Кружевница

Он прошел рядом с ней, совсем близко, не видя ее, потому что она была из тех, кто не выдаст своего существования, кого нужно терпеливо расспрашивать, на ком нужно уметь остановить взгляд. В былые времена художник сделал бы из этого портрет - жанровую картинку. Она была бы белошвейкой, женщиной с кувшином или кружевницей. Можно ли себе представить юную и непорочную Юппер после стольких ролей с явным уклоном творческого профиля в сторону бэдээсэмизации и сексуального надрыва? Нашему поколению, не знакомому ни с 'Вальсирующими', ни с 'Лулу', сделать это весьма проблематично, тем не менее сочетание понятий 'милашка' и 'Изабель Юппер' выглядит совсем не парадоксальным в образе Беатрис, 19-летней француженки, послушно-смиренной, порядочной, но ан пё без руля и без ветрил. Но так как Париж, в отличие от первопрестольной, слезам вполне себе верит, то девушка, типичная жертва измельченно-социальной драмы, кончает не так уж и радужно. Люди без явных признаков наличия каких-либо определенных моральных принципов разгуливают туда-сюда, изображая интеллектуальную или индустриальную деятельность, пережитки классового расслоения. Местами возникает непреодолимое желание воссоединиться с природой и почувствовать себя первобытным человеком - выйти за пределы 'эпохи коробок', оглянуться, рассмотреть горизонт, окунуться в море. Неумелая реализация смутных желаний, чтобы как бы красиво. Знакомство с родителями - типа так надо, езда на машине, слезы, утюг, телефонные будки... Театрализация простых жизненных ситуаций и поиск в них несуществующего драматизма. Никому давно не жалко бедных Лиз, пропади они пропадом, попади они в сумасшедший дом или в Грецию. Почему? Потому что мы тот самый конечный продукт той самой эпохи, стандартизация и инвентаризация эмоции, продажа чувств на развес. Нам нужен смысл и побыстрее. Даже можно без смысла, главное - побыстрее. Надо сказать, что минимализм бюджетный, а следовательно, технический, характерный для группы 5 в целом, тут изящно замаскирован. Хоть большинство сцен и снято в интерьерах или в несложных экстерьерных условиях, пара любопытных моментов выдает неординарность таланта оператора - Жана Боффети, творившего чудеса и до этого (вспомнить хотя бы завораживающую картину 'Йойо'). Например, кадры с непрерывным переходом от одного героя к другому, в сцене где Беатрис и Франсуа, разделенные приличным топографическим расстоянием, ищут друг друга - немыслимое дело в те времена, когда работа с масштабами требовала серьезных технических затрат. Это не современные компьютерно-штампуемые 'перелеты' объектива камеры над крышами домов, как в Поттере, Суинни-Тодде и т.д. Или замечательный синтез визуальной и музыкальной составляющих в интродукции, когда антураж появляется постепенно, с нескольких заходов, как бы нехотя. Блеск таких находок, разумеется, тонет в луже неуклюжих поисков смысла и кинематографических решений, что так характерно в целом для кино времен индустриализма и НТР. Тот самый случай, когда тенденциям зрелищности, массовости кино, диктуемым первыми дуновениями эпохи глобализации, противопоставляется интеллектуальность. Но интеллектуальность пустая, граничащая с примитивизмом. Таким родом авторского кино вроде можно заполнить бесконечность дождливых выходных, но после останется разве что бесплодная иллюзия осмысленно проведенного времени. Или горькое сожаление, что это не тот самый портрет кружевницы, которому, от силы, можно посвятить минут 10, пристально разглядывая, а растянутое, движущееся изображение (мы называем это словом 'кино'), которое украдет в разы больше драгоценного времени. Смотреть, только ради двух кадров и прелестной Изабель, не стоит.

Насколько же приятно познакомиться с неизвестным, по-французски непростым образчиком прекрасного, кино замечательного вкуса и живой естественности. Не важно, что эта лента кажется слишком простой, типично режиссерским детищем, добротным, красивым, по-своему замечательным, но не претендующим на громкое звание произведения киноискусства. Оставим лавры «Последнему танго в Париже». Ведь прекрасный фильм совсем необязательно должен блистать эпической мощью характеров и постановки, поражать масштабами, эксцентричностью, душещипательностью или эпатажем. Он может быть попросту по-своему душевным, чистым, милым, женственным, элегично-грустным и потому чуточку родным.. Когда рассказанной истории искренне хочется верить. Как в «Лунного папу» Бахтияра Худойназарова. Или «Любовников» Жана-Марка Барра… Совсем не размахивая цинизмом в адрес чистых помыслов и светлой любви веснушчатых девушек, которым неуловимо не хватает только косичек для законченности образа. А они так застенчивы, но очень обаятельны, да и вообще весьма похожи на Изабель Юппер в юности) Помм совсем осязаема в оттисках внутреннего света, в безмолвии печальных глаз, лишенная какой-бы то ни было искусственности, тонкая, тихая. И вольно перефразируя Чижа - «Должен же человек, пес возьми во что-нибудь верить». Язык не поворачивается упрекнуть фильм в сентиментальных излишествах или незатейливой банальности сценария. Он искренне прост и потому неотразим. Он называет вещи своими именами. Помм настоящая. Знакомясь с «Кружевницей», кажется, что знаком с ней уже много лет… И эта радость узнавания – наверное самое ценное, что для меня в ней есть. Я не буду ставить ей оценки. Потому, что личное не оценивают. Не стой так близко ко мне — воздух здесь слишком прозрачен (с)

Многие почему то главную героиню считают таинственной и загадочной из-за того, что она большую часть фильма молчит, как будто бы её не интересует всё мирское. На самом же деле всё гораздо проще -- ей просто нечего сказать, у нее нет интересов в жизни, нет образования, у нее нет тяги развиваться, к чему то стремиться, она заурядна, обычная парикмахерша. По ходу пьесы она встречает парня, хотя нет, она из тех людей с которыми само что-то делается, её инициативы здесь нет, парень сам показывает к ней интерес. Хотя по сути они одного поля ягоды, оба минусы. Может быть у него энергии чуть побольше, но он не смог заразить и как то очаровать её своими эмоциями, большую часть времени она индифферентна, переживает все внутри; создает ему комфорт в быту, в постели(?), но все как-то без чувств, старается не отсвечивать, пустая она. А это тоже не всякий вынесет. За такой лютой интроверсией скрывается куча проблем, прежде всего отсутствие самореализации, депрессия, фрустрация. Это не значит, что все должны быть весельчаками-экстравертами, нужна умеренность. В конце очень правильные слова, раскрывающие суть замкнутых людей: 'Она была из тех, кто сам не выдаст своего существования, кого нужно терпеливо расспрашивать, на ком нужно уметь остановить взгляд...' 5 из 10