Алиса

Семилетней Алисе Лиддел однажды приснился сон - сказочный, радужный, карамельный. Именно такие сны чаще всего бывают у маленьких девочек. Алиса пересказала свой сон папиному другу - профессору математики Чарльзу Доджсону, более известному под псевдонимом Льюис Кэрролл. Тот записал рассказ девочки, добавил кое-что от себя - и получилась известная на весь мир сказка 'Алиса в Стране Чудес'. Но маленьким девочкам снятся не только радужно-карамельные сны. Порой их, как и взрослых, одолевают кошмары. Ян Шванкмайер наглядно показал нам это, перекроив сказку о приключениях Алисы на свой лад. Алису он переименовал в Алёнку, чтобы сделать её ближе к славянам. Фильм 'Сон Алёнки' погружает нас в странную и мрачную атмосферу. Все краски блёклые. Никакого или почти никакого свободного пространства. Маленькая Алёнка с мрачным видом сидит на берегу реки. Рядом с нею женщина (мать? Тётя? Гувернантка?) с книгой в руках. За попытку заглянуть в книгу Алёнку просто шлёпают по руке. Обиженная девочка уходит к себе в комнату... и вот тут-то всё и начинается. Чучело Белого Кролика оживает. Но это отнюдь не тот мимимишный заячка, которого нарисовал нам Доджсон-Кэрролл! Нет, этот кролик страшен. Он всё время щёлкает зубами, которыми способен перекусить толстые строительные гвозди. А ещё он ест опилки, которые высыпаются из его же распоротого брюха (у вас никаких мрачных ассоциаций не возникло, а?) Впрочем, подобным самопожиранием занимаются почти все обитатели мира, в который заносит Алёнку. Этот мир враждебен к ней. В варенье, которым она хочет полакомиться, подмешаны канцелярские кнопки. Булочка вдруг ощетинивается строительными гвоздями. Консервная банка наполнена какими-то омерзительными тварями - то ли тараканами, то ли доисторическими трилобитами. Живых же существ здесь нет ни одного - за исключением самой Алёнки. Да и то - уменьшаясь, она не просто уменьшается, а превращается в куклу. В фильме не звучит музыка. Диалоги сведены до минимума. Всё какое-то пыльное, краски выцвели. Кругом всё обветшало. Выхода нигде не видно... Словом, Страна Чудес на поверку оказывается самым обычным адом. И всё-таки я посмотрел этот фильм, не отрываясь. Детям такое, конечно же, показывать не стоит - но взрослым я вполне рекомендую. Хотя бы для того, чтобы избавиться от шаблонов и перестать думать, что 'Алиса в Стране Чудес' - это просто сказка. И вспомнить, что Чарльз Лютвидж Доджсон aka Льюис Кэрролл был если не основоположником, то уж во всяком случае предтечей жанра психоделики. А уж тем, кто любит артхаус - и вовсе настоятельно советую посмотреть!

Хоть картина имеет много пугающих моментов, психоделики и откровенно криповых моментов, Алёнка и её сон очень напомнили мне меня в детстве. Даже так, если бы я поехала на дачу к бабушке, на речке послушала бы сказку 'Алиса в Стране Чудес' (которая в детстве мне казалась сложной и перегруженной), пошла бы играть сама по себе на чердаке со всякой всячиной (старье, и вещи которые надо бы выбросить, но руки не доходят), а потом на этом чердаке уснула в процессе игры, то... в моём сне наверняка было бы много схожего. И точно также как Алиса-Алёнка я бы не удивлялась происходящему, а лишь шла вперед за Белым кроликом. На что похоже зелье уменьшения роста - на недавно увиденный пузырек с синими чернилами? На что похожа гусеница - длинная как гольфы? Какой должна быть страна чудес - как перемешанное в подсознании все, увиденное в сознании накануне... Как обладатель ярких сновидений, наполненных своей собственной внутренней логикой, я вижу в этом фильме именно сон с собственной странной логикой, жутковатый, но не страшный (как чучело кролика с аквариуме). На мой вкус - идеальное в своём роде отражение Страны Чудес и похождений Алисы.

