Вечерний экспресс «Сансет Лимитед»

Не часто Томми Ли Джонс садится в режиссерское кресло, зато как сядет, так сразу получится нечто выдающееся. Так и вышло со скромным по бюджету и техническим средствам камерным телефильмом «Сансет Лимитед», ставшим культовым в российской синефильской среде. Помню время (год этак 2012), когда только о нем и говорили: я услышал о нем от своих студентов, но руки дошли его посмотреть только сейчас, о чем, конечно, жалею – был бы еще один повод подискутировать с умными людьми в далеком 2012. Пьеса бравирующего своим атеизмом Кормака МакКарти – мрачного живописца конца цивилизации экранизирована Томми Ли Джонсом с дотошностью и вниманием к деталям: операторская работа не так проста, как кажется, но мизансцены при этом чрезвычайно сложны, хоть и умещаются в пространство одной комнаты. Ракурсы, «восьмерка», незаметный монтаж, переход с крупных планов на средние поданы так, чтобы зритель не отвлекался на них, следя за содержанием. А содержание здесь ого-го! Немного-немало психологический поединок чернокожего пастора и отчаявшегося профессора, которому чудом удалось избежать суицида. Режиссер и сценарист изящнейшим образом обманывают зрительские ожидания: обычно кино о метафизике и философии самоубийства призвано развенчать их и дать публике доводы в пользу жизни. Здесь же весь фильм пастор распинается, порой фиглярствует и юродствует, буквально фонтанируя жизнелюбием, но все его доводы рушатся при столкновении с пульсирующей болью человеческого отчаяния (если бы меня спросили, кто сыграл в этой картине лучше – Джексон или Джонс, я бы не смог ответить: столь колоритно противостояние их персонажей). Финальный монолог героя Джонса приоткрывает самые сокровенные мысли МакКарти – этого философа ужаса и безнадеги. Однако, мне думается, как бы авторы фильма не скрывали своей иронии в адрес героя Джексона, они сочувствуют его желанию помочь отчаявшемуся человеку, ведь «Сансет Лимитед» - это кино о столкновении смысла и бессмыслицы не только в душах отдельных людей, но в отношении судеб всей цивилизации. Зачем жить, если, как говорит герой Джонса, «смысл исчез в трубах Дахау», если доводы в пользу бытия Бога и любви Иисуса не только не убеждают, но кажутся нелепыми? Если отчаяние так велико, а небытие так привлекательно? Фильм не дает на это ответов. Однако, значение этого скромного телефильма – в другом, в том, что, сталкивая предельные точки зрения, он на протяжении всех полутора часов доказывает, что спасти от суицида может только осознанная вера. Последовательный атеизм всегда завершается отчаянием и суицидом. Героя Томми Ли Джонса взялся спасать пастор во многом потому, что всем остальным людям до него нет никакого дела. Да, пастор в фильме предстает не в самом привлекательном облике, а отчаявшийся профессор выглядит более искренним и живым. По мысли сценариста и автора пьесы (не знаю, как режиссера, но думаю, что Джонс не случайно выбрал себе роль профессора), верующие – это клоуны, а атеисты болеют мировой скорбью. Пусть так. Однако, ведь желание спасти человека было у пастора вполне искренним, он понимал, что лишь его слова, аргументы, доводы хоть как-то удерживают потенциального самоубийцу от рокового шага. «Сансет Лимитед» - очень глубокое кино во многом благодаря самой пьесе МакКарти, но, если бы актерское исполнение было менее достоверным, убедительным и психологически мощным, если бы режиссура и мелкие визуальные детали (например, красная, инфернальная аура неоновых огней за окном квартиры пастора) были не так точны, дополняя текст диалогов и игру Джексона и Джонса, фильм бы вряд ли удался. Конечно, жаль, что по своему мессиджу «Сансет Лимитед» античеловечен, прославляет отчаяние и небытие, пытаясь дезавуировать христианство, но тем не менее важно, что даже такой лютый атеист, как МакКарти признает и своей пьесой доказывает (а Джонс ее экранизацией), что лишь вера в Христа удерживает людей (вернее некоторых из них) от самоуничтожения. И вот с этим выводом не может не согласиться любой христианин.

