Третий человек

Кэрол Рид переносит типичный для изображения американских реалий послевоенного периода нуар на австрийскую землю. Выдерживая классическую игру теней и нервное напряжение до самого конца ленты он добавляет совершенно казалось бы неподходящие венские напевы. Героическому Тревору Ховарду он противопоставляет триумвират главных героев, которые оказываются на деле совсем не такими уж и симпатичными. Зато, все в конечном итоге срабатывает и кино смотрится так же эффектно, как каблучки постукивающие в такт по мощенным венским мостовым. А ведь начиналось все совсем банально - американский автор детективных романов приезжает в Вену и пытается распутать убийство своего друга о котором многие отзываются как о преступнике. Пытаясь вникнуть в загадку убийства наш герой влюбляется в девушку своего товарища. А вскоре и вопрос дружеской верности будет подвержен очень серьезной проверке. Именно благодаря тому, что в фильме каждый из трех главных персонажей оказывается человеком мягко говоря слабым и способным предать, прогнуться, испугаться, фильм приобретает качественно иное звучание. В конце концов, персонаж Джозеффа Коттена окажется вовсе не мужественным героем, а противоречивым парнишкой, который будет готов перечеркнуть все свои дружеские чувства ради женщины. Но можно ли его за это осуждать? Алида Валли так невероятно хороша. Но безупречна ли она в своих поступках? А персонаж Орсона Уэллса? Вспомните сцену на колесе обозрения. Не кажется ли Вам, что этот торопливый деляга несколько мгновений всерьез размышлял о том, чтобы попросту убить своего друга? Все хороши. Но на размышления особо времени нет. Кино получается зрелищным как за счет умело набранного высокого темпа повествования, так и благодаря операторским и постановочным изыскам. Небольшой наклон камеры, подчеркнутость движений героев в ключевых сценах (например, в канализации) - и готов один из самых незаурядных образцов нуара. Может быть и тривиально, но зато еще как смотрибельно. 9 из 10

Сначала подумал, что фильм, безусловно интересный и динамичный, всё-таки перехвален. Сразу не чувствуешь в нём особой глубины; так, занимательная история на раз. Однако есть в этом кино нечто, что заставляет возвращаться к нему в мыслях вновь и вновь, перекатывать, как шарик от подшипника, внутри черепной коробки. А значит, налицо драгоценный артефакт искусства. Великие раны, которые ещё не зарубцевались, сломанные люди, забитые в каменные щели, разгул всех и всяческих чёрных кошек — привет из Вены, Володя Шарапов. Над городом всё ещё клубится туман проигранной войны. Руины австрийской столицы наглядны, холодны и мрачны, — однако их неожиданно овевает тёплый ветерок грядущих шестидесятых. Вот это дуновение грядущего в классическом фильме жанра нуар, внезапная надежда, бог весть как просвечивающая в тотальных нищебродстве, цинизме и безысходности, тонкое, эфемерное, едва осязаемое предчувствие лучших дней — это и делает картину шедевром. Сегодня такого предчувствия, не знаю, как у вас, а у меня нет. И, конечно же, непросто его передать. В данном случае имеем блестящую операторскую работу, чудесную аутентичную массовку (выхваченный мимоходом взгляд старика в толпе или упрямый мальчик с пальцем наперевес впечатляют уже просто если сделать стоп-кадр), ну и, конечно, кастинг, безупречный кастинг. Говоря о «Третьем человеке», хвалят, и как всегда заслуженно, Орсона Уэллса: его вообще принято хвалить, и он действительно на своём месте, как все другие в этом фильме. Девушка, да, типическая, пусть и не эпическая, Станиславский поверил бы однозначно. Однако подлинный мотор картины, как это на самом деле бывает не так уж и часто — исполнитель главной роли Джозеф Коттен. Всех в этом фильме можно было бы теоретически заменить, но только не его. Человек с лицом прямиком оттуда, из сороковых — у деда моего было такое лицо, одновременно простое и благородное, с таким точно послевоенным упрямством и такою точно сменой выражений, железно хороший парень, сыграть которого всего труднее. Обычно хороший парень теряется на фоне колоритных злодеев. А тут такой абсолютно уникальный и достоверный слепок лучшего, что было в той сложной эпохе, человек, с которым безоговорочно пойдёшь в разведку, сыгранный со спокойным достоинством и знанием дела. Военный полицейский в свалявшейся куртке, который играет с ним в кошки-мышки, также достоверен — и, в отличие от Коттена, современен. А тот, одной ногой уже в уходящей в легенду эпохе, типичный неприкаянный её персонаж в шляпе. То, что окончательно делает атмосферу — саундтрек. Нарочито и печально беззалаберный, небрежно, прямо по ходу фильма наигранный на цитре или чём там, он, на первый взгляд, легкомыслен и неуместен в атмосфере тьмы, канализаций и тумана — но именно он придаёт фильму неповторимый вкус и идеально подходит к его печальной, парадоксальной и понимающей, иронии. И надо всем этим великолепием летает кусачий белый попугай и горланит возмущённая немецкоязычная бабка. «При герцогах Борджиа в Италии 30 лет царили война, террор и убийства. Но она дала нам Микеланджело, Леонардо да Винчи и Возрождение. А что дала нам Швейцария за 500 лет братской любви и мира? Часы с кукушкой!» — дедушки-то наши тогда уже всё понимали.

