Убийца «Священный паук»

События фильма разворачиваются в священном иранском городе Мешхед, где орудует серийный маньяк (настоящие события происходили в начале нулевых), выслеживающий и убивающий проституированных женщин. Свою кровожадность убийца оправдывает священной целью — желанием очистить улицы родного города от порока. Вот только жертвами его «праведного гнева» становятся не те, КТО пользуется услугами секс-работниц, а женщины, КОТОРЫМИ пользуются. Расследовать преступления из столицы приезжает смелая журналистка Рахими, которую на новом месте постоянно стыдят и поучают местные мужчины. Заручившись поддержкой своего редактора, которому преступник звонит после каждого убийства, чтобы сообщить расположение тела убитой, Рахими пытается выследить виновного и представить его земному суду. «Убийца «Священный паук» — детектив только номинально. С первых минут мы знаем личность преступника. Это местный житель Саид — ветеран ирано-иракской войны, который, почувствовав запах крови однажды, продолжает желать ее даже в мирное время. Вопреки часто повторяемой мантре про то, что свои преступления герой творит во имя Аллаха, в личной беседе с тестем Саид признается: кто-то из моих сослуживцев вернулся с войны мучеником, кто-то — в инвалидном кресле или в гробу, а что я? Я ничем не примечателен. Свою большую «праведную» миссию на земле герой придумывает себе сам — решает разобраться с проституированными женщинами, не желая разбираться с первопричиной зла: обществом и устройством своей страны, в которой для некоторых женщин панель — единственный и безальтернативный способ выживания. Автор картины Али Аббаси — шведский постановщик иранского происхождения, за плечами которого чудоковатое скандинавское фэнтези «На границе миров» и сериальный хит этого года — экранизация компьютерной игры «Одни из нас». Аббаси, которого привлекают нестандартные герои и окружающие их обстоятельства, намеренно отказывается от любой условности — этот фильм он снял нарочито реалистично, на грани документалистики. Показанные на экране события с охотой Саида и совершаемыми им убийствами выглядят, как следственный эксперимент, записанный на камеру. От этой жизненной убедительности, бьющей зрителя прямо в лоб, максимально неуютно, а на самых страшных моментах невольно зажмуриваешься. Но провокационность подачи Аббаси, решившегося на откровенный разговор без купюр, объяснима намерением режиссера задать всему повествованию максимально серьезный тон. В жанровый детектив, местами сильно напоминающий иранскую версию «Молчания ягнят» с яркой женской героиней, вынужденной собственными силами разыскивать преступника в подчеркнуто маскулинном мире мужчин, постепенно пробирается и социальная драма об угнетении женщин, и религиозная притча о злых поступках, которые не способны перекрыть никакие «добрые» намерения. Примечательно и то, как автор разделывает историю на несколько ключевых составляющих: сцены до приезда журналистки, сцены, в которых она пытается вычислить преступника, соглашаясь стать для него приманкой, и финальный акт, в котором Саид предстает перед судом. Аббаси, которому важно показать зло в его прогрессии, наглядно демонстрирует его паразитирующее свойство. Большая часть местного мужского населения поддерживает убийцу, а главным «наследником» героя становится его сын-подросток, смотрящий на отца с обожанием. Мальчик, который в первые часы растерян из-за новостей о том, что совершил его родитель, постепенно проникается к поступкам отца симпатией. Этому способствует и одобрительная интонация общества, и объяснение матери, выгораживающей своего мужа и перед детьми, и перед судом. О страшном финале фильма сложно говорить, не раскрыв его главный секрет, но хочется отметить, насколько важно досмотреть картину до конца и вынырнуть из этой страшной пучины не раньше закрывающих титров. «Убийца «Священный паук» — бескомпромиссное и очень важное кино, для просмотра которого стоит собраться с силами. Ему можно предъявить за нарочитую подачу и лубочные художественные решения, но невозможно отказать в точности авторской интонации и ее актуальности. Это отказывающаяся наставлять поучительная история о том, как однажды взятое в руки оружие на миг превращает человека в Бога, но совершенный с его помощью выстрел — в вечного дьявола.

