Тёмная долина

Красота пейзажей зимнего Южного Тироля, харизма Тобиаса Моретти и темная бездна взгляда Сэма Райли – вот все художественные средства, которые понадобились опытному постановщику Андреасу Прохазка, чтобы перенести на экран роман Томаса Уиллманна, в котором вечная тема борьбы чести и бесчестности приобретает оригинальную форму, возникшую из смешения драмы, психологического триллера и вестерна. Прежде чем говорить о романе и его экранизации, стоит уделить немного внимания автору, так как именно личность творца определяет качество его творения. «Темная долина» для Томаса Уиллманна формально не является ступенькой карьеры, так как этот выходец из Мюнхена имеет музыкальное образование и трудится на ниве кинокритики и музыковедения. Однако, превосходное образование и вкус привели Уиллманна не только к труду в сфере музыкальной и кинокультуры, но и к написанию романа, гармонично сочетающего в себе мораль и стиль, что подразумевает непременное упоминание слова «канон». «Темная долина» представляет собой тот тип произведения, который создал и безапелляционно утвердил Уильям Шекспир – в центре повествования находится фигура героя, которая представляет собой абсолют и средоточие мироздания. Так и только так возможно говорить о метафизическом, есть только Человек, остальное лишь прах и тлен. Загадочный Грейдер прибывает в маленькую горную деревню. Кто он, и зачем решил провести зиму в этом безынтересном и скудном на развлечения месте – загадка. От лица местной жительницы по имени Луци, зритель и узнает историю «Темной долины» и черных душ ее населяющих. Прекрасные влюбленные, унижение, страх, предательское молчание и пятна крови на девственно белом снегу - вот основа этой мучительно страшной истории. Великолепие суровой зимы и затаившейся до весны природы, выбрано режиссером и автором романа не случайно. Грейдер для Андреаса Прохазка является воплощением высших сил морали и в конечном итоге мира (и несколько раз в «Темной долине» зрителю прямо покажут, что если за бесчестьем стоит мир безобразности быта, то вот за плечами у Грейдера сама природа, и в высший момент противостояния чести и скотства, только лишь прозрачное зимнее небо безмолвно выразит поддержку загадочному темноволосому незнакомцу). Долина окажется не только изолирована от внешнего мира на три долгих месяца (что дает полный карт-бланш триллеру как одному из жанров «Темной долины»), но и ограждена от таких понятий, как честь, совесть и справедливость. И Грейдер станет для населения (нравы которого режиссер демонстрирует очень подробно) горной деревни одновременно возмездием и спасением. Но вопрос в том, оценят ли это те, кого он пришел спасти во всех смыслах этого слова. Профессией Грейдера является фотография, как и объектив его камеры он видит мир в монохромных оттенках. Андреас Прохазка не может позволить себе также прямолинейно разделить хорошее и плохое, поэтому он прибегает к иносказательности. Будет в окончании «Темной долины» сцена, где камера покажет всех жителей деревни, подолгу задерживаясь на их лицах, и рассматривать ее можно и как демонстрацию несчастных угнетенных, и в качестве портрета скотства, которое в силу своей низкой натуры никогда не оценит дара, который в лице Грейдера преподнес им мир. Напряжение с каждой секундой будет возрастать и многие зрители где-то в районе экватора фильма поймают себя на мыли, крамольной в большинстве случаев, но не здесь, что они желают, чтобы «Темная долина» поскорее закончилась, так как чем меньше остается времени, тем больше у Грейдера шансов избежать опасностей. Следует оговориться, что промо-материалы и в частности основной постер картины, на котором изображены Райли, Моретти и Паула Бир, не совсем точно отражает действительность. Любовный треугольник, искусственно созданный маркетологами, не имеет никакого отношения к происходящему в «Темной долине». Паула Бир рассказывает историю от первого лица, Сэм Райли играет ее главного героя, а Тобиас Моретти – это один из довольно неприятных жителей деревни (сказать больше без спойлера не получится). Экранная любовь, конечно же, продается лучше, но на плакате фильма, если отойти от законов кинобизнеса, должен быть изображен один лишь Грейдер/Сэм Райли, так как только его фигура имеет значение в этой истории. Уроженец Лидса Сэм Райли благодаря своему дарованию снова, как и всегда, абсолютизирует свою роль. Райли сводит к экстремуму любой характер, будь то герой фильма «13» в его полном отчаянии, или же персонаж из картины «Brighton Rock», как пример полнейшего морального разложения. У Грейдера из «Темной долины» боль разбитого сердца, не знавшего покоя, сочетается со смелостью, готовностью идти до конца и несгибаемой честью и Сэм как нельзя лучше подходит для воплощения такого сложного персонажа. Природная аристократичность и старомодная красота (которая совсем не ценится в нынешнем Голливуде с его условными «Брэдли Куперами» и прочими «героями» глянцевых обложек) позволяют Райли добиться почти гипнотического воздействия на зрителя, а немногословность персонажа превратить в многозначительность. Режиссер в свою очередь подчеркивает превосходный выбор актера на главную роль тем, что не только выстраивает вокруг Грейдера всю драматическую композицию, но и, прибегая к помощи технических средств, то соединит на фигуре главного героя солнечные блики объектива, а то и вовсе сделает непозволительную вещь – разрешит Райли смотреть прямо в камеру. Однако, все формальные почести отданы другому актеру картины. Не боясь этого словосочетания, всемирно известный, благодаря австрийскому сериалу «Комиссар Рекс», Тобиас Моретти получил за роль в «Темной