Откровение любви

'Болеро' Мориса Равеля, как и молитва семьи перед обедом или завтраком, непорочная статуя Девы Марии с подглядыванием сына-подростка за молитвой матери в церкви, кровавое аниме вперемешку с эрекцией и снимки на фото, сделанные при помощи кунг-фу, подглядывание юношей под коротенькие юбочки старшеклассниц, проходящих мимо...много всего. Очень много. Религиозная тематика буквально навязана Соно, очень правильно расставлены акценты. И четырехчасовая почти самурайская квинтэссенция жизни взламывает сознание, но не отпускает никуда ни на секунду. А попросту, семья живет себе обычной жизнью, мать дарит сыну статуэтку Девы Марии и... матери скоро не будет. Вера в Бога пошатнулась. Но ведь сыну по просьбе матери нужно найти такую же прекрасную, красивую девушку, как Дева Мария. Через время отец становится священником, но в жизни отца внезапно появляется она... 'Основано на реальных событиях' - написано в титрах. Любить теперь отцу запрещено. А она требует развязанности и бесшабашности. 'Бог злонамеренно выбирает именно нас, чтобы мы страдали'. Чистейшая японская ментальность сочетается в фильме уже давно с европейским кинематографом. Но здесь отточенная филигранность японских традиций подана Сион Соно мастерски. Извращенность подана как что-то высокое. Да и сама подача материала очень часто меняется. Нет ничего - только любовь. Похотливые священники еще в 80-х высмеивались, и их лицемерие тоже. Причем не нами, а югославами. Отец Ю врал в своей церкви, а в Церкви Зеро все поставлено профессионально. 'Не имея любви я - ничто. Любовь никогда не исчезнет'. 365 дней до чуда. А пока сыну прийдется каждый день на исповеди своему отцу-священнику придумывать какие-то свои несуществующие грехи. А после, найдя случайно друзей, уже грехи становятся реальностью и превращают жизнь подростка в полноценную жизнь, насыщенную всем на свете. Он уже переступил границу, и назад не вернется. Хай-тековская стилистика фильма не дает опуститься до низменной жалости или сожаления, а хентай уже давно смело и быстро шагает по Японии. Снова 'Болеро' Равеля. И уже сын в церкви рассказывает отцу о своих сегодняшних грехах. 165 дней до чуда. Она ушла, отец очень хотел быть с ней, но тоже ушел из дома. Боль. Под дождем знакомство с теми, кому сын-подросток предлагает грешить побольше. Грех преподносится как сладость жизни. А догмы религии не работают, мертвы просто. У каждого - свое. Грех за грехом: драки, кражи в магазинах и исповедь перед отцом уже приносит наслаждение в жизни, просто какие-то искренние чувства. Снова Равель и его 'Болеро'. 'Извращенец. Мы обуздаем тебя в нашей церкви. Мы постараемся, чтобы ты и твой дружок избавились от похоти. Вы нуждаетесь в жестокой дисциплине. Держи свои желания под контролем'. Но это уже будет в церкви Зеро - ближе к концу фильма. Оттуда людьми не выходят - зомбирование дает свои результаты. Сознания нет вообще. В любом человеке живут женское и мужское начало - это не новость. Йоко была напугана мужчинами, боялась все время быть грешницей. 'Мне сказали, что извращение - влюбиться в другую женщину'. Ненависть к мужчинам у нее в крови, поэтому Ю приходилось встречаться с любимой Йоко только как госпожа Скорпион. И все же 'Наверное, я лесбиянка, я влюбилась в женщину' - прозвучало от Йоко. 'Все, что мы ищем, находится между женских ног. Ты - первородный грешник'. Радость, радость, радость. Хентай, хентай, хентай. Тосацу приносит радость и удовлетворение. И чувство гордости за фото. 'Отец, я заглядываю каждый день под юбки девушкам'. Удар, еще удар. 'Я должен найти свою Марию. Когда я почувствую эрекцию, я хочу ее почувствовать, и ко мне придет гармония. Я теперь хочу грешить нонстоп'. 65 дней до чуда. Переломный своего рода момент в фильме. 'Старшеклассник и вуайерист'. Круто. Он гениален. Повторяйте: внимательность, безрассудство и дерзость. Искусство Тосацу. Но так хочется найти свою Деву Марию. 'Я найду ее, ничто меня не остановит'. Вернулся отец и стал добрым. Причина понятна. Что лучше: христианство или религиозные секты? Это нужно будет каждому выбрать ближе к концу фильма. Про 'Болеро' уже не буду - вы все поняли. А пока идет спор: чьи фотки будут хуже, тот одевается в женскую одежду и должен подойти к девушке и поцеловать ее и признаться в любви тоже, как лесбиянка. Любовь - бесполое чувство, все люди на планете имеют право на это крылатое и бесполое чувство. Все. Не спорьте... Боже мой, да вот же она. Но я в женской одежде, получится вранье. Она так прекрасна. 1 минута до чуда. Произошло. Чудо. В воображении образ Девы Марии сливается с ее чертами. И я влюбился. Я это уже знаю, уже чувствую. Теперь во мне может тоже быть что-то божественное, ведь она уже моя, моя Дева Мария, я добьюсь этого. Церковь Зеро, подлость, разлука, зомбирование, главное не потеряться самому нигде, ведь можно превратиться в священника любому и отпускать грехи, грешить самому и отпускать грехи другим - и так по кругу, а можно согрешить вместе, зная, что твой друг-священник обязательно отпустит тебе все грехи. А кровь и две людские души должны быть вместе, и никто этому не помешает. Убийство. Жестокое до невыносимости. А так - обычная школьница. Фильм о том, что Курт Кобейн и Иисус Христос - два любимых мужчины, остальные недостойны. Это фильм-салат, фильм-винегрет, жанр можно указать любой сразу или все существующие в кино. Только японцам под силу смешать все на свете, и у них получится художественно и красиво. Менталитет тоже не последнюю роль играет. Но как же быть с женским костюмом? Девочка влюбилась в девочку. Фотографирование при помощи кунг-фу трусиков старшеклассниц закончились. Есть Она. И есть Зло, оно будет сильно мешать. И долго. Что победит? Посмотрите, и вы все узнаете сами. Ну а 4-х часовый винегрет получился шедевром. И зачем умышленно рассказывать весь сюжет? Здесь уж точно нельзя этого делать. Да и словами многое не опишешь - нужно видеть.Long Island Ice Tea - отсюда Сион Соно как-будто взял все компоненты и перемешал, как захотел - беспорядочно и нелогично. В мире нет ничего важнее любви, любовь милосердна, она не завидует, не превозносится, не гордится. Пророчества прекратятся и языки умолкнут - но любовь не исчезнет никогда.