Можно начать с того, что этот фильм понравится тем, кто любит мрачную атмосферу, любителям саспенса, любителям восточного колорита. Ночной мир, проститутки на улицах восточного города и убийца, который на них охотится как паук на мотыльков. Все это в фильме есть, и зритель получит эстетическое удовольствие от кино и эмоциональную встряску. Семьянин с молодой красавицей женой и чудесными детьми, уважаемый человек в обществе, оказывается... совершает страшные преступления по ночам. И то, как он их совершает, потрясает. Потрясает, как это вписывается в его жизнь, в его будни. Еще ночью он увозил из дома труп, а с утра дочурка находит на полу надкусанное его жертвой яблоко, закатившееся куда-то. Вот он обнимает ласково дочь, а спустя какое-то время душит молодую незнакомую женщину. Вот это поражает. Но и не только это. Это фильм, основанный на реальных событиях, и он намного сложнее. Показанная в нем история, реакции людей - и из ближнего круга убийцы, и из дальнего, в целом реакция общества, реакция полиции на эти события, все это заставляет задуматься. Только одна журналистка, приехавшая из другого города, кажется, хочет найти преступника и хочет, чтобы он получил наказание по закону. Она сама кажется такой беспомощной в этом мире, где женщине без мужчины не разрешается снимать номер в отеле. И все-таки она ищет справедливость, она хочет защитить несчастных женщин, которые, видимо, из-за большой нужды скатились до роли ночных бабочек. Эмоциональное напряжение в этом фильме создает не только то, что переживаешь за девушек, на которых может напасть убийца, не только те сцены, где он их приглашает поехать с собой, и они соглашаются, и всё, что за этим следует... Эмоциональное напряжение создает еще и то, что не только проститутки, т.е. своего рода маргиналы, уязвимы, но и обычный член общества, журналистка, оказывается не защищена и уязвима: ее домогается начальник, после ее отказа, он увольняет ее, при этом везде распространяется слух о том, что она легкодоступная, потом мы видим сцену, где сотрудник полиции буквально чуть не изнасиловал ее, по крайней мере явно намекнул на это... И это будни обычной журналистки, которая оказывается не менее беззащитной, чем девушки на панели... Что касается отношения общества и семьи к истории паука-убийцы, я здесь писать не буду, но это вызывает отдельные размышления... Успех многих хороших фильмов об убийцах основан на интересе к личности самого убийцы, он становится центром внимания и интереса. В этот раз всё не так. Здесь не только и не столько убийца-паук вызывает интерес, сколько остальные участники этой истории и сама история. В завершение скажу, что фильм дает почву для серьезных размышлений.

Кино в ряде искусств выполняет иммерсивную функцию, погружая нас в миры далеких планет, океанов, в прошлое, будущее. Фильмы про ближний восток, арабский мир – отличная возможность поближе познакомиться с обычаями, культурой стран, в которых мы вряд ли когда побываем самостоятельно. Поэтому картина Али Аббаси «Убийца святой паук» выглядит ошеломляюще атмосферно и убедительно. Картина повествует о реальных событиях, которые происходили в Иране в начале двухтысячных. Мусульманин-фундаменталист убивает проституток. Полиция бездействует, суды куплены. За дело берутся журналисты. Как в ряду известных триллеров про маньяков тут нет прямого саспенса, но по ходу просмотра не покидает ощущение незащищенности. Может, это возникает из-за западных стереотипов о ближнем востоке, какой-то генетической ксенофобии. Даже главные герои кажутся подозрительными, к ним привыкаешь постепенно. Отмечу редкое количество ночных сцен, тревожных, гипнотических, открывающих темный мир иранского города. Камера, декорации, мизансцены пододвигают нас на максимально близкую дистанцию к героям, размывают задний фон, обособляя внутренний мир персонажей и внешнее воздействие. В отличие от фильмов Асгара Фархади, которые смотрят на происходящее немного со стороны, как бы из-за угла подглядывая, работа Али Аббаси и оператора Надима Карлсена кажется экспрессивной, густой, по истине эстетской. Добавляет чувство другой реальности и музыка Мартина Диркова, как будто вдохновленная чем-то вроде «Бегущего по лезвию». До высшего балла не хватило личной драмы главной героини Рахими, актриса великолепно сыграла свою роль, как и другие артисты, но им сложно было сочувствовать. Думаю, эта работу должны максимально оценить неравнодушные к религиозным конфликтам жители арабского мира. Но и мне очевидно высочайшее качество фильма, который хочется посоветовать всем, кто соскучился по неординарным триллерам в экзотическом сеттинге.

