Ханна Арендт

Интеллектуальная кинокартина о желании понять. '- Понять - не значит простить! Но понять должен каждый, кто хочет разобраться' - слова Ханны Арендт в переполненной аудитории после публикации её скандальной статьи, разделившей общество на тех, кто старается понять и тех, кто довольствуется поверхностным прочтением. Вот уже много десятилетий ученые, философы, писатели, а с ними и всё человечество пытается понять феномен коренного, фундаментального зла, который приобрел особенно страшные формы в середине XX века. Ханна Арендт - немецко-еврейская эмигрантка, спасшаяся из Гюрса, профессор, философ, сильная женщина, в которой желание 'понять' превозмогает боль воспоминаний и побуждает отправиться в Иерусалим, где происходит судебный процесс над Адольфом Эйхманом. '- Эйхман - не Мефистофель, - возражает Ханна Арендт в споре своему другу'. Действительно, тот мистический ужас, который испытывали узники концлагерей перед нацистскими лидерами, отраженный даже в том, что на судебном заседании Адольфа Эйхмана содержат в стеклянной клетке, оборачивается осознанием 'банальности зла'. Самые страшные деяния совершаются самыми ничтожными посредственностями. И именно здесь выступает фигура знаменитого философа Мартина Хайдеггера, рассуждавшего о способности мыслить. 'Дыхание человеческой мысли - это не просто знание, это умение различать добро и зло, красоту и уродство. Наконец, это возможность совершить выбор, когда на карту поставлено всё'. Именно выбор и способность мыслить присущи человеческому существу. Люди мыслят потому что способны мыслить. Как только человек отказывается мыслить, отказывается быть личностью, он становится уязвим для того зла, которое вершители Холокоста для себя оправдывали приказами и делом чести. Особенность поиска Ханны Арендт в целенаправленном желании осмыслить происходящее и именно мысль, познающая и критичная, вне зависимости от национальности, от пережитого опыта, от социального давления и осуждения, именно мысль как производное способности мыслить может отразить действительность. 'Зло всегда поверхностно и только в добре есть глубина'. Фильм о духовной силе, о человеческом достоинстве в условиях абсурда и попыток уничтожить человеческое в человеке, фильм о храбрости, выраженной в намерении смотреть правде в глаза, какой бы она ни была, в конечном счете фильм о присутствии 'чего-то такого, что сильнее нас'.

'Всё произошло очень быстро и внезапно. У него не было ни времени, ни желания получить полную информацию, он даже не знал партийной программы и никогда не читал «Майн Кампф». Просто Кальтенбруннер сказал: «А почему бы тебе не вступить в СС?», и он ответил: «Действительно, почему бы не вступить?» Вот как все это произошло - просто и без раздумий'. Это слова об Эйхмане из книги «Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме»* Ханны Арендт (1906-1975) — немецко-американского философа, политического теоретика и историка, основоположницы теории тоталитаризма. Они не звучат в фильме о ней и о процессе над Эйхманом, в котором она принимала участие. Но в разговоре о кино 'Ханна Арендт' режиссёра М.фон Тротта они нужны, потому что ярче всего (на контрасте) подчеркивают позицию, стержень, основу личности и философии Арендт: 'думать над тем, что мы делаем'. Думать - иметь собственное мнение, страдать, отстаивая, обретая, исследуя его... Преступление - не думать. В фильме использованы оригинальные киносъемки, сделанные во время суда над Эйхманом в 1961 году. Глазами Арендт и глазами фон Тротта мы видим не монстра, не маньяка, не пафосного фанатика, а серого, неприметного и чудовищно покладистого исполнителя клише, штампов, слоганов и приказов своей тоталитарной эпохи, включая лозунг «Битва за судьбу немецкой нации». Арендт попыталась убедить весь мир, что процесс над Эйхманом открыл новый тип преступления, которого ранее не существовало в истории. Эйхман был человеком-'никто', добровольно отказавшимся от своих личных качеств и мнений во имя карьеры, присяги и рейха. На суде обсуждалось Великое зло, совершенное «никем» (без каких-либо мотивов или намерений, без личной ненависти к евреям даже, без чего-либо личного вообще). Именно это Ханна Арендт назвала «банальностью зла». Ее точку зрения в начале 60х были готовы принять далеко не все. Зло, совершенное 'никем' - обезличенным винтиком, - и столько жертв?! Но главные нападки (в фильме это вражда, бойкот, разрыв связей с ближайшим окружением и коллегами - личная война Ханны) повлекло мнение Арендт о жертвах холокоста. Многие, впрочем, кажется, что все, считают: '…всякая жестокость, совершенная узниками по отношению к своим товарищам, — вина немцев, их величайшее преступление'. Большинством жестокость несчастных жертв (сотрудников еврейских советов в гетто, отправлявших в концлагеря своих) оправдывается тем, что их мораль сломлена чудовищным варварством палачей (естественный результат невообразимой бесчеловечности убийц). Мнение Арендт о юденратах** лишено всякой сентиментальности: сущностной характеристикой человека, отличающей его от животного, является его стремление «показать в делах и словах, кем он является в своей уникальности». А 'тоталитаризм создаётся сочетанием репрессий и внутреннего самопринуждения людей, «тирании логичности» тоталитарной идеологии. Этой «тирании логичности» человек передоверяет производство своих мыслей, что является предательством его внутренней свободы'. И Эйхман, и евреи, сотрудничавшие с фашистами в надежде смягчить страдания своей нации, остановить хаос, виновны в этом предательстве самих себя. Они бездумно выполняли свои административные функции, связанные с массовым убийством. Образ 'банального зла' для многих перевернул общепринятые представления о нацизме и Холокосте. Острый вопрос фильма (один из): преступника нашли, выкрали (похитили), осудили и повесили. Но наказано ли зло? Казнь Эйхмана - реальное наказание зла? Его остановка? Победа над ним? Ответ можно найти в книге Арендт: 'В самой природе человека заложено, что любое действие, однажды произошедшее и зафиксированное в анналах истории человечества, остается с человечеством в качестве потенциальной возможности его повторения еще долго после того, как его актуальность стала делом прошлого. Ни одно наказание не обладает сдерживающей силой, достаточной для предотвращения новых преступлений. Напротив, каким бы ни было наказание, как только специфическое преступление было совершено первый раз, его повторное совершение имеет бОльшую вероятность, чем та, которая обусловила его возникновение в первый раз'. *'Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме' — книга, написанная Ханной Арендт, присутствовавшей в качестве корреспондента журнала The New Yorker на суде над Адольфом Эйхманом — бывшим оберштурмбаннфюрером (подполковником) СС, который заведовал отделом гестапо IV-B-4, отвечавшим за «окончательное решение еврейского вопроса». Суд проходил в Иерусалиме в 1961 году **Юденрат («еврейский совет») — в годы Второй мировой войны административный орган еврейского самоуправления, который по инициативе немецких оккупационных властей в принудительном порядке учреждался в каждом гетто для обеспечения исполнения нацистских приказов, касавшихся евреев