Этот фильм 4 часа ломал мой мозг! При этом кино вовсе не плохое. Отнюдь, очень даже неплохое кино! Но какое-то...странное. Здесь накручено всё, что можно вообще придумать: эрото-драма, боевик в стиле кунг-фу, романтическая мелодрама, проблемы взросления и отношений c родителями, 'анимэшные' кровавые эпизоды с девочкой в школьной форме, задротная комедия про суперпрофессиональное фотографирование девичих труселей с переодеванием, коллективная и персональная религиозная одержимость, сексуальное и асексуальное безумие отдельных людей и т.д. И всё это по большей части под классическую музыку! Отмечу отдельно бредовый, но очень показательный эпизод с коллективным поднятием креста... В целом, как говорит персонаж DMC Краузер Сан: ГРРРОТТЕССККК! (в том смысле этого слова, который вкладывают в него японцы) 8 из 10

Ещё мальчиком Ю пообещал умирающей матери, что найдёт себе невесту, как дева Мария, и познакомит её с ней, пребывающей на небесах. Держа слово, он смиренно жил, соблюдая порядок в мыслях и делах, а его отец, памятуя об ушедшей жене, истово служил настоятелем католического храма, окормляя проповедями его прихожан, пока в их жизнь не вторглась одержимая любовью женщина, которая, соблазнив священника, внесла смятение, разрушая церковный обет. Поддавшийся искушению отец ищет оправдания своей порочности, успокаивая себя всеобщей порочностью мира, но ему противоречит невинный сын, своей чистотой опровергающий спасительную уловку, попадая под прессинг ритуального давления, которое обрушивается не него в беспрестанных церковных исповедях родителю, выдавливающему из него непорочность, утверждая силу и бесконечность человеческого греха. И сын начинает грешить. Грешить, чтобы утешить отца, признаваясь ему о своём безграничном падении, нет, не падении, а погоне за грехом, в которой его сопровождают несколько отвязных подельников, шокированных признанием, что всё творимое им безумие – для блага и успокоения расстроенного отца. В тот момент и прозвучала мимоходом брошенная приятелем фраза, решившего, что история Ю напоминает Хентай, определяя стилистическое построение и жанровые свойства всей этой картины, с присущим Хентаю утрированием и характерными эстетическими приёмами, переносящими технику рисованного рассказа в сюжетное развитие истории и отношения её участников, в полной мере отражая смысловое содержание термина, совмещающего в себе понятия «странный» и «поведение», реализуемые здесь в чистом виде их первозданного значения, выражаемого словами «метаморфоза» или «аномалия», расставляющего по своим местам художественную и содержательную части отнюдь не простой для восприятия пьесы, имеющей свойства подлинной драмы, составляющей основу темпераментного рассказа о могуществе сильнейшего из человеческих чувств. «Мангачный» антураж, картинность сцен и «ужимистая» игра актёров вовсе не ведут к упрощению. Напротив, в хитросплетениях возникающей интриги вызревает глубочайший нравственный подтекст, открывающийся в бескомпромиссной схватке за настоящую любовь, подвергающуюся испытаниям жестокостью и коварством, тогда, когда забрезжившее счастье противник начинает резать вдоль и поперёк, испытуя юношескую веру и верность, с трагическим продолжением привнося в картину значение откровений евангельского толка, которые в нарастающем накале страстей захлёстывают в противостоянии праведника и порока, отражая вечную битву Добра со Злом, увлекающую внимание замысловатым сочетанием композиционной цели, реализованной в захватывающем образном представлении актёров, которым пришлось прочитать сложнейший художественный текст, доведя его до уровня потрясения, происходящего от набирающегося к финалу множества символьных значений, обращающихся в итоге в истину, неоднократно подчёркнутую цитатой из Первого послания Апостола Павла к Коринфянам, завершающуюся крылатыми словами: «А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».