Как-то этот жанр называется, тру-крайм. По реальным событиям жесть о маньяке. Тут история про иранского религиозного фанатика, который убил 16 проституток в 2000-2001 годах. Тема больше не о самом маньяке, хотя сюжетно о нём много показано, сколько о мусульманском мужском государстве, религиозной фанатичности и ущемлении прав женщин. Снято и сыграно это во многом иранцами, которые живут не в Иране и на европейские деньги. Сделано неплохо, смотреть интересно, а главной героине дали Золотую Ветку на Канском кинофестивале. По сюжету этот мужик маньяк, одержимый то ли фанатизмом, то ли прикрывающийся этим убивает проституток. Власть замалчивает ситуацию. Это раскручивает журналистка из Тегерана. Но по ходу сталкивается и с противодействием власти, и общества, которое поддерживает идею чистки неправедных. Тема конечно актуальная, но ощущение от фильма двоякое. Проблема в подаче материала, очень полярно представляющей ситуацию. Журналистка хорошая, проститутки наркоманки несчастные, а все остальные безумные фанатики, похотливые самцы или безвольные тряпки. Понятно, что исламское государство чуждо европейскому, по многим понятиям. Но такое наивное представление ситуации, да ещё и из европейских рук, смотрится слишком пропагандистски. Большой вопрос, насколько вообще такое обличение корректно в целом, если это не настоящий либерализм. Наверное, в Иране такой либерализм очень опасен. Но даже если, как-то можно допустить такое информирование общество, то надо это делать не так примитивно и нарочито. Фильм неплохой, посмотреть стоит, но с художественной точки зрения большой провал в сценарии.

Иранец Али Аббаси 20 лет назад сбежал учиться из своей исламской республики в Данию на архитектора, а потом и вовсе переквалифицировался в режиссеры. Первый его метр «На границе миров» вышел абсолютно уникальной работой — на границе странного, пугающего, мистического и реального. Возможно один из самых уникальных фильмов за последнее десятилетие. «Убийца святой паук» получился попроще. Основа истории — реальные похождения религиозного фанатика из начала 2000-х, решившего поиграть в Джека Потрошителя и очистить улицы города от скверны, в виде проституток. Такой, «Зодиак» наоборот — у Финчера мы весь фильм силимся понять, кто же маньяк, в «Пауке» иначе — душегуба мы знаем сразу. Правоверному отцу семейства, которому тошно от продажных женщин, противостоит чересчур эмансипированная для Ирана журналистка. Исламский антураж и призывы муэдзинов к молитве разбавляют жанр, добавляя новых красок в привычный детективный сюжет. Но на линейной истории Аббаси остановится не мог, поэтому мрачные иранские будни плавно трансформируются в социальное высказывание. Помимо очевидного ущемления женщин, кино подсвечивает гораздо более пугающую проблему бедного религиозного общества, у которого полоумный убийца неожиданно вызывает уважение. Даже дети маньяка и его жена искренне верят в невиновность мужчины — не в то, что не убивал, а в то, что убивал за дело, и за это его можно простить. Естественно, стоит учесть гиперболизированный взгляд на ситуацию жителя Дании с 2002 года. Скорее всего, иранцы скажут, что Аббаси чересчур нагнал ужаса. Справедливости ради, «лицемерное» иранское правосудие в реальности поступило с пауком, заматывающих своих жертв в персидские ковры, словно в кокон, по всей строгости закона. Но так как мы, все же, не жители Тегерана, фильм смотрится для нас как способ разобраться с коллективным бессознательным, и попытка еще раз всех убедить (европейского зрителя в первую очередь) в духовной силе женского начала. 7 из 10