Пусть фильм снят по произведению Кэрролла, Шванкмайер вдохнул в историю много своего видения. Это уже не тот милый нелогичный сон. Это гротеск, что длится на протяжении всех восемьдесят шесть минут. Мы видим совершенно иной мир, жестокий и взрослый, совершенно нелогичный. В фильме нет саундтрека. Все звуки — живые. От этого, при всей нереальности происходящего, создаётся впечатление, что отчасти события случаются в действительности. Живая там только Аленка. Остальные персонажи лишь куклы, что едят собственные опилки и пьют чай, не в силах почувствовать вкуса. Белый кролик — чучело. Безумный Шляпник — деревянный болванщик, Мартовский заяц — старая потрёпанная игрушка. В этой стране чудес нет ничего живого, даже сама Алиса в некоторых ситуациях становится куклой. Реальность и сон не разделены чётко. Происходящее ужасает. Волнуешься за главную героиню, ибо если жителям Страны Чудес не будет ничего и они смогут зашить себя без проблем, так с человеком такого не будет. Алиса будто в мире мёртвых. Фильм всё время держит в напряжении. Будто вы сидите один у захламленной комнате, а посередине старый письменный стол, из ящика которого что-то хочет вырваться. Смотреть фильм очень неуютно. Много плохих эмоций, лично я долго от них отходил, на душе было тяжело. Шванкмайер мастер сюрреализма. Он создал настоящий кошмар, непоследовательный, нелогичный. Он дал зрителям возможность увидеть чужой сон. Хотя бы отчасти испытать на себе ужас.

«Сейчас вы должны закрыть глаза, иначе вы ничего не увидите», – сообщается зрителю в самом начале. Похоже, намек на сновидение, и далее – основательная экспозиция предметов, которым предстоит появиться в сюжете... (Поэтому подзаголовок «Neco z Alenky» заманчиво перевести как «Аленкин сон».) Однако не все так просто: предполагаемые сон и явь содержат гомеопатические вкрапления друг друга, и в итоге не только финал, но и начало останутся открытыми. Режиссер намеренно избегает давать зрителю однозначные ответы. Как и Алисе-Аленке: ей так и не посчастливится увидеть надпись типа «съешь меня» или «выпей меня», и даже Чеширский Кот не появится на экране, ведь в книге он единственный, кто пусть недомолвками и парадоксальными замечаниями, но хотя бы пытается объяснить героине происходящее. Впрочем, стоит отдать фильму должное: на этом значимые сюжетные отличия от общеизвестной книги заканчиваются. Пожалуй, именно первый полнометражный фильм стал magnum opus Яна Шванкмайера, проявившим весь талант его и как режиссера, и как сценариста. Количество и качество кинематографических открытий здесь просто поражает. Путешествия в Стране Чудес осуществляются через ящики (которые, кстати сказать, часто возникают на полотнах другого прославленного мэтра сюрреализма – Сальвадора Дали, среди прочих иллюстрировавшего «Алису»); падение в нору у главного киносюрреалиста XX века – воистину долгое, заставляющее зрителя на своей шкуре ощутить глубину словосочетания «почти вечность»; разговор с Гусеницей – самый что ни на есть бредовый и обкуренный, просто обескураживающий своей бесполезностью; чаепитие у Шляпника – по-настоящему безумное, практически заражающее психическим нездоровьем, тревожащее неопределенностью: сколько еще это все продлится? Шляпник и его друзья здесь отнюдь не доброжелательные неврастеники, нет, они, без преувеличения, – параноидальные шизофреники, для которых Алиса если и существует, то на грани иллюзии, а ее присутствие рядом не представляет интереса и функционально подчинено общей бесцельности и бессмысленности… На просторах сети данную ленту неразлучно сопровождают такие эпитеты и словосочетания как «мрачный», «жестокий», «кошмар Аленки» и так далее. Но вряд ли зритель, решившийся посмотреть