Цепкие пальцы и строгий взгляд отца молодого человека по имени Ю, казалось, и после смерти достопочтенного родителя будет его преследовать во влажном тумане снов, сотканных из маскулинных желаний и телесных страстей. Ю хотел, всеми фибрами души и порами тела жаждал любви, а любовь без греха невозможна. Ю желал любить, но для обретения любви ему пришлось испытать немало. Сюрреалистическим и стилистически-эклектичным потоком сознания на зрителя накатывается фильм 'Откровение любви' японского режиссера Сион Соно, ставший в 2009 году одним из фаворитов Берлинского кинофестиваля. Режиссер Сион Соно в своем творческом пути впитал традиции как натуралистичной школы японского кинематографа, продолжая мотивы Кодзи Вакамацу, Нагисы Осимы и Тэруо Исии и давая своими фильмами дань уважения японским традициям откровенности и жестокости, так и впитал элементы гуманизма Бергмана, жесткого символизма фон Триера(переняв у того и стилистику деления на главы) и авангардизма Ходоровского. Однако фильм 'Откровение любви' при всей его громоздкой эпичности имеет черты и чистой тарантиновщины, рассказывая зрителю о Человеке и его пути в жизни, о созидательной силе любви и высшей религиозности, способной поламать жизнь индивидуума киноязыком множественной стилистической многообразности и к какому-то конкретному жанру фильм отнести просто невозможно, ибо 'Откровение любви' это и трэш-боевик, и эротическая драма, и психологический перверсивный триллер, и религиозно-философская притча, причем в фильме нет нарушения художественной цельности. Фильм овеян религиозной метафоричностью, превращающей ленту Сион Соно, ставшую первой частью его 'трилогии любви', в фильм-символ и настоящую энциклопедию Японии и жизни в ней. По сути фильм Сион Соно не столько о любви, сколько о Человеке, встающем на путь самосознания и ищущем самое себя в мире, где девальвированы многие ценности, а религия превращена в инструмент для фанатично преданных особ. Такахиро Насадзима превосходно справился с ролью Ю, сумев отточенно и убедительно показать в фильме постепенную метаморфозу своего героя, его внутренний рост. Также весьма хороша в картине актерская игра Хикари Мицушима, Сакура Андо и Хироюки Оноуэ. Фильм первозданно эстетичен. Оператор Сохэй Таникава снял фильм в яркой, нарочито экспрессивной и полной гротескного насилия и эротики манере, переполняя фильм динамикой и мощным символическим рядом. Саундтрек от композитора Тамахидэ Харады облекает фильм в одеяло меланхолии, постоянно играя на контрастах в картине, придавая тем или иным эпизодам то романтический, то полный саспенса оттенок. Всем поклонникам азиатского авторского кино и, в особенности, японского я рекомендую этот по-настоящему незабываемый аттракцион, который Вас, я уверен, надолго впечатлит. 10 из 10

Странноватое впечатление от фильма. Сначала надежда и интерес. Потом разочарование и раздражение. Потом принятие и какое-то понимание. Но и жанрово фильм менялся. От комедии, через боевик и мелодраму, до трагедии. Хотя эта японская молодёжная истеричная аутентичность, на любителя. Главный герой - школьник у которого отец священник. А дальше, если рассказывать, то сюжетных нюансов выйдет на страницу. В фильме много драк, пошлости, вуаеристских заскоков на девичьи трусики, подростковых любовных страданий, сектантства и религиозных перегибов. Смотреть довольно тяжело, потому что хронометраж гигантский. Но сама структура вызывает уважение. Хотя советовать такое я скорее не стану. Но уверен, что кому-то может зайти очень круто. Несколько второстепенных призов на Берлинском кинофестивале.