущаемого, чего-то самого сокровенного, того, что ты и сам до конца не сможешь выразить никогда и для каждого это будет свой фильм. Для меня совершенно точно таким фильмом стал этот.

Любой фильм для меня - это путешествие в мир эмоций. Оно может быть ярким и запоминающимся, может быть потрясающе пугающим или проходящим. Путешествия в мир кино Ларса Фон Триера всегда непредсказуемые и звонкие. Итак, “Рассекая волны” удивительно атмосферный фильм, который с первых секунд погружает в мир героев. Это крошечное местечко на севере Британских островов, в котором нет места индивидуальности и безнаказанным вызовам обществу. Здесь царят правила, правила и… правила правил. Разумеется, главная героиня должна их нарушить. Юная Бесс влюбляется в служащего буровой Яна. И, вопреки протестам родственников и других участников общины, выходит за него замуж. Вскоре молодой муж получает тяжелую травму на буровой в море и возвращается домой инвалидом. В этом фильме есть многие характерные черты творчества Триера. Блистательные артисты: Эмили Уотсон и Стеллан Скарсгард в главных ролях. Последний, кстати позже появится еще в нескольких работах Триера. А со своей партнершей по картине “Рассекая волны” сыграет в сериале “Чернобыль”. И уверенная игра на поле запретных тем. И, конечно, познание сути человека в проявлениях его сексуальности. Утонченный актерский ансамбль, прекрасные локации и костюмы создают удивительно нежную и теплую атмосферу. Но, позже, зритель встречается с глубинными пороками героев. Жажда власти и служения, осуждение и жестокость, смирение и отчаяние. Главной героине Бесс приходится сделать важный выбор и встретиться лицом к лицу с его последствиями. Но жертва, на которую идет девушка никого не лечит, а только создает новые травмы и губит саму героиню. Удивительно красиво и тонко автор рассуждает о границах служения. От религиозной “послушницы” юная Бесс переходит в хорошие жены. Но вот где грань у этой роли? Должна ли жена беспрекословно слушать своего мужа или Бога? Должна ли беззаветно служить тому к чему приставлена? Или у этой рабской покорности все же есть предел? В какой момент “хорошая” девочка должна ослушаться общину? Важнейшие зерна сеит создатель фильма “Рассекая волны” в своих зрителей. Героиня проходит путь от наивной послушницы через искушенную грешницу к святой. Сама Бесс сравнивает свой выбор и себя с Марией Магдаленой. Вообще библейская тема занимает важное место в этой истории. Как и в некоторых других работах Ларса фон Триера. Глубокий философский фильм с утонченным настроением и неповторимым почерком автора.