Само понятие 'фильм-нуар' берет своё начало в Европе. 'Нуар' - это слово, что с французского языка обозначает цвет, а именно чёрный. То есть кино жанра нуар - это 'чёрное' (темное) кино, в качестве самостоятельного жанра, особенно в плане личностной стилистики, имеющего свои корни во Франции. Потому не удивительно то, насколько гармоничными кажутся события фильма в рамках декораций отнюдь не привычных стилю американских крупных городов, а полуразрушенного города послевоенной Европы. Вена - интересный выбор для создания картины в подобной стилистической манере. Вена 1945-го года - тем более. Разрушенные бомбардировкой дома, мощеные узкие улочки рядом со свалкой строительного мусора, что остался от строений и зданий, пару лет назад расположенных на том месте, на котором теперь, в 45-ом, антагонист сего фильма прыгает из стороны в сторону через неровные анфилады торчащей арматуры и редкие остовы автомобилей, дабы сбежать от протагониста, уже наметившего свою цель. В таких примечательных декорациях происходит куда более традиционное для жанра действие: детективное расследование в расплывчатых черно-белых тонах, где выбором правят чувства долга, любви и преданности. Притом все это одарено тяжелым моральным перепутьем, обусловленным как раз треугольным распределением приоритетов, между которыми писателю по профессии и детективу поневоле Холли Мартинсу (Джозеф Коттен) приходится разрываться в надежде выбрать единственный верный путь. В довесок идёт классическая атмосфера с мягким привкусом непривычного, но удачного юмора и частые кадры, снятые не ночью, а днём, что опять же нетипично для жанра. И вот данным особенностям, сколь бы они не 'резали' глаз ценителю 'истинного' нуара вроде меня, несмотря ни на что есть должное объяснение: антураж кино-нуара всегда отвечает сам за себя. Традиционно он пессимистичен, полон мотивов депрессии и упадка. Здесь от подобного было решено отказаться, во-первых, ввиду съемочных локаций послевоенного города, который сам собой никак не мотивирует на хоть какой-то праздник жизни, в отличие от ярких заполненных улиц какого-либо куда более типичного Нью-Йорка. То есть сущность локаций здесь перекрыта сущностью музыкальных тем и некоторых диалогов юмористической направленности, снятых зачастую не в условиях ночи, а в условиях мягкого дневного света, в отличие от частых случаев, когда суть разговоров, сущность музыки и героев перекрывают празднество мира вокруг - 'Мертвым по прибытии', 'Акт насилия', 'Лора' и так далее. Таким образом, сочетая в себе классические жанровые признаки, соединяя их с особенностями истории, фильм являет из себя нечто свежее в рамках определенного пресловутого жанра нуар. Это взаправду рассмотрение приевшейся, так сказать, специфики под новым углом, с немного иным ходом событий и с немного иными видами на окружающую действительность. Фильм прекрасен своей моральной подноготной. Раскрывая персонажей Джозефа Коттена, конгениального Орсона Уэллса и Алиды Валли, кино движется по сценарной цепочке балансируя между чувством отвращения к тому или иному персонажу, выявленному у зрителя, и чувством сочувствия, привязанности все к тому же персонажу. Такая тонкая грань, на которой удерживается фильм, явственно отражается в моральных перипетиях героя Коттена, который в конце ленты все равно умудряется непостижимым образом остаться верным и общечеловеческой нравственности, и такой гибкой и ненадежной вещи как дружеская солидарность. Поражает то, каким образом герой все-таки сумел не предать ни себя, ни кого-либо иного рядом с ним находящегося. И притом это отнюдь не значит, что в конечном итоге он ничего не потеряет и последние секунды данной прекрасной картины подобный смысл людского существования полностью подтверждают, однозначно являя то, чего псевдодетектив и горе-писатель сохранить не сумел... 'Третий человек' - классика мирового кино. Фильм в оформлении граничит с гротеском во всем: его персонажи, его локации, его история. Все кажется столь фантастичным и в тоже время однозначно правдивым, что не предаться его шарму в данных деталях нельзя: он поглощает словно в свой мир, такой необычный и привычный одновременно. Да, некоторые образы на основе этого мира способны вызвать у некоего зрителя все же отторжение: каждому личностно авторы угодить не могли однозначно и точно для кого-то 'палку перегнули', а для кого-то подобной особенности даже и не обозначили. В любом случае ценность киноленты не признать невозможно. Интересный, а главное, безапелляционно удачный эксперимент, сочетающий новые крапины классической визуализации с первородными особенностями стиля. Объединяющий их в обрамлении отличного последовательного сюжета с неожиданными поворотами и запоминающейся развязкой. 'Третий человек' - лента, что заслуживает внимания любителя кинематографии и на сегодняшний день, и явно будет заслуживать спустя ещё долгое-долгое время. P.S. Спасибо за внимание.

