Самый жестокий год

1981 год. Манящий золотом, звенящий монетами, палящий плотью, кипящий смертью Нью-Йорк, куда занесла нелегкая в пору расцвета финансового кризиса и всеобщего разгула криминалитета семейную пару иммигрантов из Латинской Америки Эйбела и Анну Моралесов. Стремясь во что бы то ни стало покорить Манхэттен, дабы он упал к их ногам пожелтевшей листвой заработанных банкнот, им, увы, далеко не всегда придется быть по чести, ибо у большого города свои правила и свои неписаные законы злых улиц, на которых чужаку едва ли светит что-то большее, чем нож в глотку, если он не сумеет вовремя выхватить пистолет. Очевидно, что молодой американский независимый режиссер и сценарист Дж.-С. Чендор до сих пор пытается выработать свой, самоцветный и самобытный, стиль, следуя при этом по проторенной тропе и используя большей частью чужую художественную палитру, при этом задумываясь лишь об аутентичности собственного кинематографического холста. Что, впрочем, совсем не отменяет того факта, что Чендор, в отличии от покорного большинства, не стремится пополнить и без того тесные ряды постмодернистов, придерживаясь в своей режиссуре сдержанной и сбалансированной методологии, порождая не голые идеи, а полные плоти и крови универсальные высказывания на злобу дня или вне любых иллюзий. Если 'Предел риска' был фактически настроен на волну Оливера Стоуна(времен еще первого 'Уолл-стрита'), 'Не угаснет надежда' следовала магии лапидарности Хэмингуэя и семантической бессловесной символичности Годфри Реджио, то последний по счету крупный фильм Чендора, 'Самый жестокий год' 2014 года представляет из себя весьма эффектное прочтение и переосмысление знаковых творческих мотивов Фрэнсиса Форда Копполы и Мартина Скорсезе, беря от них основное место действие - Нью-Йорк - и тему гангстерской романтики, но создавая на ее основе сугубо свою историю, в которой, однако, криминальный квартет служит не первой скрипкой, а чуть ли не второй или третьей, будучи сугубо периферийным в повествовании, где на первом месте стоит тема самореализации, обретения своего голоса в многоголосом мире и противопоставления собственных гуманистических воззрений тем, для кого понятие человечности и вовсе безвозвратно размыто мутными водами Гудзона. 'Самый жестокий год' старается быть предельно внятным и честным киновысказыванием о жестоких временах, ломающих как морально, так и физически людей, чьей основной движущей силой является не обогащение любой ценой на первых порах, но амбиции к созиданию. Собственно, в этом фильме Чендор, намеренно обращаясь к давнему прошлому, по сути, как и Коппола, четко подразумевает настоящее, заново реинкарнируя в лишенном любой выхолощенности пространстве ленты уже успевшую стать притчей во языцах мысль о мафии как главном символе всей Америки ХХ века. Но только если Коппола со Скорсезе создали в рамках этой воплощенной идеи культ Антигероя, который всегда прав даже тогда, когда он может быть и не правым, но ведь кланом Корлеоне и мафиозными героями Скорсезе движет право собственной силы(которая в ряде случаев становится их главной слабостью, уязвимым местом, приводящим на эшафот или в бега), то Чендор, насыщая 'Самый жестокий год' аналогичными сюжетными ситуациями и синонимичными персонажами, предпочитает идти 'от противного', выдвигая на первый план образ Героя, который желает изо всех сил оставаться таковым, невзирая ни на какие, даже очевидно летальные, последствия. Оставаться если не чистенько белым, то хотя бы умеренно серым в мире черных кардиналов криминального мира и ужасающего нью-йоркского дна, куда его вместе с женой толкают не роковые случайности и нелепые обстоятельства, а заданные самой природой яблочного города закономерности, сплетающиеся в финале в зловещую петлю Мебиуса. Круг