долине» ряд европейских наград. Свобода трактовки для читателя в совокупности с предельно точными высказываниями автора и его совершенно очевидной симпатией к главному герою, являются отличительными чертами «Темной долины». Великолепие пейзажей и мастерство операторской работы (которое в данном случае поистине виртуозно) создают на экране целый мир – жестокий и суровый, не знающий прощения. Начинаясь и заканчиваясь композицией «Sinnerman» (исполненной Clara Luzia и группой One Two Three Cheers And A Tiger, соответственно), «Темная долина» подчеркивает актуальность непреходящей со времен Античности темы. В чем природа человеческой низости и подлости, и как возможно, что некоторые преодолевают непреодолимое, чтобы возвыситься над окружающими и стать примером? Является ли это закономерным ходом вещей или же таким желанным исключением, на фоне которого мерзость становится еще более невыносимой? Андреас Прохазка, а вместе с ним и Томас Уиллманн в рамках остросюжетной драмы говорят лишь об одном, о том, как важно быть Человеком. Режиссер и писатель конечно не знают рецепт, который помог бы социуму стать сознательным и праведным, но в одном они уверены точно: если в темной долине человечества время от времени не будет появляться молчаливый Грейдер с пронзительным печальным взглядом, то все бессмысленно. В любом случае прекрасный незнакомец так и останется тайной. Тайной, известной лишь ему самому.

Среди альпийских гор, оглушительных в своей красоте и неприступности, едет всадник. Какая-то цель настойчиво ведет его вперед, горит в темных глазах, проступает в костяшках стиснутых пальцев. Какая-то цель помогает ему не согнуться под настороженно-неприветливыми взглядами поселян затерянной в горах деревушки. Это Темная долина, и люди в ней темные, грубые как окружающие их скалы. Что ты здесь делаешь, всадник? Уходи, пока не поздно, здесь тебе не место. Скоро пойдет снег, дороги занесет, и ты уже не сможешь выбраться. Но неведомая цель велит ему остаться. Фильмов о противостоянии одиночки обществу, обстоятельствам или системе снято великое множество, и «Темная долина» не открывает новых горизонтов ни в плане сюжета, ни в плане личности героя. Пожалуй, наиболее характерной особенностью фильма можно назвать контраст между немногословием его персонажей, временами переходящим в почти кричащую тишину и удивительно «разговорчивыми» декорациями. Грейдер — всадник-фотограф — молчит, мимолетно дергая уголком рта, что долженствует изображать улыбку, или слегка кивая в знак согласия. А в это время с уютным плюхом ложки опускаются в тарелки, расслабленно скрипят стулья, за окнами почти умиротворенно дует ветер. Грейдер молчит, смотрит на толпу озверевших от собственной безнаказанности ублюдков, и окружающая реальность смолкает вслед за ним, и объектив камеры в руках кажется не то оружием, не то насмешкой над ним. Грейдер молчит, ломает лед в тазике, чтобы умыться и побриться, а метроном стучит все яростнее, гремит, грохочет, и хруст свежевыпавшего снега под чьими-то сапогами предрекает катастрофу. На фоне искрящей зимней белизны и подавляющего величия гор разворачивается история, которую едва ли можно назвать оригинальной. Оскорбление и честь — направляющие вектора сотен подобных историй. Интерес вызывает только фигура центрального персонажа. Грейдер, молчаливый всадник, здесь, чтобы добиться справедливости. Парадокс в том, что во внешнем облике его нет ничего героического или впечатляющего. Отстраненный и хрупкий на вид, с постоянно-печальным взглядом внутрь себя и мирной профессией фотографа — от него нет ощущения силы, власти или опасности. Но решимость в его облике на уровне подсознания ощущают даже бесчувственные жители поселка. Ту самая решимость, что дарует либо победу, либо могилу. И именно двойственность восприятия Грейдера — внешней слабости и внутренней собранности — будет преследовать зрителя до самого конца. А еще сопричастность двусмысленности его положения, морального противоречия между «надо» и «должен», созвучного амплитуде его метронома, неумолимого в своем движении и «правого» в обоих крайних позициях. Тик-так, тик-так. Я нашел их, я сделаю то, что должен. Тик-так, тик-так. Я готовился к этому всю жизнь, я должен. Тик-так, тик-так. Я должен, я не могу иначе! Но как же я этого не хочу... Тик-так, тик-так. Я не хочу видеть их надменные, злобные, глупые, лица, не хочу марать о них руки, не хочу смотреть в удивленные, испуганные, медленно тускнеющие глаза. Я не хочу убивать! Тик-так. Но я должен, выбора нет. Тик… На фоне противоречивой, но яркой личности Грейдера все остальные персонажи кажутся схематичными и удивительно пустыми в своей единственной характеристике, что банда подонков-братьев, подмявших под себя всю деревню, что вся остальные трусливая шушера жителей. Одни привыкли брать силой все, что понравится, другие с овечьей покорностью привыкли подчиняться. Мятежный элемент в лице героя Сэма Райли мешает жить и тем и другим. И скоро и те и другие против него ополчатся. Ведь свобода — принимать решения и нести за них ответственность — это дар, которым не все способны распорядиться. «Темная долина» — монохромное тягучее кино, вестерн наоборот, где вместо скрипящего на зубах песка — пылающая чистота снега, а классический выхват револьвера заменяют долгие символические кадры безбрежного неба и возвышающихся гор. Но все также кто-то где-то пользуется своим правом сильного, и все также где-то кому-то нужен Герой. Темный всадник уезжает прочь, и глаза всех жителей снова прикованы к нему. Кто-то будет благословлять его имя, кто-то будет вспоминать о нем с ненавистью. Но кем бы он ни был, о нем не забудут.

