Кеома

Буквально из пустого места, тривиальной тягомотины спагетти-вестерна, Кастеллари разворачивает глубокую философскую драму. Местами картина слишком сильно смахивает на традиционный японский театр — ведь противодействие с бандой преступников всего лишь уловка, чтобы завлечь зрителя. Главное тут вовсе не внешние враги, а внутренний мир ганфайтера Кеомы. Страдающий от потери матери в детстве, Кеома постоянно общается с ней. Другую часть воспоминаний занимает кентавроподобный Вуди Страуд. Реальность переплетается с миражом эмоций, и как следствие, мы получаем нечто похожее на призрак мамы. Он будет сопровождать героя во всех его крестовых походах. В любом случае, это несмотря на всю атрибутику спагетти-вестерна, вовсе не очередная ремесленническая поделка. Значение ганфайта уходит на третью роль, когда присматриваешься к образу Кеомы. Перед нами не то, безумец, не то человек, проживающий жизнь Христа. Густые волосы, сумасшедший взгляд, обрывки воспоминаний - все это приводит обычное жанровое кино на грань сюрреализма и экзистенциализма. И не важно, что многое будет непонятно. Пронзительная песня про Кеому и выразительные глаза Ольги Карлатос не дадут усомниться в правильности выбора. Напоследок Кастеллари предложит нам всем подумать над простой фразой - 'Свободный человек не может умереть'. Ведь свобода, это вовсе не утопия. 8 из 10

Слово 'спагетти' здесь будет неуместным. Это именно евро-вестерн. Диспозиция вроде бы стандартна - Америка после Гражданской войны, городок захватила банда и устроила там что-то вроде концлагеря, одинокий всадник Кеома (в исполнении Франко Неро) возвращается в родные места, чтобы восстановить справедливость. Где-то мы это уже видели... 'Джанго' и десяток-другой прочих вестернов. Вопрос в том, как эта история реализована. Хорхе Луис Борхес говорил, что жанр саги возродился в вестернах. Здесь получилась скорее не сага, а философская притча о порабощении социума безжалостным политиканом (который якобы защищает жителей города от разразившейся эпидемии чумы, но на самом деле это всего лишь способ поставить их под свой контроль). Город - концлагерь-чистилище. Главный герой - своего рода апостол свободы. Много крупных планов, как у Сержио Леоне. Не сказать, чтобы фильм смотрелся динамично и захватывающе (не беспокойтесь - без перестрелок здесь не обойдётся), но постепенно атмосфера фильма и эпические художественные образы, подпитанные искусством итальянского Возрождения и барокко, срабатывают, надрывно-безысходные песни под акустическую гитару создают несколько гнетущий, но соответствующий стилю фильма настрой (авторы музыки - братья Де Анджелис), и совершенно точно, редкого зрителя фильм оставит равнодушным. 'Кеома' вам либо понравится, либо - нет, но запомнится - совершенно точно. В общем, если вам подавай развлекательный вестерн в стиле 'Напарников' или 'Наёмника' Корбуччи, или наоборот - что-то аутентично-американское - то посмотрите что-нибудь другое. Если вам ближе 'Великое молчание' и вы настроены на художественную образность, то 'Кеома' - это ваш фильм.