замыкается, приходится идти на тяжелый выбор между плохим, очень плохим и ужасающим. Но при этом Чендор предельно реалистичен, пачкая зрителя кровью в меру и стремясь к более противоречивой драматургии ближе к финалу, когда кажется, что гибель неизбежна, а герои - плоть от плоти этой вселенской American Dream, которую выковали именно такие не-американцы - перешли красную черту, когда катарсис обретает явственные черты поэтики разрушения, провозоглашаемой в год великих свершений, в самый жестокий год, лента ломает резкость и обличительность первоначальности собственного высказывания, твердя с упорством что, даже когда выхода нет, а есть лишь тупики, следует по-прежнему оставаться людьми. Даже на злых улицах Нью-Йорка, хоть грызя при этом асфальт и цемент, рискуя, но при этом не предавая идеалы. Можно было бы тут упрекнуть Чендора в излишней наивности, в явном упрощении большей кинематографической глобализации, однако ж, на всем непродолжительном протяжении своей карьеры, режиссер зарекомендовал себя как в первую очередь гуманист, склонный оценивать даже распад и крах как новый этап в жизнях своих героев. Оттого при всей своей жесткости 'Самый жестокий год' полемизирует с антигероистическими идеями Скорсезе-Копполы, предлагая начинать отсчет покорения Нью-Йорка сначала. Ибо далеко не всегда здешние злые улицы окрашены кровью. Иногда они жадно горят неоном, превращая его в город-сон, от которого его способны пробудить лишь те, кто не поддался на его искушения и остался таким, каким он в него вошел.

Ожидания, связанные с этим фильмом было тяжело оправдать. Как минимум были реплики 'Самый недооценённый фильм года' и Оскар Айзек, который совершенно великолепно справился с неоднозначной ролью в Коэновском 'Внутри Льюина Девиса' - уже этого хватало, чтобы готовиться к незабываемому и напряжённому фильму. Надо сказать, что фильм не соответствовал ожиданиям, а к добру это или нет – что ж, давайте разберёмся. Сценарий настолько нехарактерный для криминальной драмы в плане темпоритма и наполенности событиями, что почти с самого начала вызывает лёгкое отторжение и даже отрицание. Каждую секунду ждёшь, когда же придёт то, к чему режиссёр тебя готовит, а оно всё не приходит, а если даже и приходит, то оказывается мелкой неприятностью, с которой герои достаточно быстро справляются. Фильм настолько опирается на приставку 'полу', что в какой-то момент начинаешь ненавидеть трейлер, который рисовал как минимум более интенсивную картину и для меня явно попадает в категорию обманчивых. И фильм тащится дальше, от одной обещающей развитие сцены к другой, от одного спокойного разговора рассудительных людей к другому, а ты всё не понимаешь, к чему же всё это ведёт, где же надрыв, где же мощные моменты и почему те, что есть, разыграны так плавно и тихо. И тут, ближе к середине фильма понимаешь, что эта почти антикульминационная лента захватила всё твое внимание не тем, что она показывает, а тем, что она подразумевает. Вот где для меня фильм раскрывает свои лучшие карты. Актёрская игра выше всяких похвал. Оскар Айзек, на мой взгляд, один из самых сильных актёров нынешнего времени и в этот раз он не только не разочаровывает, но и выдаёт идеальную игру для этого фильма, соответствуя ему вплоть до каждой отдельной ноты, что для столь тонко работающей картины критически важно. Остальной актёрский состав выдерживает эту планку, особенно хотелось бы отметить Джессику Честейн и Элиеса Габела. Все эти люди в сумме создают невероятно органичный ансамбль. Операторская работа, монтаж и выбор цветовой гаммы - снимаю шляпу перед всеми людьми, которые были ответственны за эти части производства, ведь фильм на проверку оказывается очень и очень стильным, что, конечно, является частью наиболее важного и незаменимого