Я – капитан

Одним из главных европейских проектов прошедшего года стала новая лента итальянца Маттео Гарроне. Режиссер 'Догмэна', 'Гоморры' и 'Страшных сказок' обратил свое внимание на животрепещущую тему миграционных потоков. 'Я - капитан' - это история двух сенегальских подростков, которые решают отправиться покорять Европу. Они тайно подрабатывают, собирают необходимую сумму денег и, не сказав родителям, уезжают. Так начинается их полная жестокости и смертельных опасностей одиссея. Очень быстро они поймут, что их жизнь не значит абсолютно ничего и в любую секунду они могут быть убиты или превращены в рабов. Их обманывают, пытают, отбирают деньги, используют как рабов и почти убивают... 'Я - капитан' - мастерски выполненный фильм, повествующий истинно душераздирающую историю двух мальчиков, которые становятся жертвами не столько конкретных бандитов, сколько современной несправедливости мирового порядка. Порядка, где деньги важнее жизни. У фильма высокие рейтинги, восторженные оценки зрителей и критиков, и коллекция наград. Всё заслуженно. Но... Я лично смотрю фильмы про несчастных мигрантов уже лет 20. Они все очень душераздирающие, все рассказывают об ужасах, которые переживают мигранты у себя на родине, во время переезда и даже в стране назначения. Все эти фильмы похожи один на другой и сливаются в одну большую печальную повесть о безнадеге. Каждый год выходит как минимум один-два вот таких вот шедевра. Критики напишут статьи, переполненные гуманистических идей и восторгаются великолепной игрой непрофессиональных актеров, сыгравших мигрантов. Режиссеры толкают речи о важности этой проблемы и собирают урожай наград. И так каждый год. Из года в год. Одно и то же. Одно и то же. Десятилетия подряд. Меняются только детали. Поэтому смотря шедевральный 'Я - капитан', главной эмоцией было вовсе не сочувствие, а раздражение. Сколько можно душераздираться, наблюдая эти печальные истории? Ведь в этих фильмах нет абсолютно никакого смысла. Миграционная политика стран не становится лучше. Отношение людей к мигрантам, которых они видят в реальности, а не на киноэкране, не становится лучше. Этот бесконечный поток мигрантских шедевров не становится основанием для каких-то существенных общественно-политических дискуссий. Все просто ставят галочку в 'миграционной теме'. Типа фильмец-другой сняли, значит проблему не скрываем и якобы ею занимаемся. Киносообщество награды раздало, значит оно хорошее, все что от них зависело сделали - их дело фильмы снимать, вот они и снимают. Зрители эти фильмы смотрят, восторгаются и даже плачут - ну вот и посодействовали миграционным проблемам. Можно с чистой совестью мысленно повесить на свою грудь медаль 'за толерантность'... Однако такие фильмы как 'Я - капитан' никогда никак не посодействуют улучшению реальности. Просто потому что 99 % из них пропитаны лживым гуманизмом. Маттео Гарроне, например, манипулирует эмоциями зрителей, выставляя своего главного героя талантливым, несчастным, сильным и благородным. Мол посмотри дорогой зритель и удивись - это не просто очередной бесполезный черный вылезший из нищебродской Африки. Это хороший и достойный человек. А его мучают и жизнь к нему очень несправедлива... Давайте посочувствуем бедняге. Он на самом деле очень хороший. Таких высокомерных фильмов, которые создаются высокомерными кинематографистами, искренне верящими в свой собственный гуманизм, абсолютное большинство. В западной культуре сейчас популярен термин 'апроприация' - белых критикуют за то, что они присваивают себе элементы культуры подавляемых народов. А этот поток мигрантских фильмов - это наверное какая-то 'апроприация несчастья'. Богатые сытые жители Земли присваивают себе истории страданий мигрантов, снимают про это кино и наслаждаются значимостью и благородством своих творений... Поэтому, кстати, не удивительно, что несмотря на огромное число мигрантских фильмов вы едва ли найдете художественное кино, которое основано на реальных событиях и рассказывает историю каких-то конкретных людей. Это кино конечно базируется на реальных историях, но это кино должно оставаться вещью в себе. Оно должно быть просто экранной реальностью и прославлять кинематографистов, а не тыкать людям в лицо суровую реальность и ее настоящих жертв. Поэтому выбирая между очередным мигрантским шедевром типа 'Я - капитан', 'Зеленая граница', 'Тори и Локита' и пр., я лучше выберу истинно гуманистический, а не эксплуатационный фильм 'Воспоминания о Париже' 2023 г. Или 'Без особых примет' 2020 г. - фильм, снятый мексиканцами, рассказывающий просто адскую мигрантскую историю, но показывающий человечьими глазами историю о человеке, а не предлагающий поудивляться тому, что мигранты тоже люди и что им очень уж тяжело живется на свете.