этот, мягко говоря, не самый популярный фильм, может позволить себе прятаться за такими поверхностными определениями. Попробуем наиболее точно описать ощущения, возникающие при просмотре. Наполовину игровой, наполовину кукольно-анимационный, с единственной задействованной актрисой, фильм с первых минут рождает привкус одиночества, и привкус этот местами становится очень сильным. Неторопливая съемка, долгие сцены тихого созерцания, лишь иногда нарушаемые громкими событиями, блеклое матовое изображение в серо-коричневых тонах за почти полным отсутствием прямого солнечного света (при этом вовсе не везде Алиса бродит в потемках) и немыслимые сочетания предметов весьма искусно работают над созданием и поддержанием саспенса, отнимают предсказуемость и таким образом не дают заскучать. Сугубо материальный и осязаемый мир, наполненный хорошо узнаваемыми предметами, включая громоздкие ржавые ключи, обшарпанные стены, классические часы на цепочке и чайный налет в чашках, на фоне алогичных поступков жителей Страны Чудес усиливает тяжеловесный абсурд действия. Наконец, эпизодические крупные планы губ отвлекают внимание, обилие тесных интерьеров, коридоров и полупустых комнат вызывает клаустрофобию, а множественные визуальные ссылки между разными эпизодами провоцируют ощущение цикличности, топтания на месте и (да-да, совершенно прав Белый Кролик!) потери времени… Отвращает ли такой аудиовизуальный поток, пугает ли? Наверное, кого как. И пусть фильм рассчитан на хорошо подготовленного зрителя, но совершенно точно он не является кошмаром девочки, ведь она нисколько не боится, а, наоборот, с любопытством наблюдает, думает, повторяет за Белым Кроликом, ищет и экспериментирует. Скорее здесь можно говорить о глубоко интровертивном, озадачивающем, но увлекательном путешествии по закоулкам разума. И с этой точки зрения можно смело утверждать, что мир Страны Чудес показан глазами Алисы-Аленки: достоинство, вроде бы, тривиальное, если думать о посыле литературного источника, но все-таки почти уникальное, если припомнить другие экранизации (какие-то более, а какие-то менее приближенные к зрелищному мейнстриму, диктуемому современным Голливудом). Классические фильмы по этой истории все-таки не позволяют забыть о нормальности и так или иначе удивляют зрителя, вытесняя фантастическое содержание на периферию его восприятия. Шванкмайер же заставляет буквально поверить всему происходящему и с интересом ожидать: что же случится в следующее мгновение? Поэтому выходит, что самая смелая интерпретация произведения Кэрролла является наиболее кэрролловской по духу! А наполнив экранизацию необычным визуальным рядом, режиссер позволяет зрителю самому так и эдак поворачивать к себе пространство смыслов, а также ставит зрителя в положение ребенка, отнимая у него преимущество всезнающего взрослого, заставляет вместе с Аленкой наблюдать и экспериментировать. Таким образом, еще в 1988 году гениальный чех смог создать отдаленное подобие компьютерной игры. И если зритель готов принять правила этой игры, он получит неподдельное интеллектуальное удовольствие. 9 из 10

Каждый творец волен сам интерпретировать произведение. Из сюрреалистической 'Алисы в стране чудес' получались как гламурные телепостановки, так и фриковые блокбастеры или проходные мультфильмы. И вот, чехословацкий начинающий режиссёр Ян Шванкмайер создал свою, полу мультипликационную версию, названную 'Сном Аленки'. Фильм созданный мастером довольно отличается от всех остальных версий и более близок к авторскому кино. И именно эту версию считают лучшей экранизацией произведения. Чем же так зацепил всех этот фильм далёкого 1988 года? Возможно тем что режиссёр откинул многие ненужные сюжетные линии, упростил оставшиеся и сосредоточиться на психологической составляющей произведения, оставив камерную, клаустрофобную историю в замкнутом пространстве. 