О художественных и кинографических достоинствах фильма «Третий человек» уже сказано много. Хочу обратиться к его культурно-историческому значению: а не превратился ли он в музейный экспонат, в Вене ведь даже есть музей этому фильму посвященный. Да и в рецензиях уже есть намеки. Фильм снят и описывает события в Австрии более чем 60-летней давности, а сегодня он ещё актуален? Почему он стал культовым в Австрии, только ли из-за кино-достоинств? Хотелось бы думать, что не только из-за этого. Мне представляется, что главное значение этого фильма заключено в его направленности на анализ глубинных процессов катастрофической трансформации общественного и индивидуального сознания послевоенной Европы. Это связано с болезненным переходом (как это обозначено в заголовке) от доминирования социальных порядков на основе индивидуально-родовых устоев и жизни по неписанным, но всеми принимаемым как 'само-собой-разумеющееся' нравственным понятиям, к жизни по «писаному» закону, к гражданскому обществу. При этом традиционные нравственные правила (предпочтения родственных отношений, дружбы и т.д.) не отбрасывались как устаревший хлам, нет, конечно. Человечество подобные трансформации уже неоднократно переживало и выходило из них в качественно новом состоянии (хотя и не всегда прогрессивном). В рассматриваемом случае традиционные устои сохраняют свою власть, но сужается их область действия, они отступают из области общественных отношений (в духе нуара - из области «света») в область «тени» - близкого для личности круга связей, чувств и переживаний отдельных людей. При этом человек оказывается перед необходимостью произвести переоценку значения кровнородственных, дружеских и других интимных связей с другими людьми и признать их в определенных социальных ситуациях вторичными, по сравнению с конкретными социально-гражданскими требованиями, условиями и отношениями. Именно в этом, на мой взгляд, заключено не уменьшающееся значение результатов творчества авторов фильма для Европейской культуры, в документировании этого тяжелейшего духовного кризиса. А теперь, обратимся к условиях современной России, - это опять становится проблемой катастрофической важности, когда особенно актуально сделать выбор: жить «по понятиям» или по закону (понимая, что законы пишут и контролируют подобные нам же депутаты и чиновники): для людей «во власти», для бизнеса в обществе, для индивида в качестве гражданина (и такое можно мыслить – не берут взятки там, где их не дают). Для нас может показаться низостью – доносить на друга-нарушителя (тем паче – на преступника), а для них, прошедших такую катастрофическую ломку – это святой долг. Для нас - как не порадеть «своему» человечку в конкретной ситуации (ведь это единственное исключение - ей богу, а в остальном, ко всем другим - ни-ни…). Фильм «Третий человек» с исключительной силой, как исторический документ запечатлел кризис и духовную трансформацию послевоенного европейского общества, которая, на мой взгляд, и делает нас (Россию и Европу) принципиально различными (но не только это). Сегодняшняя Европа – следствие не только этой трансформации, но также и многих других. Но уже этот перелом вел к снижению роли общинного (классически социального, традиционного), отходу его на второй план и старту процесса доминирования формально-правовых отношений, а следом за этим – господства (рискую даже так сказать) индивидуального в рамках формальных социальных правил. Сегодняшнее крайнее проявление такой линии развития мы видим. А об этом ли мы мечтали? Балы классике считаю ставить как-то. .., да и надо ли? 'Мадонна уже не нуждается, чтобы её любили'.

