Шестой

Зубодробительный советский детективный боевик с драками и стрельбой. 20-е годы ХХ века. Новый начальник милиции не большого провинциального городка просит своих друзей помочь ему разобраться с местными бандитами. Ни обмундирования, ни оружия в местной милиции нет. Оружие новоиспеченные милиционеры должны добыть в первом бою… В фильме снимались известные актеры советского периода: Никоненко, Козаков, Пуговкин, Галибин, Грамматиков, Яковлева. Хорошая игра актеров, динамичный сюжет (в данном случае, от слова: «динамит»), отличные каскадерские трюки, драматические и мелодраматические повороты сюжета не дадут зрителю ни заскучать, ни пожалеть о сделанном выборе. Один из лучших боевиков советского периода! 10 из 10

Тяга к приключениям у Самвела Владимировича Гаспарова, наверное, с той поры, когда он до начала кинокарьеры работал шофёром-дальнобойщиком. В 1970 году окончил режиссёрский факультет ВГИКа, мастерскую Михаила Ромма. Режиссёрский дебют состоялся в 1974 году картиной 'Рейс первый, рейс последний', в которой Гаспаров отдал дань своей прежней профессии. В основном, Гаспаров снимал приключенческие фильмы о Гражданской войне, детективы и боевики, которые критиковались за отсутствие психологизма и обилие кровавых сцен, но при этом, были всегда востребованы советским зрителем. Лучшей работой режиссёра по праву считается 'истерн' 'Шестой', снятый после интересных и ярких фильмов 'Забудьте слово «смерть»' (1979) и 'Хлеб, золото, наган' (1980). Самвел Владимирович любил кино, любил приключения, любил работу. Его часто критиковали за то, что он формально подходит к проработке характеров, уделяя внимание исключительно действию и стремительности сюжета. Гаспаров делал замечательные боевики, выдерживая их в строгом соответствии с классическими вестернами. В работу он погружался с головой, отдавая всего себя магии кино. Он как-то сказал: «Фильмом надо заниматься, пока горишь желанием. Это как заниматься любовью с женщиной — только пока есть страсть, пока не перегорел. Кино без страсти делать нельзя». Разумеется, такая тяга к вестернам в советское время не особо поощрялась, поэтому и подвергались критике его работы: 'режущая глаз многозначительная символика', 'театральность молчаливой массовки', 'предугаданность сюжетных поворотов' и много чего ещё. К счастью, зритель, в основной своей массе критику не читает, поэтому смотрит картину 'с чистого листа' без предвзятости многомудрых, иногда малопонятных слов. И вот 'с чистого листа' картина 'Шестой' производит весьма и весьма приятное впечатление. Я нисколько не против символики - пусть будет. Ведь шестой - это не только шестой по счёту начальник милиции, но и шестой в группе единомышленников, которых ему удалось создать. Сергей Никоненко ролью Романа Глодова в очередной раз доказал, что актёр он многогранный. Начальник милиции в его исполнении - крайне колоритная и запоминающаяся личность. То же можно сказать и о каждом из шести членов его небольшого отряда: парикмахер Павлик (Владимир Грамматиков) - ярчайший персонаж, как в быту, так и во время перестрелок ('Ложись!'). Милиционер Аристарх Лушков (Евгений Бакалов) - какими только 'эпитетами' не награждённый весельчаком парикмахером: Пантелеймон, Мефодий, Евлампий. Два богатыря Никита (Сергей Ульянов) и Охрим (Махарбек Кокоев) сливаются в одну личность витязя из былинных сказок. Врач Александр (Тимофей Спивак) - интеллигентный честный человек и верный друг. Очень интересная роль у Михаила Пуговкина. Ярко и в то же время отстранённо-возвышенно сыграла в эпизодах Лариса Белогрудова. Актёры все вместе создали настоящий пульсирующий мир, в котором персонажи живые и яркие а вовсе не картонные или ходульные. Батальные сцены сняты на самом высоком уровне - динамично, увлекательно, с изрядной долей юмора. А ведь в революционно-приключенческом фильме - это, пожалуй, главное.

