Я всё ещё здесь

Фильм, который одной левой уделывает других оскаровских номинантов – «Бруталиста», «Эмилию Перес», «Конклав» и «Мальчишек из Никеля» со всей их вычурностью. Последние озабочены больше тем, как, а не что именно они хотят сказать. Да, стильно, изобретательно где-то сработали. Но «Я все еще здесь» ощущается чем-то более жизненным и искренним, не выпячивая себя как особое фестивальное кино. И делая больше акцент на игре Фернанды Торрес и ее матери Фернанды Монтенегро, чем на экспериментах постановки. Память человека – это не просто домашняя съемка на видеокамеру, записи которой из начала 1970-х будут напоминать о другой жизни одной большой бразильской семьи не раз. Нельзя просто сказать кому-то, что ничего не было – не было счастливой полной семьи, не было ее главы, не было его исчезновения после полутайного ареста прислужниками диктатуры. Память может быть настолько сильна, что подчинит всю жизнь человека борьбе за свое подтверждение, и даже когда личность начнет угасать, центральные ее мотивы отразятся на безучастном минуту назад лице. Режиссер Уолтер Саллес издавна посвящает свои работы жизненным историям, связанным с поисками справедливости. Несмотря на внешнюю простоту, он неизменно получал за них признание на больших кинофестивалях. Все потому, что показать важные эмоции и не перегнуть палку дорогого стоит. Тем более в условиях латиноамериканских традиций. Сразу же приходят на ум мыльные оперы или недавняя «Эмилия Перес», которая тоже затрагивает вопрос исчезновения людей в другой близкой по духу стране – Мексике. И для самих мексиканцев в итоге смотрится развесистой клюквой. Бразилия тоже переживала тяжелые времена под властью диктатуры. Для тех, кто не высовывался, все это могло остаться где-то в стороне. Но стоило хотя бы посочувствовать, не вступая в открытое сопротивление, вскоре можно было присоединиться к ряду исчезнувших. А до того, как все это произойдет, быт большой семьи в этой далекой стране удивительно напомнит любой другой из тех времен. Отец – бывший конгрессмен, который теперь имеет другую работу в области архитектуры и какие-то еще дела, которые остаются вне семьи, в кругу которой он всегда остается внимательным и добродушным. Дети имеют все, что им нужно для счастья – атмосферу заботы, прогулки с друзьями и собственные мечты. Тревожные звоночки однажды начинают звучать громче, но теплится надежда, что ничто постороннее не проникнет в этот сплоченный мирок. Эмоции без надрыва – главная особенность фильма. Семья, оставшаяся без важного ее члена, учится улыбаться вопреки. Улыбка появится на лице посвятившей всю жизнь поискам мужа Юнис в момент, когда, казалось бы, этому совсем не место. Но это некоторая черта в долгой истории. Горе едва проявляется, сдерживается ради семьи, чтобы она продолжала жить и бороться за лучшее. И только по отдельным взглядам, лелеемым воспоминаниям мы чувствуем, насколько оно глубоко. Ведь это то, ради чего и нужно искусство, не так ли? Чтобы мы могли лучше почувствовать. 8 из 10