Альпийское захолустье, именно такое, каким представляет его всякий человек, попытавшийся визуализировать словосочетание 'альпийское захолустье'. Размеренную, а точнее сказать, монотонную жизнь местного населения прерывает немногословный молодой человек с внешностью Сэма Райли. Кто ты, странник, откуда ты едешь, и самое главное - что привело тебя в наши края? Все начинается с вопросов. Парень привозит с собой фотографический аппарат и, по всей видимости, он здесь для того, чтобы поснимать окрестности и людей, они же такие красивые, и те, и другие. Парень не пьет, не дерется и практически не разговаривает, оно и к лучшему, меньше знаешь - крепче спишь. Везде, даже в самом замшелом уголке альпийских гор есть своя тайна, и плохо, когда кто-то из посторонних оказывается слишком осведомленным в делах, его не касающихся. Ах да. Грейдер. Его ведь зовут Грейдер. История о мести, снятая австрийский режиссером в альпийских декорациях, с британским актером в главной роли прикрывается жанром вестерн и подкупает как минимум холодным, мрачным, прекрасным визуальным рядом. Нет ничего красивее природы, а местные пейзажи - неподражаемы. Режиссеру удалось передать, как бы так выразиться, симбиоз природного фона и накала страстей на экране. Темные воды ледяных рек и глубокие сугробы высокогорий вызывают дрожь перед приближающейся зимой, а длинные ночи нагоняют тоску раньше времени. Высокий молодой человек мстит не людям, он будто мстит этому месту, разрушая его привычный ритм без возможности реабилитации. Это тот самый случай, когда лучше не станет практически никому. Сюжет предсказуем, и это не плохо. В этом фильме все находится на своем месте и ничего не раздражает, будь то слишком прямолинейные повороты сюжета и люди, поделенные на статистов и антагонистов. Статисты в данном случае действительно от слова статика - в этом месте перемены не нужны не потому, что все хорошо, а потому, что об этом, в общем то, никто и не думал. Даже молодые люди, вроде как планировавшие побег, помогают незнакомцу нехотя, словно на автомате, словно не по своей воле. И предсказуемый хэппи энд публика не встретит овациями, потому что по сути никто, даже Грейдер, не могут знать, как и с чем жить дальше. 8 из 10 спасибо. Мне понравилось.