'Сон Аленки' относят к жанру фильмов ужасов, поскольку после просмотра он оставляет довольно сюрреалистическое, тяжёлое впечатление, наполнен страшными, пугающими образами. Страх словно витает над фильмом, сочиться с каждого кадра, слова, образа. Страх перед будущим, перед замкнутом пространством, боязнь увидеть и признать новую реальность. Всё это отсылки к страху автора перед гражданской войной, страху перед реальностью, всем новым. Всё это было актуально в конце 80-х, актуально и в начале 20-х. Дай бог, что бы этот страх поколений прервался на ком-то. И мы бы все проснулись если не в мультяшной Диснеевской Стране Чудес, то в стабильной реальности. Маленькая девочка встречает на пути к дому странных, плохо и наспех сделанных персонажей, словно играет старыми, страшными игрушками у которых есть свойство оживать. Но ни в коем случае персонажи Страны чудес не внушают смех, а наоборот при их виде охватывает неподдельный ужас и даже омерзение. Пожалуй, самая длинная и пугающая сцена - это чаепитие. По-настоящему безумная, затянутая, омерзительная. Очень интересно что фильм поможет многим вспомнить беззаботное детство, когда во время игр каждая самая простая вещь казалась волшебной, превращающейся в забавную, но страшноватую игрушку. Сразу скажу, что кино не для всех. Не все поймут. 9 из 10 Снимаю баллы за плохо сделанных персонажей, хотя признаю, что страшными они сделаны сознательно. Шедевр.

'Алиса' или 'Нечто от Аленки' - дебют 53-летнего культового режиссера-сюрреалиста Яна Шванкмайера в полном метре. Режиссер оттачивал свое мастерство в анимации более 20 лет, и для дебюта, за основу сюжета, выбрал классическое произведение Льюиса Кэрролла. От фабулы Кэрролла здесь остались, пожалуй, только персонажи, картину лучше рассматривать как 'личную' интерпретацию режиссера. Режиссер доверил главной героине вести рассказ от начала до конца, при чем голоса всех остальных персонажей тоже воспроизводит девочка, из чего складывается впечатление, что она читает книгу. Каждый раз, когда нужно указать, кто именно говорит реплику, камера показывает детские губы, произносящие слова. В начале это кажется забавным, но к концу начинает утомлять. Но на счет темы звуков, этот фильм, как и предыдущие короткометражные работы, как и последующие работы режиссера - только выигрывает. Слезы, вода, стуки, плач, костер, часы, и еще много-много звуков. Звуки не оставляют нас ни на секунду, вводят в ступор и удивляют. Звуки в фильмах Шванкмайера всегда были на высоте. 'Вы должны закрыть глаза. Иначе, вы ничего не увидите.' После этих слов нам показывают все предметы, которые позже эволюционируют во сне Аленки, точнее в воображении режиссера. 1987 год. Все режиссеры активно используют компьютерную графику, но только не чешский мастер, который продолжает экспериментировать с анимацией. Конечно же, к такому фильму нужно быть готовым. Всегда нужно помнить что мы смотрим Шванкмайера. Рядового зрителя это все может сильно напугать и оттолкнуть. Современный зритель, после Бёртоновской 'Алисы' может вообще не понять что к чему. Если вы собираетесь смотреть этот фильм, не смотря ничего у этого режиссера, настоятельно советую изучить первые короткометражные работы чешского сюрреалиста. В этой работе анимация не балансирует с реальной актерской игрой, такое заметно в последних работах режиссера, здесь же, скорее, анимация балансирует с анимацией, а Аленка - гость в этом мире, как и мы - зрители. Нам предлагают безумный трип по безумному воображению Яна Шванкмайера, фильм, не смотря на свой не особо длительный хронометраж, начинает утомлять еще к средине. Все эти бесконечные перебирания Аленки из одной комнаты в другую, что кстати, вызывает мнимую клаустрофобию даже у зрителя. В дальнейшем режиссер доведет свой талант, в качестве режиссера-художника, до идеала, но увы, от этого фильма я ожидал большего. 7 из 10