преимущества фильма. Атмосфера. Мы часто слышим это слово, но достаточно непросто сформулировать, что она из себя представляет. Ещё сложнее определить, по каким законам она строится, и я не могу сказать, откуда именно взялась эта тягучая, нервная, жестокая и пугающая масса, которая обволакивает каждую сцену и даже каждый кадр, но именно она - главный герой этого фильма и его лучшая сторона. Весь город словно нависает над главными героями, и то, что они справились с одним его выпадом не значит, что другой не застанет их врасплох. Главное противостояние фильма смещается в сторону Абель - Город, или даже Абель - Мир, и если держать это в голове, то сюжет приобретает куда больший смысл и становится не в пример более пугающим. Всё, что витает в воздухе требует от героя поступиться своими принципами, стать тем, с чем он вынужден бороться и в конце концов начинаешь понимать, почему в этой криминальной драме почти что нет криминала на экране: он за кадром. Он подразумевается, он лишь слегка очерчивается лёгким движением пера, он принимает много вежливых и культурных форм, он - рутина, он - в шаге от разрешённой зоны за размытой чертой, он везде и нигде одновременно. Режиссёр отходит от привычных нам жанров только для того, чтобы показать: главное в том, чего мы не видим, и с такой мастерской подачей атмосферы ему нет нужды завлекать нас экспозиционными диалогами и кульминационными сценами. Борьба Абеля против мира внутри и вовне выглядит как одна удачная история, но тысячи неудачных подразумеваются, окутывая ленту вязкой, плотной и богатой на ощущения пищей для ума. Стоит всё же отметить, что сюжет фильма очень и очень медленный и порог вхождения в реальность фильма сильно завышен, фильм требует очень много внимания и сил, вплоть до ощущения, что лента издевается над зрителем своей размеренной и тусклой сюжетной линией. Не могу сказать, был ли этот элемент необходим, но как минимум он вывел на первое место главное достоинство фильма и это определённо плюс. В общем и целом - нетипичный и оригинальный эксперимент, который доказывает ценность внимательного отношения к воображению зрителя, которое и делает фильм больше чем просто фильмом. 8 из 10

О чём фильм? Ключевое лицо, торговец нефтью - Абель. Собственно история и вращается в основном вокруг его личности, мистер Абель пытается жить правильно, по правилам, вести дела, не нарушая закон, просто выполняя свою работу лучше всех, развиваться и получать результаты. Но, по мере роста своего дела сталкивается с проблемами и всевозможным давлением с всех сторон. (конкурентов, власти, мошенников и т.д.) Немного не тривиальные личностные предпочтения для криминальной драмы. И это цепляет. Главный герой очень детально показан в фильме, видя, как ему трудно найти верную дорогу, какой ценой она ему обходится, как тяжело ему принимать решения, не поддавшись давлению окружающих пойти по «лёгкому» пути. И это помогает сопереживать ему. Безумно сложно сделать правильный выбор в настолько неправильном мире. Все вокруг нарушают закон – буквально, практически, каждое действующее лицо в фильме, контактирующее с главным героем. И нужно иметь колоссальную силу воли, чтобы продолжать давить своё, давить до результата. Не знаю, что скучного нашли в этом кино другие зрители, мне было тяжело оторваться, я был очень вовлечён в историю и, действительно, хотелось, чтобы герой вышел победителем. За него «болеешь», как одержимый фанат футбольной команды. Почему так? Наверно, потому, что таких людей в принципе по пальцам пересчитать. Каждый идеалист на вес золота, несмотря на сопротивление некоторым негласным нормам. Такие люди служат примером и должны служить примером. Тем более у нас в стране, где вопрос коррупции и неправильных, коротких путей, как никогда актуален.

