Заблудившийся

По окончанию просмотра данного опуса, зритель, с трудом разлепив отяжелевшие веки, некоторое время с умилением смотрит на экран, задавая режиссеру вполне риторический вопрос-где деньги, Акан? Прочие впечатления меркнут на фоне заявленного бюджета в один миллион долларов, целиком потраченного судя по всему на а) сжигание древнего как хронический гастрит джипа марки Шевроле, и б) на сжигание не менее кондовой полуразрушенной мазанки с заколоченными окнами. Ах, да-плюс один спецэффект, снятый в лучших традициях Советского кинематографа, чуть сдобренного программой фотошоп образца 2005 года. Сюжет фильма, отнюдь не навевает реминисценции с Островом Проклятых-это было бы прямым оскорблением Мартина Скорсезе. Скорее, фильм являет собой полукальку с забытого ужастика Сельский Дом. Ради справедливости, следует отметить, что Сельский Дом, несмотря на явную принадлежность к классу Б, смотрелся куда живее своего заблудившегося брата близнеца. С пресловутым же Островом Проклятых, фильм роднит лишь бессовестно украденный сюжетный поворот, связанный с семьей главного героя. Убогое снохождение по бесконечной казахской пустыне, населенной одним псом, одной змеей перевертышем, одним мужчиной средних лет, отчего то играющим роль старика, одной маловразумительной сомнамбуличной женщиной, отчего-то исполняющей роль дочери старика, одним совершено неуместным в этом казахском антураже мерзликиным, видимо играющим казаха, а также аллюзиями и нелепыми оммажами в сторону таких фильмов как Игла Рашида Нугманова, Шестое Чувство, Темная Территория, Рикер и собственно Сельский Дом, навевает лишь скуку и недоумение. Игра актеров в этом недопроизведении Казахфильмпрома отсутствует как класс, поскольку в целиком заштампованном сценарии просто не остается места для актерского мастерства, операторская работа изобилует длинными планами, по видимому целью своей ставящими возвеличение фильма до уровня киношедевров Тарковского. На протяжении всего фильма, главный герой курит, отчаянно рекламируя сигареты Марки Парламент, пьет воду из полулитровой бесконечной бутылки, катает по пустыне колеса от автомобиля, и курсирует между мазанкой и авто, поясняя это тем, что он дескать ищет семью. Вердикт-Пафосная, наполненная набившей оскомину моралью целиком вторичная поделка. 2 из 10

Как ни ценились бы нами милость к ближнему, взаимопомощь и прочие светлые чувства, в принципе, всегда интересно посмотреть со стороны, как человек, нам не знакомый, оказавшись в затруднительном и критическом положении, пытается найти из него выход. И сочувствуем этому человеку мы тем меньше, чем лучше сами осознаём разницу между нами, как наблюдателями и тем, кто рискует лишиться жизни, то есть объектом нашего наблюдения. И совершаемые им ошибки на этом пути мы вправе трактовать как нечто, не имеющее к нам отношения, от чего нам становится только уютнее и приятнее. Герой данного фильма выпадает из привычной действительности, теряет из поля зрения свою семью – жену и сына, ещё не лишённых для него повседневных очертаний и пребывающих, живыми или мёртвыми, в мире намного более истинном, нежели тот, где со времени экспозиции обретается персонаж Мерзликина. Его родне на смену подыскиваются две чрезвычайно странные личности. Это – говорящий загадками старец и с хитринкой посматривающая на героя, в остальном же безэмоциональная и высокомерная дочь старца. Правда, в ней, как потом расскажет её мудрый и справедливый отец, временами просыпается какой-то зверь, и её приходится запирать в одной из комнат ветхого домика, таким же чудесным образом возникшего на пути заблудившегося парня. В счастливую для него минуту старец берётся ему помочь, и они вдвоём отправляются на поиски дороги, в итоге, как и большинство предприятий героя в этом фильме, не окончившиеся для него ничем положительным. Но ладно ещё – дороги нет. Через