Если вы не любитель особого кинопочерка Яна Шванкмайера - Алиса вряд ли придётся вам по вкусу. Аленку (Алису) мне крайне не советовали друзья-киноманы (уважающие творчество Шванкмайера - sic!), но интерес взял своё, и я погрузилась в слепленный из пластилина и посыпанный опилками шедевр, действие которого развернулось, как на огромных страницах детских книг, в страшном старом доме такого типа, в который обычно попадают дети в кошмарных снах: со скрипучими ступенями, неизвестными комнатами и высокими дверьми, за которыми тебя что-то ждёт. Фильм не следует никакому сюжету, по сути ничего не происходит: просто Аленка перемещается из пространства в пространство тем или иным образом, почти ничего не говорит, а только выслеживает своим пытливым голубоглазым взглядом Белого Кролика, который всё куда-то спешит. Перемещения Аленки, искусно обрисованные Шванкмайером, - настоящий шедевр, не имеющий аналогов. Но, опять же, если вы ждёте от этого кино 'страны чудес', где всё светло и красиво - лучше не начинайте просмотр, потому что это настоящий фильм ужасов как для детей, так и для взрослых. Вы определённо, как и я, испытаете неподдельное чувство страха, наблюдая за тем, как маленькая Аленка то сидит в кладовке, запертая кроликом, то открывает бесконечные двери в комнаты, в которых таятся всякие странные ожившие игрушки, каждая из которых - безумна. 10 из 10

До того и так сложный к пониманию мир Алисы из страны Чудес, ещё более стал непонятным после «Сна Алёнки» Шванкмайера. Книгу Кэрролла я не читал, но хватает разных экранизаций, чтобы понять об отсутствии чётких между реальностью и фантазией и у Кэрролла, и, тем более, у Шванкмайера. И чешский художник эти границы уничтожил напрочь… Рассказывать историю «злоключений» Алисы не имеет смысла, но перед просмотром фильма лучше перечитать книгу или посмотреть экранизацию. Без этого будет очень трудно войти в этот мир детских кошмаров и жутких гадостей. Ещё более трудно поверить, что всё происходящее может быть плодом детского воображения. Но ненароком начинаешь себя олицетворять на месте героини Алёнки и вспоминать чего сам боялся в детстве. И Ян Шванкмайер очень близко подобрался к тебе детских страхов, настолько, что фильм не имеет малейшего смысла. Но разве мы, повзрослев, не смеёмся над своими фобиями, когда боялись не понятно чего? Разве мы могли объяснить сами себе, что всё страшное происходит только в нашей голове? Так и режиссёр, используя подручные средства, показал, что любой предмет интерьера может нести скрытую психологическую угрозу в мощном детском воображении. И всё выше написанное подкрепляется старомодными, но для фильма нужными, методами съёмки. Режиссёр хорошо совмещает игровое кино и мультипликацию, так как в то время только так и возможно было сделать сюрреалистическую сказку ужасов. Только театральными съёмками кукольных движений, а не современными компьютерными эффектами, можно воссоздать реальный мир жуткого страха в детском мозге. А это серое уныние и куклы смерти? Этот нонсенс смысла и логики, когда ребёнок в одном кадре с черепами и острыми предметами. Невероятный бег по лабиринтам смерти. И маленькая девочка – действующее лицо в этом Тёмном царстве. Поэтому если Вы действительно любите «Алису в стране чудес», вы обязательно должны увидеть интерпретацию Шванкмайера, и после этого только сказать, или до конца понимаете сказку Кэролла…