Успешную дебютную кинокартину «Предел риска» Джей Си Чендор развил более спорным смысловым продолжением «Не угаснет надежда», прежде чем выдать поистине впечатляющий фильм «Самый жестокий год», перенеся проблемы распоряжения деньгами, властью и судьбой из предыдущих работ, на более масштабный и мрачный холст, как Нью-Йорк 1981 года. Выступив в качестве автора сценария и режиссера фильма, Джей Си Чендор с первых кадров тихо, но яростно погружает зрителя в тревожное время и место, воссоздавая атмосферу минимальными, но выразительными штрихами. Судьбоносные встречи проходят в стесненных парикмахерских и гаражах, крупные сделки заключаются на городской окраине, массивные грузовики, перевозят нефть через заснеженный Нью-Йорк, в год, когда был зафиксирован один из самых высоких показателей уровня преступности в истории города. Нью-Йорк буквально разлагался: более 1800 убийств, разгул краж и проституции, сводки преступлений доминировали в заголовках газет, а забастовки сборщиков мусора лишь подчеркивали атмосферу гниения. Посреди беспросветного фона городских пейзажей, преступности и коррупции, нависших в зимнем воздухе как смог, бизнесмен Авель Моралес (Оскар Айзек) намерен приумножить свое состояние даже в трудное время. Одержимый американской мечтой, он всегда безупречно выглядит, и надевает дорогое пальто из верблюжьей шерсти, словно талисман, указывающий, какой долгий путь он прошёл. Преодолев множество ступеней, и войдя в мир нефтяного бизнеса с компанией «Standard Heating Oil», Авель имеет особую деловую связь со своей женой, Анной (Джессика Честейн), умудренной опытом и свирепой Леди Макбет наших дней, чей отец был гангстером, у которого и была выкуплена компания. Нефтяной бизнес Нью-Йорка изображен как непопулярный, но прибыльный вид торговли со своими племенными правилами и обычаями, управляемый небольшой группой семей, члены которой разделили территории и решают споры в соответствии с мафиозными принципами. Разумеется, непрерывное расширение «Standard Heating Oil» привело к значительным болезням роста, особенно когда Авель вносит задаток ради покупки судоходного терминала, дающего ключевое преимущество над всеми конкурентами. Ставки стали слишком велики – у Моралеса остаётся только месяц, чтобы собрать недостающую сумму, либо он и его семья лишатся всех денег и имущества. Проблемы начинают стремительно нарастать: вооруженные бандиты угоняют грузовики, выкачивая нефть, рядовых сотрудников запугивают, банк отказывает в кредите, а помощник окружного прокурора (Дэвид Ойелоуо) выдвигает обвинительные заключения. «Это выглядит очень плохо», - подводит краткий итог адвокат Авеля, в исполнении Альберта Брукса. На фоне вспыхивающих сцен насилия и нарастающего беспокойства, в фильме пролилось лишь немного крови, а насилие, кричащее в названии картины, в основном, кроется в атмосфере, а не в конкретных действиях…и зловещей шепот порой пугает сильнее грохота оружия. Хаос собран вне кадра, но о его присутствии сигнализирует композитор Алекс Эберт волнующим музыкальным сопровождением. В напряженном сюжете «Самого жестокого года» выделено художественное пространство для раскрытия экстравагантного брака Моралесов, объединившего императивы бизнеса и любовь. Спокойный Авель сохраняет самообладание и гордится разумным подходом к ведению бизнеса, постоянно плавая с акулами, даже если среди них его собственная жена, готовая к радикальным действиям, следуя примеру отца-мафиози. Тем самым, отведя Анне роль явной опоры мужу, Чендор привнес нетривиальное художественное решение в яркую криминальную историю, обвивая её двумя старыми поговорками: за каждым великим человеком есть великая женщина, и за каждым большим состоянием стоит великое преступление. «Самый жестокий год» - тонкая криминальная драма, своеобразный творческий вызов «Крестному отцу». Джей Си Чендор представляет историю честного человека, верного своим ценностям, но излишне гордясь репутацией белого рыцаря, герой сталкивается со слишком грязными преградами, и пытаясь не запятнаться, сопротивляясь насилию, сам создаёт угрозы своего полного уничтожения. Сходство фильма с работами Сидни Люмета 80-х годов явно неслучайны. Чендор рассматривает поведение человека и общества, выбрав цепляющий и художественно привлекательный фон, напоминая зрителю о ролях реальных людей в конфликтах, происходивших в реальном городе, воссоздав старый образ Нью-Йорка с исторической убедительностью и выразительностью, и уподобив его сцене театра. Разведя огонь для бурлящего котла страстей, и внеся в него колоритных Оскара Айзека и Джессику Честейн, и ещё полудюжину запоминающихся актеров от Алессандро Ниволы, Каталины Сандино Морено, Питера Герети до Альбета Брукса, Чендор ведёт к очевидному вопросу: «Что хорошего может быть в мечте, если Вы не можете спать ночью из-за поступков, совершенных Вами для её достижения?»

