Большая новогодняя ночь

- А дальше? Дальше - госпиталь. Открываю глаза, девица надо мной. Вся в белом. И крест красный во лбу. Кто ты? - спрашиваю. Я, - говорит, - сестра милосердная. Между прочим - княгиня. - Да, ладно! Да, ну! - Ну... День лежу. Неделю. Месяц. Всё на неё гляжу... Она мне и говорит - женись на мне, солдатик! - Врёшь! - Вот тебе Крест... Любовь... Тепереча все равны. 'Хошь' на бабе женись, 'хошь' на княгине... 'Пропавшая экспедиция', 1975, реж. В. Дорман То ли наивности образчик, то ли откровенной глупости лирический этюд эта 'Большая новогодняя ночь' - прибалтийская мелодрама от 1978 года. Не знаю, не знаю... Неужто такое кино было способно взволновать кого-то, увлечь, вдохновить, растревожить? Фальшивка ведь по сюжету? Опус, от начала до окончания, чистейший! Одно радует - скоротечность 'произведения'. Один час и шесть минут на всё про всё. Увы, на драматургию любовной лирики, такой хронометраж повлиял дурственно. Судите сами. Замерзающий в тундре рижанин, двадцативосьмилетний инженер, оказывается спасён молодой оленеводкой. Обогрела, отогрела, обобрала... - так, кажется говорил Ипполит у Эльдара Рязанова в новогоднем мега хите, заплетающимся языком? Вот и здесь едва ли не тот же кульбит судьбы. Дёрнул Иманта чёрт (а кто же ещё?) отправиться с друзьями в канун Нового года ни куда-нибудь в тёплые страны с 'горячими' морями, а как раз наоборот - в Заполярье. И дело троица нашла по сердцу, по душе - лыжный двухсоткилометровый марш-бросок из точки А в точку Б. Зачем им это? Так, для утехи, однако. Забавы ради. Ничего так, прогулка, правда? Спрашивается, а какова в конце декабря температура воздуха в этих широтах? Градусов 5-7? Или 10-12? А может 40-45? Тундра. Мороз трескучий. Холодина страшенная... А ты, знай себе, колею прокладывай. Романтика. Ро-ман-ти-ка! Мозги ребята с собой взяли? Или на берегу Балтийского моря закопали до возвращения? Как Вам такое? О том и речь... Черноглазая казачка, подковала мне коня, Серебро с меня спросила, труд не дорого ценя. - Как зовут тебя, молодка? А молодка говорит: - Имя ты мое услышишь - из-под топота копыт... Пути молодцов разошлись. Потеряли друг друга из вида. Благо тунгуска или эвенкийка спасла дуралея в 'синтепоне'. Жаль не в сланцах пожаловал гостем милок. Вязанная шапочка, конечно для головы хороша, но это в Европе, на взморье годный прикид, а для Якутского региона она, что та панама от солнца... Палатка с собой у них. Дровишки в рюкзаке на растопку. Дурни? Как есть - дурни. А может быть три шизофреника из психушки сбежали? Если зритель проникся кадрами этого 'мыла', если поверил всему изображаемому на экране, пора переходить к следующему тяп-ляпу. Любовная струя должна окатить всех жаждущих чуда в оймяконской или вилюйской пустыне... ... Я по улице поехал, по дороге поскакал, По тропинке между бурых, между бурых между скал Маша? Зина? Даша? Нина? Все как будто не она… «Ка-тя! Ка-тя!» — высекают мне подковы скакуна. Лирика 'Блондинистого Парня' и 'Черноокой' красавицы потехой веселья женского режиссёрского фэнтези уготована во второй части. Не в юрте события верстаются, в бревенчатой избушке. Снег, метель, но тепло и уютно в 'яранге'... Боец Алексей Куманин в 'Пропавшей экспедиции' травил байки про 'женись на мне солдатик' дремучим сибирским мужикам, просто 'будь здоров'. Как-никак из Петрограда, из столицы пожаловал - и верили и не верили ему одновременно... А в самом деле, мало ли какие диковины происходят где-то за тысячи километров... А здесь как быть? Верить? Принимать как есть? Улыбнуться и махнуть рукой благодушно? Ладно, пусть так... ... С той поры, — хоть шагом еду, хоть галопом поскачу, - «Катя! Катя! Катерина!» — Неотвязно я шепчу. Что за бестолочь такая? У меня ж другая есть. Но уж Катю, будто песню, из души, брат, не известь 5 из 10