Посмотрев данную работу уже в третий раз всё-таки решил описать свои впечатления от данной картины. Уже после первого просмотра эта утопическая пьеса уверенно вошла в мой топ лучших и самых любимых фильмов, в последующие разы эта планка лишь укреплялась. Многое в мире кинематографа оценивается сугубо субъективно и крайне индивидуально, но всё-таки даже признав это мне крайне обидно, что такая работа обошла всевозможные кино-награды, ведь всё что есть в этой ленте является как по мне эталоном постановки. Весь фильм это по своей сути диалог разбитый на несколько частей, причём локация не меняется, да и актёров всего двое, но эмоциональный накал лишь нарастает с такой не виданной силой, что к концу ощущаешь себя настолько же разбито и потерянно, как и герой Самуэля Эль Джексона. Два человека, две жизненные позиции сталкиваются друг с другом с неимоверной силой, захватывая зрителя в свой спор о смысле жизни и о её бессмысленности. И рассудить этот спор предстоит именно зрителю. Такого сильного философского накала в диалогах я пожалуй не наблюдал не в одном из просмотренных мною фильмов. Тут нужно добавить, что это не те впечатления которые гаснут после просмотра, эти впечатления из той касты которые будут всплывать в голове ещё очень и очень долго, наталкивая на повторный просмотр спустя некоторое время. Что ещё в это фильме восхитительно настолько же как и предыдущие аспекты, так это игра Томили Джонса, который к слову поставил этот фильм и Самуэля Эль Джексона, я бы даже сказал без малейшего преувеличения, что они в данной картине не играют, а проживают эти роли. И тут сделаю небольшое примечание, что смотреть данную ленту нужно в обязательном порядке, в оригинальном дубляже. Приводя итог всему вышесказанному могу сказать, что эта картина является показателем того, что иногда для постановки гениального фильма хватит лишь одной комнаты и двух актёров, а остальное уже дело таланта.

Ночь. Бедно обставленная квартира. За столом сидят двое: Черный (Сэмюэл Л. Джексон и Белый (Томми Ли Джонс). Они обезличены, но их имена особо и не нужны. Черный предотвратил попытку суицида от Белого в метро и теперь они ведут беседу о жизни, Боге и том, стоит ли существовать. Полтора часа непрекращающегося диалога — от начала и до конца в кадре только двое: Джексон и Джонс. У Черного человека есть ночь, чтобы попробовать излечить своими одухотворенными речами душу Белого человека, который все еще не теряет надежды убежать от неприятных ему разговоров на божественную тему и все таки довести задуманное до конца. Этот фильм-диалог поддастся не каждому, потому что действительно полтора часа нужно именно что слушать. Этот фильм можно даже не смотреть — герои не покидают пределов не то что квартиры, а одной комнаты в этой квартире и сидят за столом. Они пьют кофе, подходят к окну, принимают пищу, но остаются в одном помещении. И «Вечерний экспресс «Сансет Лимитед» действительно МОЖНО слушать, даже не обращая внимания на картинку. И его НУЖНО слушать в первую очередь. Размеренная беседа Черного человека и Белого человека увлекает, предлагая безусловно трудное испытание для зрителя, но вместе с тем и чрезвычайно интересное! В непрекращающемся диалоге между героями Сэмюэла Л. Джексона и Томми Ли Джонса сквозят очень интересные мысли, которые впоследствии любопытно разбирать и погружаться в их суть. - «Если вы не страдали, как вы распознаете счастье? В сравнении с чем?», - формулировка интересная, ведь по сути так и есть: если я не испытывал боли и страданий в своей жизни — могу ли я утверждать, что был счастливым, ведь мне действительно не с чем сравнить какое-то другое свое состояние, потому что я не могу быть уверен, что был несчастлив в одно время и счастлив в другое! - «Вера появляется когда нечего терять», - и ведь снова не поспоришь, верно?! Обращается ли неверующий человек к Вере, когда она ему не особо нужна и насколько часто обращает к ней свой взор, когда обычные методы не привели к успешному результату? Например когда лекарства перестают помогать в борьбе с тяжелым недугом — человек устремляет свой взор к Вере, пытаясь найти спасение в ней! - «Каждый путь заканчивается смертью. Все ведет к одному финалу», - как ни нигилистично. Апатично и пессимистично это звучит, но это так. Это факт. Неважно из чего состоял путь (жизненный в данном случае). Неважно был ты счастлив или несчастлив на своем пути. Неважно какими благами располагал в своей жизни. Путь