Если не подводит память, то это был 1989 год. Родственники подарили мне набор открыток с репродукциями полотен Ильи Глазунова, посвящённых Руси времени Куликовской битвы. Некоторые картины с отрубленными мужскими головами на фоне перекинутых через сёдла женских тел и пожарищ, ужасали. И я, как большой любитель истории и «солдатиков», вдохновлённый просмотром подарка, начал готовить очередную напольную Куликовскую баталию. Реальных «солдатиков» у меня не так много, да и те из разных эпох и событий. Но для такого грандиозного «замеса» на палас я ставлю всех (рыцари из набора «Ледовое побоище» идеально подходят на роль генуэзских наёмников). А для масштаба выставляю ещё всё, что хоть отдалённо мой мозг воспримет за таковых – шашки, шахматные фигуры, кости домино, бочонки лото и даже игральные карты (по простому принципу: светлые – за наших, а тёмные – за нагрянувшую опять на Русь бандитскую мразь). И всё по схеме из учебника истории: сторожевой полк; передовой полк; большой полк; полк «левой руки»; полк «правой руки» и засадный полк, повернувший в самый опасный момент ход сражения в нашу пользу и поставивший «жирную» финальную точку. И совпадение – по телевизору начался советский фильм «Шестой», тоже посвящённый противостоянию бандитизму, но только в Советской России 1920-х. … Вчера я снова просмотрел своего старого друга детства – «Шестого», который является достойным кинообразцом добротного сочетания несочетаемого: - фильм про ужасы бандитского террора с оглашением, но, естественно, не демонстрацией, его зверских результатов – двое предыдущих начальников милиции повешены, двое – убиты, труп одного вообще не найден, простых людей целыми семьями сжигают заживо, а бандиты, действительно, жестоки, коварны и, порою, выдают себя за своих, но зритель не ощутит никакого саспиенса – в фильме постоянно и вовсю светит и жарит солнышко, ни одного пасмурного в плане погоды кадра, а красоты крымских пейзажей (фильм в основном снимали в Крыму) перед конями верениц злодеев, штурмующих огрызающийся пулями пыхтящий железнодорожный состав, так и просятся на полотна художников; - ранее не замеченный мною в ролях сотрудников силовых органов Сергей Никоненко – начальник милиции; комедийный городской Михаил Пуговкин – ушлый крестьянин; детский режиссёр Владимир Грамматиков – в мгновение ока превращается из цирюльника в находчивого виртуозного снайпера; ряд известнейших советских актёров (их фамилий, чтобы не спойлерить, не назову), ранее не замеченных мною в отрицательных ролях, – бандиты или их приспешники (впрочем, признаю, что с героиней Ларисы Белогуровой, которую я и сегодня с огромным трудом распознаю в фильме, не всё так однозначно); - полное отсутствие песен, а фоновые музыкальные композиции, под которые развиваются события и погибает достаточно много людей, и причём каких людей, такого характера, как будто (только глаза закройте) это очередная мелодрама 1970-х; - участвующая в фильме массовка никоим образом не хочет скрыть от давно привыкшего к мирному небу над головой советского зрителя факт того, что они такие же советские зрители, давно привыкшие к мирному небу над головой, – это касается и явно не голодных и ухоженных советских ребятишек, тщетно пытающихся изобразить свору оголодавших и беспризорных сирот ещё не остывшей Гражданской войны. И если вы, друзья, подумали, что я выше перечислил минусы картины, то глубоко заблуждаетесь – это её плюсы. Причём это «коронные» плюсы, через которые, по моему мнению, создатели фильма пытаются показать всю прелесть жизни советского человека начала 1980-х – «махровый» бандитизм для нас остался только на экране и где-то в относительно далёком времени, да и показываем мы его практически в щадящем психику режиме («Шестого» вполне спокойно можно показывать даже в детском саду!) – живите и радуйтесь – живите и не бойтесь, что среди вас могут найтись представители человеческого отребья. Нет, преступившие закон будут всегда, но чтобы откровенные подонки, сколоченные в организованные многочисленные банды, – ни-ни!!! (Я никогда не забуду, как в том же 1989 году мой дед-фронтовик с эмоциональным надрывом прочитал всем нам нотацию в духе: «Чем вы вечно недовольны!? Я на фронте два года смотрел смерти в лицо!!! А у вас крыша и мирное небо над головой! И даже белый хлеб на столе!» Хотя и здесь не всё так однозначно, но перед памятью деда замолкаю. Эх, если бы ваши мысли и слова, да Богу в уши!.. И если бы вы никогда не узнали дальнейшего разворота событий… А если вы меня спросите про недостатки «Шестого», то, они, конечно, присутствуют. Но по сути, как и в реальной жизни в целом, его недостатки – продолжение достоинств. Хотя я и рядом не стоял с работниками специальных служб, но полностью соглашусь практически со всеми логическими неувязками, про которые рассказывают многие, детально просмотревшие и проанализировавшие «Шестого» и оставившие отзывы на него на многих сайтах о кино. Вот некоторые из них: - не слишком правдоподобная подоплёка держания под полным контролем бандой большой южнорусской территории (а не какой-то национальной окраины) через несколько лет после победы «красных» в Гражданской войне; - слишком уж легко и доверчиво повелись бандиты в подготовленную для них ловушку, и налёт осуществляли слишком борзо, прямо «в лоб» и на полном ходу, – как в лучших традициях гангстеров Дикого Запада (некоторые зрители предлагали им поступить куда проще и безопаснее – изъять пару рельс); - разумеется, нам не рассказали подноготную всех, вставших на путь уничтожения доставших всех людей бандитов, но вшестером при таком исходном раскладе у них не было никаких реальных шансов в схватке с десятками головорезов – элементарно не дотянули бы (знающие говорили, что тогда для таких целей существовали так называемые ЧОНы – части особого назначения); Но если бы всё это было бы исправлено, то это был бы совсем другой «Шестой», которого было бы страшно показывать ни то чтобы детям, но и многим взрослым. P.S. Друзья, не поверите, – Интернет подтвердил моё предположение о том, что Дмитрий Донской, сумевший разгромить бандитскую орду Мамая, также шестой – шестой удельный московский князь. Считаем: 1) Даниил Александрович (1263-1303) – сын Александра Невского; 2) Юрий Даниилович (1303-1325); 3) Иван I Даниилович Калита (1325-1340); 4) Семён (Симеон) Иванович Гордый (1340-1353); 5) Иван II Иванович Красный (1353-1359); 6) Дмитрий Иванович Донской (1359-1389). Конечно, потом через пару лет придёт Тохтамыш и всё вернётся на круги своя. Но об этом при следующем удобном случае… 10 из 10