Принц за семью морями

«Принц за семью морями» – продукт легендарной гэдээровской киностудии «Дефа», подарившей нам культовые вестерны с Гойко Митичем. Но, если в экранизациях колониальных передряг Северной Америки создатели успешно преодолели невзгоды скупого государственного финансирования и завоевали сердца миллионов, с этой историей им повторить подобное не удалось. Никакие нотки здравого сочувствия и снисхождения ввиду возраста «Принца» не спасают от категоричности восприятия: бедно, бездушно и ненужно. Это – «Аленький цветочек» с жаворонком вместо цветочка или «Красавица и чудовище» со львом вместо чудовища. Удачно сюда вписывается и вышедшее ранее «Морозко». Проще говоря, сюжетный каркас несвеж. Несвеж, как и актеры, исполняющие главные роли красавицы Констанции и заколдованного принца Леонарда (принц попеременно то лев, то человек, то внезапно голубь, волею чар околдовавшей его феи улетающий прочь на долгие семь лет). Марина Крогулл и Бодо Вольф выглядят старовато для всех этих любовных авантюр. Кстати, об актерах. Они есть и… слава богу. Иные и вовсе служили для наполнения действа хоть какими-нибудь персонажами, другие, преимущественно Констанция и принц (когда он мужчина), крайне неестественны во всех своих ахах и вздохах. Но огорчает даже не это. Тотальность павильонных съемок задушила хоть какой-то намек на сказочный дух всего происходящего. Бутафорские пещеры, скалы и причалы так и вопят: «Нет денег, не-е-ет их!» И ни на минуту не удается забыть об этом. Разумное, доброе, вечное, конечно же, есть. Кристальна мысль, что любви, настоящей и чистой, любые преграды нипочем, а если они и встречаются, то сдаваться никак нельзя, принц обязательно найдется, хотя бы и за семью морями. Чем же все-таки хотели удивить детишек создатели картины не совсем ясно: как такового волшебства здесь жалкие крохи (в основном, оно связано с метаморфозами неугомонного принца), а вот быстрота, с которой у главных героев завязывается роман, пугает. Здесь острейше чувствуется выбранная тональность «есть заказ – надо исполнять», которая делает фильм холодным, отстраненным и пустым, а используемые (не служащие для создания сказочного мира, а казенно используемые), неизменно мрачные декорации мешают оценить даже ожидаемо счастливую концовку и совсем не радуют восприимчивые к ярким краскам детские глаза. Неновизна истории, будь этот фильм визуально светлее, теплее и заботливее применительно к маленькому зрителю, могла бы как минимум обернуться еще одной вариацией на тему, на деле же – получилась абсолютно проходная картина, которая демонстрирует ничем не компенсируемое, плохо отточенное ремесло.