каждого заканчивается смертью. Путь каждого заканчивается гробом… И в контексте последней фразы стремление Белого человека — профессора закончить свой путь так, как он посчитает нужным, уже не выглядит чем-то шокирующим. Он делает свой выбор, будучи наверняка куда более обеспеченным человеком, чем Черный. Он готов расстаться с благами и уйти из этого мира, а не цепляться как Черный человек за жизнь как за соломинку, по сути влача существование в убогой квартире, дверь в которую приходится запирать на 5-6 замков, ведь за стеной живет непонятно кто. Да, Черный человек будучи бедняком по социальному статусу богат духовно, а Белый человек — в точности до наоборот. И у каждого свой выбор. И выбор каждого — по-своему правильный. Со временем становится ясно, что Черный и Белый — это кричащее противопоставление друг другу, ведь Черный человек выступает с позиции чуть ли не Ангела (и наверняка не случайно его одежда более светлых тонов), в то время как Белый человек конечно не Дьявол, но точно человек, в душе которого уже давно царит Тьма. И тоже кажется не случайным, что он облачён в одежду темных цветов. Равно как и не случайно герои пьют кофе каждый из кружек СВОЕГО цвета: Белый из черной, а Черный — из белой. Чтобы этой конкретной колористикой подчеркнуть позиции двух людей. И подход каждого из них отличен от другого. - «Иногда вы говорите просто для красного словца», — указывает Белый профессор, который в силу своего образования привык оперировать фактами и говорить точно и по делу, в отличие от Черного проповедника. Белый знает цену словам и приводит свои аргументы, он тщательно подбирает слова. Черный проповедник подобно священнику из церкви сыплет громки заявлениями и красивыми речевыми оборотами, забираясь в душу собеседника (но не суицидально настроенного Белого профессора) через уши. Но есть ли душа у ЭТИХ слов или это всего лишь слова? Что и подтверждает возражение Черного на слова Белого: - Вы кажитесь умным человеком, - говорит Белый. - Я тупой деревенский нигер из Луизианы, - отвечает ему Черный. И последние слова Черного как нельзя лучше завершают весь фильм. То, как много было сказано слов от героя Джексона, завершается его же мыслью: «Ты не дал мне нужных слов, а дал ему. А как же я?» По итогу: Фильм — шикарен. Игра актеров — великолепна. И Томми Ли Джонс, и Сэмел Л. Джексон — невероятно правдоподобны в своих образах: один в образе отчаявшегося профессора с абсолютно потерянным взглядом и полными разочарования глазами, другой — в образе проповедника, который услышал глас Божий после того как в нем появилась вера «когда уже нечего было терять»... Томми Ли Джонс — как режиссер — чертовски хорош. Познакомился с его режиссерским творчеством с фильмом «Три могилы». Посмотрев «Вечерний экспресс «Сансет Лимитед», жалею о том, что он снял так мало… Впрочем, смотреть Вам. Свое мнение никому не навязываю. Приятного просмотра. 10 из 10

Комната. Двое мужчин. Между ними Библия. Один - темнокожий, другой - белый. Black и White - именно так они прописаны в титрах. Чёрный спас Белого от экспресса Сансет Лимитед. Сейчас же они сидят за столом и рассуждают о значимости человеческой жизни. Чем может привлечь такое кино? Как раз этими разговорами, которые длятся до самого рассвета. Они затрагивают такие вопросы, о которых мало кто задумывался. Однако все они сводятся к одному - к Богу. Спор атеиста и верующего. Что же может быть интереснее? Большая часть фильма прогинается под доводы и харизму Чёрного. Но так будет не до конца. Финал повергнет в ужас даже самых закоренелых пессимистов. Посмотрев 'The Sunset Limited', Вы найдете больше вопросов, чем ответов. Такие вопросы называют 'вечными'. Сама по себе идея поместить двух актеров в ограниченное пространство, и снять об этом полуторачасовой фильм, очень смелая и рискованная. Тем не менее, режиссер и по совместительству один из главных актеров - Томми Ли Джонс - справился с этим блестяще. В паре с Сэмюэлем Л. Джексон они сотворили невозможное - приковали зрителя к экрану. Стоит ли после этого говорить об их актерском мастерстве? Кормак МаКарти ('Дорога', 'Старикам тут не место') - тот человек, который создал мир 'The Sunset Limited'. Стоит ли говорить, что без этого сценариста не было бы фильма? Этот фильм называют 'атеистическим'. С этим сложно не согласиться. Вы можете по-разному относится к религии, но сойдетесь в одном - подобный дискуссионно-драматический шедевр Вам не найти.