Представьте себе Бразилию: Рио-де-Жанейро, бескрайний золотистый пляж, тепло солнца заливает всё пространство, а волны мерно накатывают на песчаный берег. Представили? Хорошо, правда? Также всё хорошо у семьи бывшего политика Рубенса Пайвы: большая дружная семья, огромный светлый дом на первой линии, уже куплен участок под новый, еще более шикарный, непосредственно у подножья горы со знаменитой статуей Христа. Одно «но» – на дворе 1971 год, в стране правит военная диктатура, а Рубенс бывший член Бразильской рабочей партии, то есть пособник коммунизма. Добавим контекст, который отсутствует в фильме. Революция в Бразилии стала следствием борьбы главного демократического гегемона против красной угрозы, включала в себя материальную и логистическую поддержку бразильских военных, экономическое и политическое давление США на Бразилию, а также план военного вторжения в страну с целью свержения режима, если вдруг вооружённое восстание потерпит фиаско. В итоге, бразильские вояки справились своими силами. Естественно, всех коммунистов взяли на карандаш и при малейшем чихе работали с ними по тайным методичкам КГБ: арест, допрос, пытки, смерть. 20 лет понадобилась народу Бразилии, чтобы сбросить с себя диктатуру военных. Теперь возвращаемся к фильму. Хоть Рубенс вышел из партии, но тайно помогать подполью не перестал. А потому оставалось вопросом времени, когда счастью семьи Пайвы придётся пройти непростую проверку, а у жены Рубенса, её играет Фернанда Торрес, прилично добавится забот. Дальше свой рассказ я хотел бы сосредоточить вокруг фигуры персонажа Торрес. Режиссёр практически сразу заявляет ее как умного, рассудительного, волевого человека. Несмотря на то, что за финансы в семье отвечает муж, решения принимаются коллегиально. Когда дом оккупируют военные, герой Фернанда Торрес кормит их практически против воли, так как понимает, что сытый вояка – добрый вояка. Не теряется, оказавшись в тюрьме и на допросе, борется юридически за правду о муже и за счастье внутри семьи. Когда встаёт вопрос благополучия детей, принимает сложные, но необходимые решения: продаёт земельный участок, на котором планировали построить новый дом, устраивает переезд к родственникам в тесную квартиру, чтобы сдавать освободившуюся площадь, а также решает восстановится в качестве студентки колледжа. Её усилиями удаётся уберечь детей от страшной правды и сохранить ощущение семьи, а также добиться справедливости. Теперь перейдём к деталям, которые могли скрыться от глаз зрителя. Перед тем, как героев фильма останавливает военная полиция, звучит композиции «Jimmy, Renda-se» бразильского музыканта Тома Зе (Tom Ze), название которой можно перевести как «Джимми, сдавайся». В сцене обсуждения будущего семьи в спальне родителей, когда персонажи собирались поцеловаться перед сном, звонит телефон, прерывая их. Это первый «звоночек», сообщающий зрителям, что их совместное будущее не будет гладким. Семья Рубенса в начале фильма подбирает уличного щенка, который был никому не нужен – это олицетворение их надежды на светлое беззаботное будущее, противопоставление жестокости мира. Далее, после того как отца семейства похищают вояки, и судьба его становится неизвестна, песик попадает под машину и гибнет. Это и метафора необратимости грядущих событий, и символ конца иллюзий и надежд. Жестокий мир не даёт им шанса на счастливый конец. В сцене переезда мать с дочкой оказываются на пляже перед бескрайним водным пространством – им приходится мирится с силами, которые превыше их, переезжая из огромного частного дома, в стеснённые условия городской квартиры. В следующем кадре вся семья скукожена в границах их авто, отправляясь к новому месту их жительства. Что по итогу – фильм отважно балансирует между политическим высказыванием и драмой о семейных ценностях. При этом из нас не пытаются выдавить слезу любыми способами, фильм, наоборот, подчеркнуто светлый, говорящий, как важно в любой жизненной ситуации сохранять то, чем дорожишь: своих близких, свою родню. Фернанда Торрес отлично справилась со своей ролью, а её персонаж защитника домашнего очага и борца за права угнетённых по-настоящему восхищает. Наконец-то хоть какой-то фильм из Оскаровских номинантов можно посоветовать к просмотру без каких-либо оговорок.

Как «Я всё еще здесь» говорит через цвет и звук Фильм «Я всё еще здесь», победитель Оскара 2025 в номинации 'Лучший иностранный фильм' — это история о семье Пайва, живущей в Бразилии во времена военной диктатуры 70-х. Через личные драмы, архивные хроники и эмоциональные крупные планы Уолтер Саллес показывает, как герои борются за сохранение семьи и себя в условиях политических и общественных потрясений. Это кино о памяти, сопротивлении и неочевидной цене, которую приходится платить за любовь и верность. «Я всё еще здесь» с первых кадров погружает зрителя в яркую и шумную Бразилию, где насыщенные цвета и колоритная атмосфера создают ощущение беззаботности и тепла. Однако за этой внешней красотой скрывается темная сторона авторитарной военной диктатуры, в которой существует страна с 1964 по 1985г. Этот контраст между визуальной яркостью и глубинными социальными проблемами становится одним из ключевых элементов фильма. Режиссер использует динамичную камеру от первого лица, чтобы зритель мог почувствовать себя частью происходящего. Периодически мы становимся свидетелями семейной хроники Пайва, что добавляет фильму документальную достоверность. Крупные планы играют особую роль: через них мы проживаем эмоции главной героини, считывая каждую деталь её переживаний. Музыка и звуки в фильме выполняют не менее важную функцию. Шум моря передает атмосферу страны и создает контраст происходящим событиям, а внутрикадровая музыка и отсылки к известным исполнителям тех лет погружают нас в эпоху. Фильм стал мастерским превращением аудиовизуального языка в инструмент политического высказывания. Потому что даже в самые тёмные времена, напоминает нам Саллес, человеческое в нас невозможно уничтожить — оно всегда найдёт способ заявить о себе. Хотя бы через цвет. Хотя бы через звук.