Тёмная долина - это неспешный и медитативный вестерн на снегу. В нём есть заметные элементы триллера, но это всё же именно вестерн. С отличной мрачной атмосферой, простым и сильным сюжетом и отличной игрой актёров. Теперь с формальностями, покончено. Начинается сама рецензия. Холод. Белый снег. Красная кровь. Ледяное безмолвие. Красиво звучит. Во всём том, что происходит на глазах, преобладает ощущение мистического, хотя ничего сверхъестественного здесь нет. Разве что капля, но на уровне духовного смысла. Холод здесь не просто погодное условие, ведь время действия происходит в основном зимой. Это ещё отображение внутреннего состояния героев. У каждого буквально ощущается ледяная мерзлота внутри. У кого-то лёд в душе светлый, у кого-то тёмный. При обманчивом внешнем равнодушии, основные герои демонстрируют целую бурю чувств, в особенности странный человек Грайдер. Жители же, которые принимают в свою деревню загадочного незнакомца, относятся к нему настороженно, и преувеличенно равнодушно. Им интересно зачем он появился здесь, но они уже настолько теряют собственные личности, что им легче просто принять, всё как есть. Даже, если обыденность их жизни страшна и отвратительна. Можно ли смертельно обидеть ворона? Сэм Райли показывает, что да. Острый нос, чёрные волосы и бездонные чёрные глаза. Ледяное лицо, тихая немота и учтивые едва заметные жесты. Ворон тихо наблюдает и следит за окружающими, он выжидает удобный момент, не рвётся на пролом. Грайдер умён, он заставляет подонков из зажиточных поселян играть по своим правилам. Да, порой может что-то отойти от первичной задумки, но ворон-молчун разрешит ситуацию, да так что захватит дух. А всё происходит на чистом белом снегу, в городке с прекрасным видом на горы, которые окружают этот городок. И здесь будет происходить жестокое противостояние. И прольется кровь. Красная кровь на белом снегу. Это страшно и красиво, от того, что есть такая смертельная красота становится страшно. Но завораживающе. А в воздухе шелести ветер, звучит музыка, а на ружьях блик от яркого утреннего солнца. Главный герой гениально молчит в кадре, у него минимум реплик. Но нужно ли много слов, ворону? Его глаза, жесты и совершаемые им деяния говорят сами за себя. Таинственный и полностью понятный самому себе, он целен внутри. Но, когда цель достигнута... Да, он может вздохнуть полной грудью, но что делать дальше. Неизвестно, как и неизвестно знает ли он сам? Он покидает этот уголок. Его сложно забыть, ведь он дал мысль, что свобода это дар, которым может принять не каждый. Герой был олицетворением ледяного безмолвия, а стал... великим молчуном. Действительно, Великое молчание. Это отличный фильм, с прекрасным Сэмом Райли, отлично вторящему ему Тобиасом Моретти и другими отличными актёрами. Ещё запомнились Люци, её мать и её возлюбленный со своей семьёй. Но это перечисление. Простой, но многогранный в своей простоте фильм. И от этого прекрасный. П. с. музыка. Это не придирка. Она очень хороша, пусть и модная. Просто, хотелось бы услышать, что-то старом стиле, в духе Эннио Морриконе и самого первого Джанго. Но и как есть отлично. 10 из 10

В 1995 году Мел Гибсон снял 'Храброе сердце'- эпическую сагу о любви, борьбе и освободительном движении в Шотландии. Действие фильма - 1280 год, история легендарного национального героя Уильяма Уолласа. Припоминаете? Толчком, мотивом восстания послужило не желание выполнять существующий ритуал 'право первой брачной ночи', когда возлюбленная отдавалась в развлечение сюзерену. 'Тёмная долина' поведала нам о том же. Вот только события разворачиваются в альпийской Европе, перенеся зрителя на шесть столетий вперёд. Воистину говорит Екклесиаст: 'Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: 'смотри, вот это новое'; но это было уже в веках, бывших прежде нас...'. Месть. Его Величество Кольт решает кому жить и кому умереть. Человеческая жизнь ничто. Персонажи Клинта Иствуда вошли в наши сердца и оставили неизгладимый след. Другие, были менее даровиты и плодовиты, но и они получили свою порцию оваций. Обычно вестерн лихо закручен перестрелками, драками, выпитым виски. Стремительность кадров подобна безумным погоням, знойному солнцу. А вот здесь ничего этого нет. Немецкая расчётливость и практичная холодность во всей красе. Да и местность - глубокие снега, горы как то не располагает к динамике. И воспринимается это, должен сказать, вполне нормально, без надрыва. Проникаешься духом, персоналиями - ты во власти зрелища. Мастерски сделанное кино. Киллер ХIХ века во всей красе. Картина, которую смело можно пересматривать вновь и вновь спустя годы. Не утомляет. 7 из 10