Как и почему уходит самое главное в нас, как зелень в растениях, – жажда жизни? И постепенно, словно на цыпочках, незаметно, буднично, подкрадывается «апокалипсис наших дней», начиная долгое, как хмурое утро в Освенцеме, пребывание в аду. Кто-то из русских философов сказал: ад – это не вечная жизнь, хотя бы в страдании, но мука вечной смерти. Может, Розанов? А это точно он произнес: «Я могу не иметь совершенной правды в поступках своих, в отношениях к людям: но не иметь совершенной правды в святая святых своей души? Это было бы ужасно!» Если коротко, фильм Томми Ли Джонса и пьеса Кормака Мак Карти, по которой он сделан, об этом. О вечной смерти, об аде внутри себя. О больной, как сгнивший зуб, тоске по собственной живой душе, по жизни, доверчивая жажда которой и есть правда. А еще фильм Ли Джонса про вымышленный ад. Про ад, который натужными усилиями интеллекта создается человеком вокруг самого себя, словно защита от света жизни, от воздуха. Когда вынести ее (жизнь), словно пытку, можно с трудом. И разве что ночью. По дороге на собственный эшафот. Но – в шаге от эшафота - встретить человека, просто поговорить с ним… и вдруг обрести спасение. Есть ли люди, которых спасать не стоит? Такой вопрос задает крупнейший американский писатель, лауреат Пулитцеровской премии и один из явных кандидатов на Нобелевскую Кормак Маккарти («Старикам здесь не место», «Советник», «Дорога») в своей пьесе «Вечерний экспресс «Сансет Лимитед». Маккарти влечет постапокалиптика. Во всех смыслах этого слова. В фильме Томми Ли Джонса вкус ее исперчен полной безнадегой, как в «Старикам здесь не место» Коэнов и «Советнике» Скотта. Впрочем, по сравнению с ними фильм все же светел. Однако пока не прозвучал финал, пока не открылась дверь, за которой то ли жизнь, то ли смерть (это каждый, конечно, решит сам), ты словно в недрах апокалипсиса одного человека, который, в общем-то, наверное, уже умер (под поездом депрессии 150 км в час). Но вдруг нашелся спасатель. Показать недра души того, кто не хочет жить, выскрести оттуда – по сусекам – ком обид, комплексов, детских страхов и взрослых разочарований («Все, что я любил, оказалось таким слабым, тонким… Всего того, во что я верил, больше нет»), - в общем-то, не великая невидаль. Но тут показан человек, который сделал единственным своим богом безнадежность. Он молится ей, тешится с нею, извращаясь до того, что распространяет ее на все и всех. На весь белый свет. Гасит его сам. «Надежда на небытие. И я за нее цепляюсь», - горит Белый. Как звучит, а? Вихляющий мозг интеллектуала даже в отчаянии найдет, чем покрасоваться. Слова, слова, слова… Их так много, они серьезнее, чем инфаркт, привязчивее, чем карма, они, как камушки, брошенные в могилу нелюбящими руками. Собственными руками. В собственную могилу. Изо дня в день. Изо дня в день… «Страдание и судьба – одно и то же». Прелесть! Где там мой карандаш, дай-ка запишу. «Заковыристый ты у нас черт, профессор», - отвешивает комплимент Черный Белому (других героев в фильме нет). Ведь он сумел превратить «такой пустяк, как самоубийство» в нового «Гамлета», «Короля Лира» и «Войну и мир» вместе взятые. Слишком сложно. Слишком много смысла в бессмыслице. Слишком много слов довеском к пустоте. Слишком много ума. Одни «закавырочки». «Адище» духовного лепрозория, над которым клубится дым сожженной веры в себя, мир, свет, людей, человечество: «От прежнего мира ничего не осталось…Западная цивилизация целиком и полностью превратилась в дым над фашистским концлагерем. А я настолько был увлечен высокими материями, что даже не заметил». Есть люди, которых спасать не стоит… Фильм Томми ли Джонса о том, что после этой фразы всегда должен стоять вопросительный знак. Именно так стоит понимать, наверное, единственную высокопарную фразу в фильме: «Мы в ответе за ближнего своего». Свет-то есть. И как-то вдруг найдется спаситель. Каждый здесь, чтоб кого-нибудь спасти. P.S. Вся жизнь - это ловля созвучий. К этому фильму поймала такой: «Он исхудал, истомился, был на краю отчаяния, и его вывел на путь «веры»… просто разговор с престарелым августинским монахом. - 'Да что ты мучишься, Мартин! Ну, наши подвиги ничтожны, грехи - не искупимы: но кровь-то, кровь-то Спасителя, ведь ее одной капли достаточно, чтобы очистить от греха миры'. И Мартин воскрес: он уперся лбом или, точнее, подобно ласточке в душной комнате, он вырвался в форточку этих удачно сказанных, но совершенно случайных слов и полетел в бесконечность». В. Розанов. «Случай в деревне».