Фильм, завоевавший «Оскар» за лучший иностранный фильм в 2025 году, — глубокая, пронзительная драма, основанная на реальных событиях из жизни писателя Марсело Пайвы. Это экранизация его мемуаров о семье, и в частности — о трагической судьбе его отца, Рубенса Пайвы: инженера, бывшего политика и диссидента, жившего в Бразилии в разгар военной диктатуры, установленной при поддержке американцев после переворота в 1964 году. На дворе 1971-й. Несмотря на авторитарный режим, семья Пайвы живёт активно, с оптимизмом смотрит в будущее, пока однажды в их дом не врываются военные — по сути, местные «чекисты». Рубенса забирают «на допрос», пообещав, что он вернётся к вечеру. Но уже по интонации сцены становится ясно: он не вернётся. Для детей всё ещё сохраняется видимость нормальности, но его жена — Юнис — всё чувствует. Затем приходят за ней и одной из дочерей. Они проходят через унизительные допросы и возвращаются, а Рубенс — нет. Власти отрицают его задержание, утверждают, будто он выехал из страны. Появляются намёки: якобы имел связи с подпольем, может быть, с террористами, — но ничего не подтверждается, всё размыто и нарочито туманно. Вся оставшаяся часть фильма строится на этом неведении: что произошло на самом деле, за что его увели, жив ли он вообще. Фильм не даёт ответа и сознательно оставляет зрителя в этом подвешенном состоянии. Именно это ощущение неизвестности, тупика, в котором оказывается семья, становится его эмоциональной осью. Главное здесь — не сама политическая интрига, а то, как Юнис, оставшись одна с пятью детьми, держится, борется и не сходит с ума. Это фильм о внутренней силе женщины, которую бросили в пекло без каких-либо ориентиров и объяснений. Несмотря на пару художественных допущений, картина бережно и точно передаёт текст дневников Марсело Пайвы. Вероятно, эта честность и эмоциональная насыщенность и обеспечили ей «Оскар».

У многих Бразилия ассоциируется с яркими пляжами, карнавалами, футболом, красотой пейзажей и, может быть, периодически с разгулом преступности и криминала. В большинстве своём, эдакий неидеальный рай. И именно в этой тёплой стране на протяжении почти 20 лет свирепствовала военная диктатура, сломавшая жизни многим свободолюбивым людям. Одним из таких людей был Рубенс Пайва, ушедший в январе 1971 года на некий допрос, и так с него и не вернувшийся. Фильм описывает историю семьи Пайвы, чья жизнь после этого словно перевернулась с ног на голову. Вот мгновенье назад была райская идиллия с любящим и заботливым отцом, а потом пришли суровые мужчины с оружиями и всему прекрасному пришёл конец. Буквально в один миг красоты Рио-де-Жанейро сменяются тёмными комнатами, пропитанными депрессией и безысходностью. Юнис, жена Рубенса, пытается со всем справляться. Хоть как-то сохранить настроение в семье и по возможности найти хотя бы тело своего мужа. Увы, страна не на её стороне. Не удивительно, что этот фильм в прошлом году получил такое признание вплоть до премии Оскар за лучший иностранный фильм. Пусть действие и происходит в Бразилии, атмосфера полного неведения знакома многим странам. Когда твой любимый человек, чем-то не угодивший власти пропадает и ты даже не знаешь, как и когда он пропал. Будь то советское КГБ, или нацистская НСДАП, американское ЦРУ (особенно времён маккартизма), или китайские органы разведки времён Мао Цзэдуна. Многие крупные страны не могут обходится без спец служб, действующих порой очень негуманными методами. Такое откликается в душе у многих. Зачастую система проникает в самое сокровенное место для человека - его личную жизнь. И тут уже не важно, есть ли у него семья, или нет, к чёрту. Бразильские генералы считают его виновным, даже если он просто сочувствует пострадавшим, значит так оно и есть. Рубенс не помогал никаким террористам, он просто хотел улучшить жизнь тем, кто пострадал сильнее него. И в итоге сам за это поплатился. Это очень сильное кино, показывающее переживания насчёт арестованного человека с точки зрения его близких, а особенно с позиции его жены Юнис. Её потрясающе сыграла ранее известная только в Бразилии Фернанда Торрес и актриса просто шикарно показала жену, попавшую в трагедию. Через её лицо передаётся боль ситуации и ужас касательно будущего своих детей. Понятно, почему её многие так отмечали. Это в принципе сильный образ, но так точно прочувствовать жертвенность и внутреннюю силу удаётся далеко не каждому актёру. 'Я всё ещё здесь' тяжёлый для восприятия. В кадре никаких пыток не будет, максимум жуткие крики на фоне и может быть что-то тревожное в расфокусе. Но это не делает кино менее страшным. Наоборот, у тебя возникает некий страх перед неизвестным. Что там ждало всех тех людей, которые не устроили военную диктатуру? Какие ужасы пережил Рубенс Пайва перед тем, как испустил дух? Даже спустя больше пол века чётких вопросов на это нет. И именно это и страшит сильнее всего.