Просмотр фильма Маттео Гарроне - дело мучительное. И не только потому, что наблюдать за мытарствами двух сенегальских подростков, отправившихся через пустыню и море в вожделенную Европу - на самое радостное занятие. Все гораздо хуже. Режиссер загоняет зрителя в этическую ловушку. Ты просто обязан сочувствовать парням, которых и облапошили, и ограбили, и избили, и пешком через пустыню заставили идти, и на ржавом корыте в море отправили. Но вместо сочувствия со стыдом начинаешь замечать, что внутри растет раздражение. Дурацкие вопросы, почему в такой трудный и опасный путь рискнули отправиться попутчики подростков - глубоко беременные, слабые и обессиленные, не дают покоя. Возможно, дело в том, что мы не можем представить себе глубины отчаяния жития в бидонвилях африканских столиц. Возможно. Но ведь возможно и то, что режиссер просто бессовестно эксплуатирует популярную нынче эмпатию и чувство вины гражданина 'цивилизованных' стран перед теми, кому не слишком повезло с местом появления на свет. И в пользу второй версии начинает работать не только естественная психологическая защита - а я то чем виноват?, но и сама ткань фильма. Гарроне, конечно, сильно рисковал. Документальные кадры с острова Лампедуза, куда попадают те, кому повезло выжить в песках, волнах и среди головорезов, не видел только ленивый. И эти кадры, и эти лица - не слишком приятный фон для этой игровой картины. Вольно или невольно, но все страсти-мордасти в фильме Гарроне начинают приобретать опереточный оттенок. Все предсказуемо. Не успел появиться в кадре рекрутер в поездку через Сахару, опытный зритель уже понимает - мошенник. Если кто-то на особо крутом бархане свалится из кузова внедорожника, будьте уверены - бросят в пустыне и не чихнут. Пика декоративности фильм достигает в самых страшных сценах - в застенках у ливийских бандитов. Кадры откровенных зверств смакуются Гарроне так увлеченно и подробно, что выглядят постановочным гран-гиньолем. Сознание невольно уводит к иным вопросам, не имеющим отношения к фильму: интересно, эти упыри при Каддафи уже были или эта массовая звероподобность - дар ' цивилизованного ' человечества ' нецивилизованному'? Появление в квазиреалистичном мире видений духов и африканских богов выглядит откровенным маньеризмом, который призван придать не совсем политическому, не до конца социальному фильму некую надмирность. И вопреки всему этому фильм в самом финале неожиданно взлетает. Крайне странная режиссерская стратегия - без малого два часа водить зрителя за нос, чтобы в последние 10 минут захватить внимание в полный и безоговорочный плен. Но Гарроне - режиссер опытный. Знал, что делал. Он фактически отслужил длиннющую литургию оглашенных, чтобы к финалу в зале остались только верные. И только им режиссер поведает про что кино. А оно не про тяготы страшного пути, не про то, как третий мир отчаянно тянется к первому, даже не про духов предков и местных богов. Он про мечту о капитане, для которого самым главным будет то, что все пассажиры его ржавого судна в конечном итоге останутся в живых. Да, 16-летний Сейду знать не знает как облегчить страдания роженицы и как утихомирить разбуянившихся маргиналов. Он не готов даже к потенциальному шторму. Он просто хочет, чтобы все эти обездоленные, не большого ума, некрасивые оборванцы остались в живых, добрались до вожделенного берега и пошли жить свои не самые счастливые жизни дальше. И этого желания окажется вполне достаточно. В такой финальной конструкции даже полеты духов перестают выглядеть елочной мишурой. Духи тоже ничего толком не могут. Но хотя бы хотят.

Маттео Гарроне лучше всех в Италии умеет рассказывать о жизни обездоленных. Он обессмертил имя радикальной 'Гоморрой', поэтому представить в его фильмографии что-то подобное 'Я капитану' можно не особо прищуриваясь. Да и последние эксперименты вроде 'Пиноккио' с Бениньи вышли на порядок хуже, хотя и в меру мрачными. В этом фильме, который Италия предсказуемо отправила на 'Оскар', сошлись две главные константы в творческой парадигме Гарроне - убивающая человеческий дух нищета и возвышающая его череда страданий. Главные герои 'Я капитан' - два сенегальских подростка Муса и Сейду. Они выживают в условиях дакарских трущоб, на важные мероприятия надевают контрафактные футболки 'Барсы' и 'Реала', а по ночам мечтают о таинственной Италии, куда непременно нужно попасть. Тайком от родителей Муса и Сейду подрабатывают в порту, чтобы скопить на путь в Европу, наивно по-подростковому не подозревая, сколько кошмаров им предстоит пережить. Гарроне как будто идет с камерой вслед за парнями. Вместе с ними проходит сквозь лживых пророков, безнадежные битвы со стихией и человеческими возможностями. Мали, Нигер, Ливия, волны Средиземного моря и вот, наконец-то, берега Сицилии - 'Я капитан' чередует локации, обнажает новые опасности, но не меняет главную задачу - выжить любой ценой. Ужас задумки Гарроне в том, что для сюжета фильма он использовал реальные рассказы мигрантов и газетные хроники. На главные роли он взял непрофессиональных актеров, прекрасно знающих, что такое жизнь в сенегальском гетто. И кажется, что здесь 'Я капитан' обязан быть чересчур реалистичным. Но этого не происходит. Вместо него режиссер предлагает другой реализм, магический, но магический по-африкански. Всю дорогу в парадиз Мусе и Сейду мерещатся внеземные силы. Вековой завет с душами предков через метафору шаманских камланий защищает подростков и обещает, что они дойдут до цели живыми. Гарроне периодически напоминает нам об этом, вставляя то эпизод с летящей женщиной, то телепортации в пространстве, то внезапные спасения в безнадежных ситуациях. Душа Африки не как она есть, а как ее видят из Италии. Соблазнительно, но местами искусственно. При всех ужасах этого адского променада и приключенческой основе нарратива 'Я капитан' теряется в жанрах, играя то в 'Миллионера из трущоб', то в любой фильм Аличе Рорвахер, то в стандартную мигрантскую драму братьев Дарденн. Для кого-то это станет очевидным плюсом, а кто-то сочтет за рыхлость всей истории. Правы будут оба Как итог, 'Я капитан' - сильнейшее высказывание о силе единиц и слабости тысяч. Святости во стремлении и порочности в безразличии. Гарроне снова открыто говорит итальянскому (а шире и всему западному) обществу - не смотрите на того, кто ниже вас, с предубеждением. Лучше достаньте картонку, сядьте рядом с ним и послушайте его историю. А потом расскажите ее. Хотя бы друзьям, хотя бы тихо