8 лет после выхода 'Гражданина Кейна'...Орсон уэллс и Джозеф Коттен вновь в одном фильме, НО Коттен здесь в главной роли, а Уэллс - приглашенная звезда. 'Кейна' Уэллс мастерски закольцовывает 'Rosebud' (пресловутым Розовым бутоном), а здесь, у Рида, сам выступает элементом каркаса сценария со своими похоронами №1-в начале фильма и №2 в финале Из мрачного 'The Third Man' Грэма Грина ( а ведь дело происходит в Вене сразу после окончания Второй мировой, уж можно было понагнетать) Рид и замечательный оператор Краскер (еще его 'Тихий американец') соорудили настолько ироничный и филигранный нуар, что любо -дорого посмотреть. Эти дизайнерские титры (под цитру), эти смешные погони по тускло поблескивающей безлюдной брусчатке Вены, и роковой выстрел в героя Уэллса в канализационном коллекторе - его толстые пальцы, тянущиеся сквозь чугунную решетку(во многих источниках пишут, что это пальцы Рида, суеверный Уэллс отказался) А как Уэллс безобразничает, демонизируя своего героя, ведь это почти шарж на Питера Лорре в 'М'. Достоинства фильма многократно описаны (см. выше) Одно дополнение. У главной героини (28-летняя Алида Валли) есть квартирная хозяйка, венская старуха. Она произносит длиннющие темпераментные монологи на родном языке, на которые англоговорящие главные персонажи вежливо кивают. Тексты не переведены...это так славно, думайте что хотите и слушайте цитру. 10 из 10

Нуар - больше не жанр, а набор стилистических приёмов, хотя, конечно, он подразумевает 'типовые сюжетные решения'. И да, в этом фильме весьма хорошо выдержана и стилистика, и необходимые детали сюжета. Например, эксгумация 'якобы тела Гарри' проводится непременно ночью (что абсолютно нелогично), но это совершенно не вызывает удивления - настолько это слитно со всей атмосферой фильма. Все герои очень характерные. Орсон Уэллс невероятно типажен, даже если ни разу его до этого не видеть - мгновенно чувствуешь его харизму и обаяние. В общем-то и правда, фильм - очень типичный нуар, несмотря на то, что снят не американцами, а англичанами. Роковая женщина роковая ровно настолько, насколько нужно: у неё и сомнительный правовой статус (поддельный паспорт), и блистательность образа актрисы, и надрыв, выбор между любовью и моральными принципами. Главный герой заряжен ровно так, как нужно: это и писатель (но писатель дешёвой развлекательной литературы), и авантюрист (приезжает без гроша в кармане по зову друга детства, которого последний раз видел еще до войны), и человек, борющийся с типичной нуарной проблемой - торжество совести или дружбы. Вообще первое, что меня очень включило - это кадры послевоенной Вены, и то, как была устроена жизнь того времени. Безусловно, это целый памятник времени и месту, и мне досадно, что в прокатной версии вырезаны кадры, которые посвящены подробностям. Ловил себя на том, что интерес заметно оживал именно в живописании послевоенного полуразрушенного города. Вообще хочется отметить работу оператора. Поначалу немного ставил в тупик голландский угол (намеренно заваленный горизонт), потому что я привык считать этот приём способом нагнетания напряжения в кульминационных моментах, а тут почти с порога - кадры с голландским углом. Впрочем, воспринимается это очень гладко, и скоро я перестал замечать конкретные приёмы, а просто наслаждался атмосферой. Неслучайно этот фильм стал знаковым для жанра нуар - здесь все стилистические правила выполнены, я бы сказал, старательно. Правда, жанр помешал глубине раскрытия моральных проблем, которые затрагиваются в сюжете. Но - ничего не поделаешь, ограничения жанра. Это правда очень сложная тема - почему люди, которые вроде бы 'классные ребята' (да ещё и с фирменным обаянием Орсона Уэаллса) становятся преступниками, готовыми 'просто стереть те маленькие точки внизу' (говоря о людях). В целом вообще в фильме много интересных моральных проблем, но однако он смотрится даже как-то легкомысленно. Очень этому способствует и музыка - звучит, я бы сказал, скорее задорно. Я думаю, что это было сделано намеренно. К моменту выхода фильма мир ещё не отошёл от ужасов войны, и, возможно, авторам было важнее сделать что-то жизнеутверждающее, нести лёгкий и позитивный эмоциональный заряд, даже рассказывая о страданиях. Поэтому сюжет развивается в отдельные моменты даже несколько комедийно. Лично меня позабавил сержант Пэйн - его сочетание любезности и того, как он спокойно выполняет свой долг (ударил Холли в зубы и тут же весьма вежливо его сопровождает). Что меня потрясло в сюжете - так это то, как устроен центральный конфликт. По сути, в фильме противодействуют друг другу два разных представления об одном и том же персонаже (Гарри Лайме). И это неожиданно сложно и интересно, если вдуматься. Пожалуй, я не ожидал такого интересного приёма от фильма, который пытается быть немного иронично-развлекательным. В общем, фильм для меня оказывается в хорошем смысле 'с двойным дном' - при некой поверхностной простоте сделан очень добротно и тщательно. Оценки заслуживает очень высокой. Единственное - лично я не большой поклонник нуара, хотя это и красиво. Поэтому поставлю 9, но чисто для того, чтобы остаться честным перед собой и своим вкусом.