Пляжи Рио-де-Жанейро, море, волейбол, детские игры у воды. Большая, счастливая и обеспеченная семья. Признаться, такую Бразилию на экране увидишь нечасто. Здесь нет фавел и нищеты — всё выглядит спокойно, правильно и почти безмятежно. Но настоящее зло существует за пределами этого почти райского семейного острова. Там — военная диктатура, которая под лозунгами «обеспечения безопасности населения» занимается поиском «опасных элементов» общества (в официальной риторике того времени — коммунистов). И этот внешний мир довольно быстро вторгается внутрь. Знакомство с этой реальностью мы проходим через судьбу одной конкретной семьи — семьи Пайва. Именно через их повседневность, привычки и кажущееся благополучие фильм постепенно погружает нас в контекст эпохи. Отца семейства увозят почти сразу. Позже забирают жену и старшую дочь — их доставляют в военную тюрьму на допросы, которые длятся для жены около пяти дней. Так же стремительно, как этот водоворот их затягивает, он их и выбрасывает: мать с дочерью просто отвозят обратно домой, словно ничего и не произошло. Только отец так и не возвращается. Доходят лишь слухи — то ли он пытался сбежать, то ли всё ещё находится в тюрьме. Никто уже ничего не знает. И женщина остаётся одна с пятью детьми, в полном неведении, вернётся ли когда-нибудь её муж и отец их семьи. В фильме очень точно и при этом размыто показана грань между «до» и «после». Потому что в реальной жизни у этой границы нет чёткой линии — это целый ряд событий, который, словно тупой нож, медленно и болезненно разрезает жизнь на две части. Лучше всего этот процесс считывается через постепенную трансформацию Юнис — жены пропавшего Рубенса Пайвы. Любящая, мягкая мать и супруга после унижений и угроз находит в себе силы начать собственное, упрямое расследование. Этот путь — не героический в привычном смысле, а человеческий, выстраданный. И здесь невозможно не отметить актёрскую работу Фернанда Торрес. То, как она показывает внутренний слом и поиск опоры, вызывает искреннее сопереживание и редкое чувство подлинности. Отдельного внимания заслуживает визуальный стиль картины. Знакомство с этим миром происходит почти на уровне ауры — за счёт работы съёмочной команды. Камера будто не вторгается в пространство героев, а сосуществует с ними, позволяя зрителю почувствовать дыхание среды, ритм повседневности, фактуру времени. Здесь нет показной выразительности, но есть внимательность к деталям, к жестам, к паузам. Аудиальное сопровождение работает в том же ключе: музыка и звук не давят на эмоции, а аккуратно сопровождают происходящее, усиливая ощущение присутствия. Тишина здесь зачастую говорит громче любых реплик, а звуковая среда становится частью драматургии. Режиссёр последовательно продлевает эту исключительную работу, доводя изображённый мир до почти документальной дотошности. Манера повествования напоминает наблюдение — спокойное, выверенное, без стремления к эффектным кульминациям. Именно за счёт этого фильм приобретает особую силу: он не кричит о трагедии, а позволяет ей медленно и неотвратимо проступать сквозь быт. Да, это история, основанная на реальных событиях. Но фильм удивительно аккуратно с этим работает, не вдалбливая «правильные» выводы и не навязывая истину. Это сложная социально-политическая драма о ценности жизни одного человека внутри системы, построенной на обесчеловечивании. О том, как в кажущемся «рае» сохранить человеческое достоинство и не превратиться в винтик большой машины.

Рубенс Пайва, бывший депутат парламента, ныне (1971) инженер счастливо живёт с семьёй в большом доме в Рио, уйдя из политики. Однако коммунистическое прошлое не даёт покоя военной диктатуре. Поэтому она забирает для допроса сначала его самого, а потому его жену и дочь... Рубенс к семье уже не вернётся. От Я всё ещё здесь странное ощущение. С одной стороны, он как и положено проамериканскому фильму, однобок и американизирован - в семье героев звучит американская музыка, они по-американски раскованы, да и если не читать синопсис, то можно решить, что речь идёт об обуржуазившихся хиппи из Калифорнии. С другой в этом однобоком жанре Саллес нашёл ещё не освоенную нишу почти молчаливой драмы, что необычно после тучи политических триллеров, запорошенных неприличным уже пафосом. Тонкая игра Торрес становится важнейшим человеческим элементом, а не железобетонным монументом против не менее железобетонной диктатуры. И в итоге фильм о невыносимой тяжести неизвестности, годах не столько надежды, сколько безвременья. Подумалось даже, что у нас нет кино и литературы о нескончаемом ожидании человека с войны. А ведь без вести пропало огромное количество... И вроде жизнь продолжается и детей надо растить... и это делается... но жизнь уже сломана. Немного неожиданный и потому интересный и важный ракурс - не прямое обличение, а через страдание близких...