Что если посадить двух невероятно маститых актёров на кухоньке и всучить им пьесу Кормака МакКарти? Выйдет 'Сансет Лимитед'. Этот телефильм - настоящий диалоговый театр, где всё внимание зрителя устремлено на актёров. И если в той же трилогии Линклейтера про прогулки по европейским столицам актёры говорили о романтических вещах, то в 'Сансет Лимитед' Томми Ли Джонс и Сэмюэл Л. Джексон полтора часа дискутируют на тему религии и места человека в ней. Два совершенно разных человека рассматривают божественное и мирское, понятное дело, с различных точек зрения, а когда на такое было не интересно смотреть? Блэк и Уайт, Бог и Дьявол, Профессор и Заключённый - дуалистические принципы в 'Сансет Лимитед' более чем к месту. А ружьём на стене в напряжённой диалоговой драме выступает фаталистское отношение к жизни одного из двух героев. Это очень сильный и невероятно интересный разговор. Читайте - антистендап. Маствоч.

Мой братан КП часто рекомендует мне фильмы и сериалы. Стоит зайти к нему в онлайн-гости - так сразу кинобратан закидывает тебя предложениями посмотреть что-то, попробовать, так сказать. В этот раз бросился в глаза этот фильм (который я уже смотрел не раз). Но была и была, как говорится. Итак, если бы не КП, мы бы сегодня с вами не свидились. В этом его заслуга. В этом кино говорят двое. У них вроде как спор. Спор чаще на библейскую тематику, на тему жизни и смерти, на тему учения: один учит другого, втирает ему свою правду жизненную. Мы с братаном часто тоже так ведём тихие споры - ставлю оценки и пишу рецензии, КП в ответ мне рекомендует к просмотру и пересмотру кино и сериалы - ответные аргументы, короче. И в нашем фильме в принципе сама тема спора не так важна, особенно если вы, поняв в чем дело, не выбрали для себя ни одну из сторон условного конфликта, спора, дискуссии. Поэтому просто можно насладиться игрой двух примечательных актеров. Обложка кино черно-белая. Наши герои тоже имеют разный цвет кожи. Их миры, откуда они родом, тоже, можно сказать, противоположные. Противоположные. И это подогревает противоречия, точит ножи спора. Так, надо прерваться мне тут в мобильную игру задание сделать, а то ограниченное время на его исполнение истечёт... Итак, после куда более важных дел, продолжим. Кино в замкнутых пространствах требует хорошей подготовки. Тут много диалогов - поэтому зубрежка важна. Важно, чтобы зритель был прикован к героям. Абы кого не поставишь на главные роли. Нужен и сильный антураж, ядреный. Типичная, североамериканская, слегка убитая, требующая уже не один год покраски стен квартирка подойдёт. Нужно ещё и общее противоречие: один хочет выйти из погребенного заживо - другой будет тянуть его обратно. Один хочет умереть - другой тянет его за уши в обратную сторону. В принципе условно можно так разделить всех людей. Ещё начинаю осознавать, что вся, любая философия этого мира, даже на библейскую тематику, наводит на меня скуку. Совершенно не лезут в голову их измышления. Настолько плотно сидит на голове моей шлем спасения моего - Иисус Христос. Вот так вот, братан. Какие твои аргументы? Но если отойти, посмотреть шире, то наш фильм - ироничная пародия на жизнь человека, короткую, где ему дано лишь одно сделать быстрый выбор между вечностью жизни и бесконечной смертью смертной.

В финальных титрах указаны два действующих лица. Чёрный и белый. Интересное решение основанное лишь на цвете кожи. Чёрный цвет (не кожи) ассоциируется с плохим, а белый с хорошим. Но в этом фильме отчётливо проглядывается инверсия. Темнокожий, бывший осуждённый за убийство, но пришедший к вере. Верит в любовь, сочувствие, сострадание и покаяние. Белый, который исходя из повествования не совершал ужасных вещей, но никак не принимает жизнь и хочет добровольно её покинуть. Отрицает любое божественное вмешательство и видит во всём лишь мрак. Я смотрел все культовые фильмы, но это лучшее, что я видел. Это даже не кино. Это не искусство. Это своего рода философско-богословный трактат. С первых минут просмотра становится ясно, что мы видим очень серьёзную картину. Но по началу это напоминает беседу двух малознакомых людей на кухне во время бурной тусовки. Двигаясь по колее, этого фильма, мы попадаем в пучину сознаний и осознаний главных героев. Два уже поживших жизнь человека с личным багажом, накопленной боли. Идущих своим путём. Как бы нам того не хотелось, но в большинстве своём прав профессор... Я не разделяю его взгляды, но они больше похожи на реальную жизнь. 10 из 10