несколько часов у блуждающего в степях странника пропадает автомобиль, который он пристально, с несколько даже избыточными мерами предосторожности, охранял. И вот он, сломленный обстоятельствами и оставленный на произвол судьбы, в песке и слезах, вопрошает издевательски уставившуюся на него чёрную собаку-шакала, уже не раз его пугавшую, особенно, в тёмное время суток. Затем, поднявшись с колен, бежит за ней, вперемешку с плачем, ругая её, уже не такую страшную, обратившуюся в бегство… Остаётся, правда, вопрос: мужик, пёс-то в чём виноват? Не ты ли сам – тот, кто положился в деле спасения своей жизни и своей семьи на каких-то призрачных магов, которые вроде особо и не спешили тебе помогать? И не твоим ли решением было остаться среди них, видимо, столь соблазнила тебя перспектива возлежать со стройною девицею-хозяйкой? Не ты ли, глядя на огненные горизонты степей и вздрагивая от каждого ночного шороха, предпочёл спрятаться в доме, который никак не подходит тебе для жизни, вместо того, чтобы искать пути выхода из этого тупика?.. Да если даже вспомнить, с чего начиналось твоё пребывание в этих краях – у тебя заглохла машина, и никто, кроме тебя, не повинен в том, что ты оказался бессилен в этой ситуации, ведь у тебя была, без малого, вечность, чтобы, вооружившись инструкцией, починить свой джип. А тот досадный фактишко, что твой телефон перестал ловить сеть, должен был, наоборот, как-то тебя подстегнуть и повлиять на твоё решение восстановить утерянную связь с миром, а не привести тебя в приземистый домик посреди казахских пустошей, где так удобно закрыться ото всех, с явно неадекватной парой прикидывающихся чародеями людей, толком не объясняющих тебе ничего и лишь добавляющих твоей больной голове новых вопросов. Это, кстати, было бы очень соответственно жанру ленты, если бы не одно забытое авторами обстоятельство – парня здесь никто не держит. А дальше всё, финал: завесы тайников приподнимаются и перед нашими глазами разворачиваются события, о причинах и возможности которых мы не могли даже догадываться. И это – очень существенный недостаток фильма. Не спасает положения и мрачная серьёзность размышлений, которым предаётся в судьбоносный для героя момент хозяин-чародей. Как не способна его поправить и замечательная картинка, на протяжении всего фильма презентующая этот дикий край в удачнейших ракурсах и светопроекциях. Да, фильму, как и его авторам, ничто не поможет, если стремиться лишь к тому, чтобы шокировать публику, если показывать жестокость, не объясняя, каким образом люди по отношению друг к другу в своём злостном нонконформизме становятся подобны зверью. Если считать, что достаточно в определённый момент просто показать на экране что-то, никак не готовя к этому зрителей и не предлагая им подсказок и намёков на протяжении большей, предшествующей развязке, части фильма. Если исходить, в конце концов, лишь из инстинктов, из расчёта на мгновенную реакцию, не стараясь хоть немного связать их и вывести этот эмоциональный взрыв из того, что было в начале истории. Получается, что авторы, словно дети, пребывающие в полубессознательном состоянии, понадеялись на эффект неожиданности, своеобразный сюрприз, на что-то по их мнению сверхинтересное, а вдобавок, ещё и утрированно духовное, упустив из виду, что в жизни – сюжете так не бывает и что беззаботно радоваться захватившему тебя зрелищу совсем не то же самое, что объять свой замысел и проникнуть его причинно-следственными связями. Никто, кроме вас, не выстроит их и при монтаже не подправит, если в том будет нужда. В данном случае она очевидна, так как многое из того, что показывается в конце явно просится на экран в самом начале. И где-то час с небольшим экранного времени можно считать потраченным вхолостую. Но в том, что итогом вашего труда явился очень посредственный фильм, к счастью, никто больше не виноват. 2 из 10