Новые похождения Кота в сапогах

В 1958 году Александр Роу переживает второе рождение как режиссёр-сказочник. После нетипичных для себя «Тайны горного озера» и «Драгоценного подарка» на советских экранах появляются «Новые похождения Кота в сапогах». Снова магия, снова Георгий Милляр в отрицательном образе. Казалось бы, всё здорово, однако что-то пошло не так. Следует заметить, что и до «Похождений» Роу снимал фильмы не в точности по первоисточнику, а прибегая к адаптации. Во время съёмок «Кащея Бессмертного» на режиссёра даже жаловались видные представители художественной литературы. Однако при всех допущенных вольностях «Кащей» оставался безусловным «Кащеем». Что же касается «Новых похождений», то тут уже смесь из разных сказок, некоторые из которых даже не всем знакомы. От собственно «Кота в сапогах» остались лишь два главных героя и начало с распределением наследства. Откуда заимствовано всё остальное – я, честно говоря, не знаю, да и не должен знать, поскольку название подразумевает, что в основе всё-таки «Кот в сапогах». Но это не так. Могу лишь отметить, что все мотивы и образы фильма типичны для европейских сказок. «Новые похождения» поднимают сразу несколько тем и сюжетных арок, многие из которых так и не получают должного развития. Скажем, сумка придворного доктора, которую тот очень боится потерять, потому что… не совсем понятно, почему. Или неприязнь игральных карт к шахматам. Почему и как долго она длится, фильм не утруждает сказать. Иногда повествование такое обрывочное, будто важная часть материала в итоговую версию фильма просто не вошла. Общий же настрой у ленты такой несерьёзный, будто её снимали не в 1950-е, а в 1970-е гг. Как знать, может, Роу просто смотрел в будущее? Огромным недостатком является сам Кот, которого по какой-то причине играет женщина. Я ничего не имею против Марии Барабановой, но кот (да и кошка) – это явно не её роль. Когда Кот в её исполнении ещё и встречается с женским персонажем Георгия Милляра, у зрителей возникает такой диссонанс, которого не было и не будет в других фильмах Роу. Такой же сильный диссонанс возникает от очень неудачного монтажа некоторых магических сцен. Например, когда в клубах дыма упомянутый доктор теряет сумку, а колдунья меняет свою внешность. Кроме того, в этом фильме Роу впервые злоупотребляет обратной съёмкой, когда нужно показать движения персонажей задом наперёд. Я не могу сказать, что впечатления от «Новых похождений» совсем плохие, поскольку персонажи выглядят колоритными. Особенный восторг я испытываю от прекрасной Тамары Носовой и магически притягательной Лидии Вертинской. Обе они позднее появятся в экранизации «Королевства кривых зеркал», которое наполнено очень похожей атмосферой и, возможно, является работой Роу над ошибками. Переходы между сценами, сопровождаемые наклонными чертами, Роу уже использовал в «Драгоценном подарке» и повторит в «Марье-искуснице». Таким образом, «Новые похождения» стали для режиссёра своего рода черновиком, после которого Роу поднялся над собой. 5 из 10