Ларс фон Триер, Ларс фон Триер, Ларс фон Триер... Даже далёкий от кинематографа человек, уверен, хоть раз за свою жизнь слышал имя этого кинематографиста. И далеко не всегда оно связано с большими достижениями, зачастую фон Триер несёт полускандальную ауру, заставляя до сих пор многих критиков и зрителей спорить между собой по поводу его творческих изысканий. Хотя поначалу ничего не предвещало того, что фон Триер станет столь обсуждаемой фигурой: первые фильмы датчанина вроде 'Элемента преступления' (1984), 'Эпидемии' (1987) и 'Медеи' (1988) хоть и привлекли внимание критиков, но довольно быстро были позабыты, но уже тогда начал формировать круг поклонников режиссёра. Первый большой успех к фон Триеру пришёл с выходом на экраны драматического триллера 'Европа' в 1991-ом году. Эта лента была удостоена нескольких престижных наград, в том числе и Каннского кинофестиваля. А в 1995-ом году фон Триер и его несколько соратников создали манифест движения 'Догма 95', с которым советую ознакомиться всех потенциальных зрителей фильмов фон Триера, чтобы иметь представление о взглядах режиссёра на создание кино. И первой лентой, которая создавалась по некоторым канонам 'Догмы 95', стала драма 'Рассекая волны', выпущенная на экраны в 1996-ом году. Она также стала первой в трилогии фон Триера под условным названием 'Золотое сердце', которая затем включила в себя картины 'Идиоты' (1998) и 'Танцующая в темноте' (2000). Действие фильма 'Рассекая волны' развивается на обдуваемом всеми ветрами западном побережье Шотландии. Главная героиня - девушка по имени Бесс МакНилл (Эмили Уотсон) - проживает там во немногочисленной коммуне со строгими религиозными традициями. Бесс только-только выходит замуж за работника нефтяной платформы в открытом море Яна Нимана (Стеллан Скарсгард), который явно старше её и опытнее, в том числе и в вопросах любовных утех, с которыми Бесс знакомится благодаря Яну и ей это явно начинает всё сильнее и сильнее нравится. Но вскоре Ян отправляется на место вахты, а Бесс остаётся в томительном ожидании любимого мужа. С трудом она справляется с разлукой, но затем приходит трагическое известие. И с этих пор мир и вся жизнь Бесс меняется, отчего она становится изгоем в родных местах... Одним из условий манифеста 'Догма 95' было то, что на главные роли стоит брать непрофессиональных актёров, однако в 'Рассекая волны' Ларс фон Триер поступился данным параграфом и взял несколько актёров, с которыми его связывала и будет связывать долгое совместное сотрудничество: помимо уже упомянутого Стеллана Скарсгарда, стоит отметить Жана-Марка Барра, Кэтрин Картлидж, Удо Кира и Эдриана Роулинса. Но в первую очередь стоит поговорить про Эмили Уотсон, сыгравшую главную женскую роль. И надо сразу сказать, что образ Бесс МакНилл стал первым в кинематографе для Уотсон, которая до этого служила в театре. И за эту роль Эмили получила ряд престижных наград, а также номинации на 'Оскар', 'Золотой глобус' и BAFTA. Надо проникнуться образом Бесс, чтобы понять насколько глубока оказалась роль Эмили Уотсон. Ведь изначально Бесс представляет из себя скромную и кроткую девушку, которая затем показывает нам все лучшие проявления любви к своему супругу, но когда тот требует от неё такие вещи, от которых любой морально воспитанный человек приходит в ужас, то перед нами уже совсем другая Бесс, но её жертва навсегда остаётся в воспоминаниях после просмотра фильма... Эпизодами невозможно без кома в горле смотреть на изменения внутри Бесс, которая, идя на поводу у явно психически сломленного мужа, из ангела превращается в падшую женщину в глазах окружающих. Но Ларс фон Триер так устроил свой фильм, что зритель в конечном итоге не может в чём-либо винить Бесс, её проблема лишь в том, что она оказалась податливой, а любовь к Яну затмила всё. А сцены, связанные с кораблём, где обитает персонаж Удо Кира, вызывают настоящий ужас, заставляя волосы шевелиться на голове. Единственную поддержку девушка получает от родственницы Додо (Картлидж), которая видит весь трагизм ситуации, но Бесс не внемлет словам подруги, хотя та не оставляет попыток вернуть Бесс на путь истинный. А вот к персонажу Скарсгарда возникают противоречивые чувства, потому что оправданий его поведению нет, а ведь он тянет на дно того человека, который бескорыстно и горячо любит его. На его фоне более привлекательным является персонаж Эдриана Роулинса (его многие знают по роли отца Гарри Поттера), но и он не может совладать с поведением Бесс, что приносит ещё больше горечи. И тем самым можно говорить, что каждый актёр, каждый персонаж, каждый характер в 'Рассекая волны' оставляет о себе воспоминания... Здесь у Ларса фон Триера всё продумано, всё чётко и чутко, всё пронизано глубокой драматургией, а финал картины заставляет эмоционально содрогнуться, настолько сильные чувства вызывает драма 'Рассекая волны'. Ещё раз хочется отметить выдающуюся игру Эмили Уотсон, которая продемонстрировала такую трагическую игру, из-за которой хочется аплодировать стоя, при этом, что по отношении к её героине наворачиваются слёзы, ведь эта девушка положила на алтарь всё то, что было лучшее в ней. И нельзя пройти мимо великолепной операторской работы от нидерландца Робби Мюллера, который передал не только натурные съёмки, благодаря которым буквально ощущаешь себя на суровом побережье Шотландии, но и все нюансы эмоционального состояния персонажей ленты, что делает 'Рассекая волны' ещё более волнительным фильмом и максимально похожим на реальность... Один из лучших фильмов Ларса фон Триера наравне с блестящим и таким же неоднозначным 'Догвиллем' (2003). 9 из 10

“Рассекая волны” - тот фильм, с которого все советуют начинать изучать творчество Ларс фон Триера, он же открывает трилогию “ Золотое сердце”. Только вот непонятно, кто в этом фильме “Золотое сердце”, потому что Бесс - мне абсолютно не понравилась. Понятное дело, что в провинции особо нечем заняться, кроме как самобичеванием и набожной жизнью, но не до такой степени. Триер заставил испытывать отвращение к главной героине. Главный герой - Ян более приятный, но более простой, рабочий человек, поэтому тоже симпатии не вызывает. Вообще никто из героев на протяжении этих двух часов не вызывает симпатии, но Триеру так и хотелось. Сюжет оригинальный, нетипичный ни капли. Сам фильм разбит на несколько частей и каждая из них, как отдельный эпизод жизни Бесс. С каждым новым эпизодом все больше и больше становится жалко героев, но при этом есть ощущение, что они сами виноваты. Атмосфера фильма мрачная, но при этом красивая. Выдержаны пастельные и темные тона, лейтмотив дождя акценты на коричневом. Съёмка фильма была немного в рамках Догмы 95: где-то несвязный монтаж, тряска камеры, необоснованный зум, но это придаёт большей реальности и антуража, зритель погружается и живет внутри фильма. Остро и абсурдно поднимается тема религии, потому что, обычно, религия должна помогать, но здесь она наоборот мешает жить и двигаться дальше. Чем больше Бесс молится - тем больше неудач в жизни. Тем более в этой религиозной общине всё никак у людей: церковь без куполов, а Бесс разговаривает с богом не молитвами, а свободным диалогом, отвечая “грубым” голосом сама себе. В целом, фильм впечатляющий, но слегка растянутый и слишком много моментов, давящих на жалость.