На фильм наткнулась, исследуя фильмографию Сема Райли, деятельность которого в настоящий момент вызывает у меня интерес. Нестандартный и очень талантливый актер, способный достучаться до зрителя. Жду от него великих фильмов, поскольку его потенциал огромен. Что же касается этого фильма... 'Темная долина' звучит почти как 'Сонная лощина', не так ли? И, знаете, не так, чтобы фильмы похожи, но что-то общее присутствует. Глухая и мрачная деревенька в живописной местности, суровый и аскетичный быт местных жителей, гнетущая атмосфера, навеянная происходящими страшными событиями. И в эту деревеньку приезжает красивый незнакомец с выразительным, а порой душераздирающим взглядом, вооруженный не вызывающей доверия фотоаппаратурой и с неясными намерениями. И также начинает принимать участие в происходящих страшных событиях. Ничего не напоминает? И все таки это совсем другая история. История о совершенных вполне человеческими руками мерзких и шокирующих преступлениях, и последовавшем за этим возмездием. Красивая история о мести. К концу фильма мелькнула мысль 'Так вот откуда содрали 'Выжившего'!' Вот на это фильм действительно похож, только на мой взгляд он одновременно намного проще и намного лучше. Без претензий на 'Оскары', без излишнего драматизма или спецэффектов, без усложнений в сюжете, без единого лишнего момента. Фильм очень простой, очень красивый и очень продуманный. В нем нет чего-то неуместного или искусственного. Он завораживает и затягивает, он немногословный и сдержанный, простой и насыщенный, пусть в нем и нет бешеного темпа развития событий. История тут рассказана очень простая и понятная, зритель ничего не упускает и не чувствует себя дураком, неспособным постичь смысл фильма. И в то же время эта история впечатляет и шокирует. Шокирует реализмом царящей в глухой деревне жестокости и дикости, которую ее жители похоже считают в порядке вещей. Меня фильмом шокировать впринципе сложно, но создателям данного фильма удалось справиться с этой задачей. Смотришь, что творят 'правители' деревни и чувствуешь отвращение. А происходит такое потому, что из-за отсутствия голливудского глянца и крутизны, и наличия высокого качества съемки и актерской игры, а также великолепной передачи атмосферы создателям удалось достичь такого уровня реализма, что не чувствуешь, что это лишь снято, не ощущаешь вибраций суеты и веселья на съемочной площадке. Напротив, возникает чувство, что это происходило на самом деле. Беззаконие и анархия в глуши, до которых никому, кроме ее жителей нет дела, и которые не в силах победить ее. Тяжелых и неприятных сцен в фильме много. Но есть в фильме и красивая сторона, прекрасный антураж заснеженных австрийских гор, колоритная деревенька в долине, множество очень красивых кадров. И конечно есть завораживающая актерская игра, на чем остановимся подробнее. Тобиас Моретти неплохо смотрится, но я не поняла, чем его персонаж особо выделяется на фоне прочей шайки. Ждала какого-то большего раскрытия. Но в целом вся банда сыновей получилась действительно жестокой и отвратительной. Девушка очень хорошо вписалась в общий контекст - не голливудская красотка, а настоящая тирольская крестьянка, очень убедительный образ. Образ рассказчика, который преподносит на историю в нужном свете. И конечно Сем Райли - тот случай, когда актер действительно завораживает, от него просто не отрываешь взгляда, настолько он гипнотизирует своей игрой, хотя казалось бы ничего особенного не делает. И, куда от этого денешься, обладает впечатляющей, странной красотой, которая отличается от стандартной смазливой физиономии, что и обеспечивает наиболее любимым нами актерам половину их успеха, не так ли? Что касается его персонажа, то раскрыт он в полной мере, я считаю ничего недосказанного в нем нет. По ходу действия мы узнаем о нем все, что нам нужно, чтобы понять мотивы его мести. Месть, о которой повествует фильм, необходима как воздух не только главному герою, но и всем, кто оказался во власти банды. И в то же время эта месть дается герою тяжелой ценой, и наврятли он почувствует какое-то облегчение. Потому история эта печальна и безысходна, при всей своей простоте она вызывает вопросы к себе и наводит на размышления. Время подводить итоги. Восхитительный, великолепно снятый европейский фильм. Тяжелый, страшный, но завораживающий. Такого вы не ждали от мирной тирольской деревушки? И в Австрии были свои 'лихие 90-е', о чем нам этот фильм и рассказывает. Рекомендую всем, кто хочет посмотреть качественную атмосферную драму, красивый и впечатляющий фильм. Истинным киноманам должно понравиться. И все таки один балл я сниму. Ну не такой тут нужен саундтрек! 9 из 10

Вестерн жив, многая ему лета, и кино-режиссеры разных стран обращаются к нему снова и снова, создавая вариации вдалеке от американского запада, но следуя законам жанра. Один из таких европейских вестернов, фильм австрийца Андреаса Прохазка 'Тёмная Долина', разворачиваeтся в конце 19ого века высоко в Альпах, в крохотном городке, отрезанном от внешнего мира и хранящим мрачные, мерзкие тайны. Вымораживающий холод, которым окутан фильм, пробирает до костей и проникает в глубины подсознания. Панорамные горные пейзажи, виды на долину сверху, вековые деревья, согнувшиеся под тяжестью снега восхищают операторской работой. Сопровождаемые красноречивым, зачастую, зловещим молчанием тишины, прерываемым хрустом шагов на морозе, они создают настоящую поэзию на экране. Безмолвное подавляющее величие снега вызывает в памяти такие фильмы, как 'Фарго' братьев Коэнов, 'Сияющий' Кубрика, и живопись художников Северного Ренессанса, в первую очередь, Питера Брейгеля с его 'Охотниками на снегу' и 'Слепцами'. Режиссёр