Во имя мести

Сходя с ума от горя, девушка принимает помощь от наркобарона, чтобы разыскать убийцу отца, получая место в полицейской команде, становясь глазами и ушами главы преступного синдиката, пристально наблюдающего за успехами своей подопечной, одержимой одной лишь целью - убить. Корейцы выдали ещё один традиционно кровавый криминальный сюжет, основанный на идее контроля и управлении доверием, убеждении и убеждённости, определяющих решения всех действующих лиц, круг которых составляют люди подлинной чести, отпетые подлецы и прирождённые негодяи, следующие известным правилам и уставу, проливая кровь по поводу и без. Для пущего экстрима есть, разумеется и свой, на всю голову, отморозок, воюющий, не считая ни своих, ни чужих жизней, втягивая всех в кровавые побегушки, но не этот фрик правит бал, а сирота-дочь, присматривающийся к ней полицейский и загадочно-непроницаемый дядечка, поступающий по своим понятиям, рискующие всем, поставив на своё доверие, не заметив чужой обман, - знатный образец ментальной западни, из которой, как будет видно, не просто выкарабкаться. Главная ударная сила - ведущая женская роль Хан Со-хи, но и её партнёры в конфликтном треугольнике оказывают гипнотическое воздействие своей стойкой уверенностью в себе, той чёртовой верой, с которой идут добро и зло, одно другому навстречу. Живучесть персонажей, участвующих в дуэлях и массовых драках с поножовщиной, крайне завышена, но они - составная часть обречённости, которую несёт с собой размахивая сталью смерть, закутанная в пульсирующие ритмы бархатного медитативно-экспрессивного саунда от Хван Сан Дзюна, вовлечённого в действие наравне с актёрской толпой, окрашивая его своей 'прямой речью', которую хочется прослушать у себя наушниках. Развязка закономерна: правильное корейское кино не может закончиться подобру-поздорову, а потому его итог куда ближе к правде и честней перед зрителями, бесцеремонно лишая их лирических надежд, предлагает каждому усомниться в своём доверии.