Вестерн и США всегда шли нога в ногу. И такой жанр мог зародиться только в стране, где Кольт и Винчестер были символами американской нации не меньше, чем действующий и предыдущие президенты. С ранних лет многие поколения американцев даже не задумывались о возможности существования без личного оружия. Поэтому неудивительно, что американский вестерн со всеми своими неизменными атрибутами и символами стал одним из самых знаковых жанров на заре появления звукового кино. Вестерн снимался с размахом, помпой, с лучшими голливудскими актерами, собирал кассу и премии. А потом американский вестерн умер. Так в состоянии клинической смерти и списанный во второразрядный жанр вестерн попал в Европу. И тут случилась удивительная вещь. В этот, казалось бы, бесперспективный жанр итальянцы внесли новый подход, новое видение вестерна и по своему эффекту это воздействие можно сравнить с разрядом дефибриллятора на испытавшего клиническую смерть пациента. Да, жанр уже не вернулся на такие качественно былые высоты, как прежде, но он продолжился многими выдающимися фильмами 60-ых и 70-ых годов. Большинство зрителей знают и заслужено уважают это эпоху по шедевральным фильмам Серджио Леоне, лидирующих в любом кинематографическом топе, но были и другие заслуживающие внимания мастера. Одним из них был Энцо Кастеллари. Незаслуженно приниженный в художественном плане в свое время, этот режиссер все же относился к настоящим профессионалом своего дела. Его деятельный подход к постановке и съемке, умение работать с камерой и актерами все же нашли свое призвание, но, к сожалению, намного позже. И одним из таких фильмов, где талант Кастеллари полностью раскрылся, стал «Кеома». По первым кадрам этого вестерна заметен высокий технический уровень, а на экране тем временем развивается, на первый взгляд, классическая история спаггети-вестерна. Которая, кстати, ну очень уж похожа на вышедший 10 годами ранее «Джанго». Тот же молчаливый брутальный главгерой Франко Неро (которого отметим подробнее чуть ниже) прибывает в недружелюбный город N, власть в котором принадлежит довольно темным личностям и спасая по пути беременную женщину. И разумеется, такая завязка просто не могла бы обойтись без фирменной перестрелки в салуне. Кастеллари умеет выстраивать повествование и кадр. Поставив, как часто и бывает в таком жанре, во главу всего фильма фигуру Кеомы, он тонко развивает сюжет затрагивая темы братоубийства, неравенства и смирения. Кеома оказывается не таким уж железным, неубиваемым героем, что добавляет щемящую толику драмы. Его воспоминания, прошлое и окружающие его люди делают целостное, многоуровневое восприятие картины. Отталкиваясь от того, что персонаж Неро мало похож на стандартного Блондинчика, как своим внешним видом, так и происхождением, режиссер при помощи вот таких, незаметных на первый взгляд изюминок смог привнести в «Кеому» свой взгляд на эту историю и при этом выделить его из общей массы итальянских вестернов. Вот такой ненавязчивый, скрытый, смутный подход возвышает эту ленту над своим временем, делает её бессмертной для широкого круга зрителей. И хотелось бы особенно отметить 2 момента, наиболее сильно запоминающихся после просмотра. Во-первых, это великолепное актерское мастерство Франко Неро и особенно его жестокий взгляд из-под заросшего лица. И во-вторых, невероятно красивый саундтрек с заглавной песней, которая ещё долго не отпустит вас просто так.

«Зачем ты вернулся?». «Земля кружится и кружится, и ты всегда возвращаешься к началу пути...». В этого диалога начинается замечательный спагетти-вестерн о метисе-одиночке, который возвращается в родной город, где его никто особенно не ждет. А в городе том – чума во всех своих проявлениях. Во-первых, многие горожане действительно хворают. Во-вторых, городком управляет банда некоего Колдуэлла. Эти головорезы вместо лекарства прописывают несчастным людям переселение в пустыню или свинец. Кеома вступается за беременную женщину, которую везут на верную смерть. Он уверен, что «каждый имеет право родиться». Это не нравится людям Колдуэлла. В их числе – и три сводных брата Кеомы. Они ненавидят полукровку с детства, считая, что их отец любил индейца больше родных детей. Всё тут сплелось. И братоубийственная резня. И старуха – судьба. И смерть, дарующая жизнь. И отмщение. И много пистолетной пальбы. И музыка, которая в течение нескольких дней после просмотра вертится в голове. Есть мнение, что этот фильм – последний достойный спагетти-вестерн. Вполне возможно. Но, на всякий случай, полбалла накину. «Он не умрёт. Свободный человек не может умереть». 8 из 10