Андреас Прохазка эффективно использует флэшбэки, чтобы раскрыть предысторию разворачивающихся событий и роль, которую играет в них молодой неразговорчивый незнакомец, прибывший из-за океана с фотокамерой, чтобы снимать величественные горы. Но что скрывается за Клинт-Иствудским молчанием одинокого всадника? Отчего из всех живописных альпийских красoт он выбрал для съёмок именно этот неприветливый труднодоступный городок, затерявшийся в горах? Почему смотрят косо на него шестеро братьев Бренеров и их властный отец, много лет правящий городком железной рукой и единолично распоряжающийся судьбами его жителей с тиранической жестокостью средневекового феодала? Кровавые тайны прошлого постепенно начинают раскрываться в произнесённых вслух или невысказанных фразах, в намёках и воспоминаниях, которые чётко расставляют акценты над тем, что происходит в тёмной долине высоко в горах, почему не имеют там смысла понятия законности и справедливости и как 'человек-подлец ко всему привыкает'. Одна из местных жительниц, говоря об истинном хозяине городка, замечает, что 'он заботится о нас всех'. И эта забота заставляет горожан смириться с его безнаказанностью, покорно признать его абсолютную власть, воспринимать как должное втоптанные в грязь честь, невинность и поруганную любовь. Vox Populi прозвучит в унисон с Vox Dei в сцене, ставшей моральным, а, точнее, аморальным центром фильма. И это не грандиозная, в лучших традициях классических вестернов, перестрелка, и не флэшбэк, ярко высветивший страшные путы, связавшие героев фильма. Им стала проповедь местного священника во время свадьбы, наставление юным влюблённым. В этот момент понимаешь с абсолютной ясностью, почему зло нашло себе оправдание, почему оно нагло торжествовало в течение долгих лет, и почему смирились и принимали его как должное, как единственно возможное существование достойные, трудолюбивые, набожные люди. В финальных кадрах, молодая девушка, от лица которой ведётся повествование, произнесёт очень важную для понимания картины фразу: 'Свобода это подарок, которому не все рады'. Таинственый незнакомец покинет Альпы весной, когда открoются дороги. Eго не станут удерживать. Не все будут ему благодарны за подарок, о котором не просили, к которому не готовы. Потому что заботиться о себе придётся теперь самим жителям затерянного в горах городка. Самим решать, какую выбрать дорогу, какой истине следовать, какому наставлению внимать. И здесь фильм перекликается с трагической фантазией 'Убить дракона' Марка Захарова по пьесе Евгения Шварца. Драконы бессмертны. Кому, как не горожанам это знать на собственном опыте, на протяжении десятков лет? Ведь им суждено смотреть дракону в глаза каждый день, даже если он мёртв.

Звенящая тишина застывшей в плотном пространстве безвременья горной деревушки, где все друг друга и друг о друге все знают. Тайн нет. Слепящая белизна снегов, которая столь сильно контрастирует с затаенной душевной тьмой обитателей долины. Впрочем, чужаки, пришлые, лишние здесь практически не бывают - не их вотчина, не по пути, ибо путь сюда вполне может завершиться фатальностью, обрывом. Но однажды неуютный молчаливый мирок горного поселения нарушает некто Грейдер, которому суждено будет многое изменить в долине, правила жизни в которой жестки и беспощадны. Такой примечательный жанр, как 'альпийский вестерн', конечно же, не создал Андреас Прохазка - австрийский режиссер со слишком эклектичной фильмографией, чтобы можно было с успехом вычленить из нее какие-то определенные тенденции и явную стилеформирующую выделку. Право это - быть демиургом современной разновидности европейского вестерна - принадлежит Штефану Рузовицки(между тем, тоже австрийцу), который еще в далеком 1995 году в своем громком фестивальном дебюте 'Наследники' выковал все первоосновы этого жанра, подхваченные ныне с чрезвычайным энтузиазмом. 'Темная долина', экранизация одноименного романа Томаса Уиллманна, бережно перенесенного на экран режиссером при сохранении практически всей аутентичности авторского повествования(редкий случай, когда книга и фильм созвучны друг другу), по сути стремится завершить окончательное формирование 'альпийского вестерна', таковым - вестерном то есть - являясь в гораздо меньшей степени, чем даже должно быть. Прохазка, наконец-то обретший свой режиссерский стиль без копирования и поддакивания, вовсе не ставит перед собой амбициозных задач создать классический образец вестерна, соблюдая форму, зримую оболочку, но, как и Серджио Леоне, мысля категориями высокого искусства, многозначительности и полифоничности. Впрочем, полифоничность эта внутреннего порядка, а не внешнего, не уровня полистилистического, постмодернистского. 'Темная долина', снятая в аскетичной художественной манере, сдержана в своих изысках - что визуального(тут царит стильный монохром), что сюжетного плана. Синематическая структура фильма решена в многожанровых векторах, каждый из которых адекватен избранному авторами лапидарному киноязыку, сотканному преимущественно из преисполненных символизма монтажных фраз, зарифмованных в единое цельное полотно. 