Нью-Йорк. Здесь, среди акул бизнеса и криминальных боссов, крутятся самые большие деньги. Чтобы добраться до них, Эйбел готов на все. Но ставки растут… и вот на кону уже жизнь его семьи. Действие фильма происходит в Нью-Йорке зимой 1981 года, когда был зафиксирован один из самых высоких показателей уровня преступности в истории города. Бизнесмен Эйбел Моралес вместе с женой и своей командой пытаются сохранить и расширить свою компанию в сфере нефтяного бизнеса, не используя при этом криминальные методы ведения дел, но на фоне коррупции, разгула преступности и социального упадка рискуют потерять всё. Они делают всё возможное — стараясь «оставаться в рамках закона» — покупают землю у еврейской общины, берут ссуды и заключают сделки. Однажды, несчастный случай с их работником на очередном рейсе — оборачивается для них «злой шуткой», а они всё больше ощущают «незримую, конкурентную руку» большого города. Режиссёр и автор сценария Джей Си Чендор создаёт мрачную, прекрасную и оттого не менее масштабную криминальную драму. В которой этого самого «криминала» — нет, а есть ощущение всеобщего «беспредела» «злых улиц». Масштабность создаётся прежде всего — благодаря операторской работе Брэдфорда Янга: его «широкие планы» и работа со светофильтром — ставит эту драму в один ряд с лучшими представителями жанра, а работа художников — создаёт «дух эпохи». Музыка Алекса Эберта — также масштабна и волнующая. Центральные роли исполнили Оскар Айзек и Джессика Честейн — и это их несомненный «бенефис». В фильме есть эпизод, когда Анна и Эйб на ночной трассе случайно сбивают оленя. Чтобы добить животное Эйб достаёт монтировку, тогда как Анна стреляет в него в упор из пистолета. Ради бизнеса можно пойти на всё. Самое трудное — оставаться при этом — человеком.

Драма, кристально чисто отражающая сущность большого бизнеса и связанную с ним профессиональную деформацию. Если оставить в стороне художественную составляющую картины, которая, безусловно, превосходна, то в остатке получим неприглядную, совершенно мерзкую ситуацию, в которой нет ни одного положительного персонажа. Главный герой на протяжении всего повествования, надев белое пальто, декларирует свою отстраненность, обособленность от криминальной составляющей, априори сопутствующей любому крупному начинанию и, в конечном счете допускает ее, как элемент решения закономерно возникшей проблемы, лицемерно прикрывшись показной маской негодования. Его жена и адвокат лишены всяких идеалистических иллюзий по поводу 'честного' ведения дел и скрывают от него мелкие и не очень 'благие' махинации. Работники, невольно вовлеченные в криминальную ситуацию, возникшую в связи с бизнесом босса, не смотря на все его сомнительные заверения о поддержке, пытаются защищать себя сами и попадают в сферу уголовного права. В итоге, все его показные принципы оказываются пылью в глаза окружающим его близким и не очень людям, которые вынужденно страдают из-за его амбиций. Все это очень четко и однозначно проявляется в финальных сценах, где раскрывается настоящее мировоззрение главного героя, а в частности, его заявление о том, что выбор из возможных решений проблемы должен быть 'правильным', а не как нам предлагалось в предыдущих сентенциях, правомерным. И тут зритель может задать элементарный вопрос - правильным для кого?