'Темная долина' хороша и как альпийский вестерн, аутентичный всей современной европейской форматике; но при этом лента Прохазки органично соединяет в себе элементы психологической драмы в стиле 'Догвилля', философской картины с явным звучанием Андрея Тарковского и беззвучного кошмарного, но при этом гуманистического по интонациям гран-гиньоля, в котором все получат по заслугам и никто не останется безнаказанным. Крайне интересна и личность рассказчика в фильме. Им выступает не Грейдер, не отстраненный от прямых выводов режиссер, а одна из жительниц и соучастниц всех дальнейших событий. По сути это дает возможность для прямого диалога с самими зрителями, которые будто видят все глазами не протагониста, а фактического антагониста. Глазами той, которую пришли спасти. Андреаса Прохазку, как, впрочем, и Уиллманна, интересует не центростремительность, не острые повороты в меланхоличном нарративе, которые в финале становятся обоюдоострыми, но та предельная природа условности, проистекающая и из самой природы - изумительной природы долины, контрастирующей резко, нарочито выпукло с темной природой самого человека, ее, долину, населяющей. Здесь не горная долина темна, а человек, существующий вне правил обыденного бытования, общежития. Гуманизма в этом поселке будто и не было с самого начала; он разрушен, извлечен из душ человеческих, которые и не стремятся вовсе жить по-иному. Дикость, атавизм для них привычнее морали, нормы, праведности. Режиссер прибегает к нарочитому панорамированию художественного пространства картины, вырисовывая тонкими чуткими мазками портрет социальной общины, где добра никогда и не было, а зло исконно, но не неискоренимо. В конце концов, далеко не все тут лишены человечности, потому открытый по сути финал начинает новую историю бытия горной долины, которую зритель обязан сам додумать, прибегнув и к самокопанию, к самоанализу, но уже после ухода Грейдера, исполняющего роль как классического героя-одиночки, без страха и упрека, пришедшего из ниоткуда и в никуда же ушедшего, вся осознанная жизнь которого посвящена восстановлению справедливости в мирах, от нее далеких, но с другой и более важной стороны - Грейдер это само воплощение божественной длани карающей, овеществленный Мессия без личной истории, главная цель которого в невоплощенном мире горной долины - спасти души тех, кто еще этого достоин. Лишь притворяясь формалистским вестерном, 'Темная долина' становится притчей о столкновении двух, в прямом смысле, различных цивилизационных пластов, двух миров, которые при соприкосновении друг с другом своеобычно приходят к деструкциям. Даже любовная линия, вынесенная сугубо на периферию, становится чем-то невысказанно большим и значительным, чем просто историей обреченной любви между спасителем и спасенной. Это не банальный конфликт между Добром и Злом, белым и черным, Сатаной и Богом, так как ни первого, ни второго в картине не видно, но противостояние это извечно. Противостояние между людьми, которые не хотят понять друг друга, хотя и говорят на одном языке. Но в картине речь практически обесценена. Правит не logos, а actio. Бездна взаимонепонимания здесь достигла своего апогея, инстинкты и хаос правят всем. И Грейдер, посланник Порядка, призван разрушить старые правила, старый быт, но вот насколько это спасение нужно обитателям долины? Вопрос скорее риторический, ведь изменить человека дано лишь Богу, а именно его светоча в Темной долине катастрофически не хватает. 8 из 10

Такой примечательный жанр, как 'альпийский вестерн', конечно же, не создал Андреас Прохазка - австрийский режиссер со слишком эклектичной фильмографией, чтобы можно было с успехом вычленить из нее какие-то определенные тенденции и явную стилеформирующую выделку. Право это - быть демиургом современной разновидности европейского вестерна - принадлежит Штефану Рузовицки(между тем, тоже австрийцу), который еще в далеком 1995 году в своем громком фестивальном дебюте 'Наследники' выковал все первоосновы этого жанра, подхваченные ныне с чрезвычайным энтузиазмом. 'Темная долина', экранизация одноименного романа Томаса Уиллманна, бережно перенесенного на экран режиссером при сохранении практически всей аутентичности авторского повествования(редкий случай, когда книга и фильм созвучны друг другу), по сути стремится завершить окончательное формирование 'альпийского вестерна', таковым - вестерном то есть - являясь в гораздо меньшей степени, чем даже должно быть. Прохазка, наконец-то обретший свой режиссерский стиль без копирования и поддакивания, вовсе не ставит перед собой амбициозных задач создать классический образец вестерна, соблюдая форму, зримую оболочку, но, как и Серджио Леоне, мысля категориями высокого искусства, многозначительности и полифоничности. Впрочем, полифоничность эта внутреннего порядка, а не внешнего, не уровня полистилистического, постмодернистского. 'Темная долина', снятая в аскетичной художественной манере, сдержана в своих изысках - что визуального(тут царит стильный монохром), что сюжетного плана. Синематическая структура фильма решена в многожанровых векторах, каждый из которых адекватен избранному авторами лапидарному киноязыку, сотканному преимущественно из преисполненных символизма монтажных фраз, зарифмованных в единое цельное полотно. 'Темная долина' хороша и как альпийский вестерн, аутентичный всей современной европейской форматике; но при этом лента Прохазки органично соединяет в себе элементы психологической драмы в стиле 'Догвилля', философской картины с явным звучанием Андрея Тарковского и беззвучного кошмарного, но при этом гуманистического по интонациям гран-гиньоля, в котором все получат по заслугам и никто не останется безнаказанным. Крайне интересна и личность рассказчика в фильме. Им выступает не Грейдер, не отстраненный от прямых выводов режиссер, а одна из жительниц и соучастниц всех дальнейших событий. По сути это дает возможность для прямого диалога с самими зрителями, которые будто видят все глазами не протагониста, а фактического антагониста. Глазами той, которую пришли спасти. Андреаса Прохазку, как, впрочем, и Уиллманна, интересует не центростремительность, не острые повороты в меланхоличном нарративе, которые в финале становятся обоюдоострыми, но та предельная природа условности, проистекающая и из самой природы - изумительной природы долины, контрастирующей резко, нарочито выпукло с темной природой самого человека, ее, долину, населяющей. Здесь не горная долина темна, а человек, существующий вне правил обыденного бытования, общежития. Гуманизма в этом поселке будто и не было с самого начала; он разрушен, извлечен из душ человеческих, которые и не стремятся вовсе жить по-иному. Дикость, атавизм для них привычнее морали, нормы, праведности. Режиссер прибегает к нарочитому панорамированию художественного пространства картины, вырисовывая тонкими чуткими мазками портрет социальной общины, где добра никогда и не было, а зло исконно, но не неискоренимо. В конце концов, далеко не все тут лишены человечности, потому открытый по сути финал начинает новую историю бытия горной долины, которую зритель обязан сам додумать, прибегнув и к самокопанию, к самоанализу, но уже после ухода Грейдера, исполняющего роль как классического героя-одиночки, без страха и упрека, пришедшего из ниоткуда и в никуда же ушедшего, вся осознанная жизнь которого посвящена восстановлению справедливости в мирах, от нее далеких, но с другой и более важной стороны - Грейдер это само воплощение божественной длани карающей, овеществленный Мессия без личной истории, главная цель которого в невоплощенном мире горной долины - спасти души тех, кто еще этого достоин. Лишь притворяясь формалистским вестерном, 'Темная долина' становится притчей о столкновении двух, в прямом смысле, различных цивилизационных пластов, двух миров, которые при соприкосновении друг с другом своеобычно приходят к деструкциям. Даже любовная линия, вынесенная сугубо на периферию, становится чем-то невысказанно большим и значительным, чем просто историей обреченной любви между спасителем и спасенной. Это не банальный конфликт между Добром и Злом, белым и черным, Сатаной и Богом, так как ни первого, ни второго в картине не видно, но противостояние это извечно. Противостояние между людьми, которые не хотят понять друг друга, хотя и говорят на одном языке. Но в картине речь практически обесценена. Правит не logos, а actio. Бездна взаимонепонимания здесь достигла своего апогея, инстинкты и хаос правят всем. И Грейдер, посланник Порядка, призван разрушить старые правила, старый быт, но вот насколько это спасение нужно обитателям долины? Вопрос скорее риторический, ведь изменить человека дано лишь Богу, а именно его светоча в Темной долине катастрофически не хватает.

В 21 веке жанр вестерн многие считают устаревшим и изжившим себя. Классические сюжеты про Дикий Запад, ковбоев и индейцев уже не удивляют и навевают лишь скуку. Если кто-то и берется за данный жанр, то старается привнести в него что-то новое и необычное. Выходит по-разному - кто-то лишь немного меняет составные элементы и декорации, а кто-то полностью переворачивает привычные сюжеты и декорации. Темная долина - яркий пример того, как родина картины определяет ее содержание, стиль и настроение. Взяв достаточно типичный для вестерна сюжет про одинокого загадочного всадника, прибывающего в место на краю мира, которое таит в себе мрачные тайны и загадки, австрийский режиссер Андреас Прохаска помещает место действия в более родные и знакомые для него Альпы. Кино явно очень европейское. Нет известных американских сценарных и стилистических клише, какого-либо юмора, легкости и непринужденной ковбойской удали. Есть холодная, серо-синяя гамма, суровые пейзажи гор, мрачные и неприветливые люди, мрачные темы и сюжетные ходы. При всех своих отличиях от классических вестернов, фильм явно задумывался именно как европейский взгляд на этот американский жанр. Костяк и сюжетная основа фильма, временной период, многие типажи персонажей - все это взято из классики. Добавлены европейский колорит, стиль, атмосфера, локации и актеры. По итогу получается достойный представитель, который очевидно понравится любителям вестернов всех видов и мастей, которым будет интересно взглянуть на европейский вариант снимать в этом жанре. Люди, которым все это не близко скорее всего заскучают или не оценят. 7 из 10