Третье и наиболее удачное сотрудничество Рида и Грэма Грина производит и сейчас умопомрачительный эффект: это не просто нуар (жанру к тому времени едва исполнилось восемь лет), но прежде всего планетарное по масштабу размышление от относительности человеческих ценностей. В мире «Третьего человека» друзья легко становятся врагами, а тот, кому ты раньше не доверял, вдруг подставляет тебе свое плечо. Несколько откровенно посмеивающийся над собственным амплуа «вторичного писателя», Грэм Грин вместе с тем предлагает зрителю серьезное философское послание. Да, это чисто британское кино, хоть главные роли в нем играют американцы и итальянка, ведь даже соло на цитре – почти нескрываемая насмешка над саспенсом в том виде, как его сформировал Хичкок. «Третий человек» - рассуждение еще и о манипулятивности вымысла, искусства и кино, такое ощущение, что Рид и Грин, как бы они мастерски на завлекали зрителя в сюжетные и визуальные ловушки, все же будто намекают: «Смотри, это всего лишь кино». Много написано о том, что «М» Ланга создал нуар как жанр за десять лет до его возникновения, ощущается это и здесь, особенно в финале. Через год после «Третьего человека» Хьюстон снимет «Асфальтовые джунгли», еще одну медитацию о нуаре, как жанре, ведь порой возникает впечатление, что чем дальше, тем больше нуар становится саморефлексивным, и все больше философским размышлением о фатуме, роковых женщинах, предательстве и неизбежности возмездия за содеянное зло. Ведь последняя сцена из «Третьего человека» - чем не вопрошание в духе «Из прошлого» Турнера? Не мысль ли это о том, что как бы мы не бежали от содеянного, оно все равно к нам вернется? А не это ли главная интенция нуара, нацеленная на жажду и желание искупления? Ведь не будем забывать, что Грэм Грин – автор не только развлекательных романов о шпионах и сыщиках, но еще и религиозный писатель, автор «Силы и славы» и «Сути дела», «Брайтонской скалы» и «Монсеньора Кихота». В сценарии «Третьего человека» он остается верен обеим сторонам своего творчества. Увлекательно ли смотреть «Третьего человека» спустя годы? Очень. Но это кино, в котором не только интересно разбираться, хотя многие детали столь многозначны, что просто просятся в цитаты в фильмы других режиссеров, любящих нуар (как например, преследующий героя ребенок, продавец шаров или женщина, возмущающаяся по-немецки, и вообще немецкая речь, если ее не понимаешь, добавляет зловещего эффекта всей рассказываемой истории). Одна такая цитата была даже для меня очевидна, хотя я плохо разбираюсь в нуарах: внешность барона почти в деталях скопирована Линчем в «Шоссе в никуда» в образе черноволосого карлика. Можно сказать, что по смыслу «Третий человек» противопоставляет человеческие и вечные ценности: в глазах Бога праведник – не праведник, в грешник – не грешник. Тот, кого мы считаем хорошим человеком, может оказаться убийцей, и наоборот, это говорит о частичности истины, которой мы владеем. Всю ситуацию не видит никто кроме Бога – вот послание Грэма Грина и Кэрола Рида, также как и то, что сердечная привязанность может быть обманчива, не позволяя увидеть другого таким, как он есть. «Третий человек» - кино многоликое и многообразное, потому не стоит сужать его до одной лишь интерпретации, пусть и уместной в его контексте. Важно то, что сами британцы считают его лучшим фильмом в своей истории, это говорит о необходимости настоящего кино сочетать увлекательность с серьезным содержанием – то, что сейчас почти уже безнадежно утрачено.

'Третий человек' 1949 г. постоянно включается в списки лучших детективов, лучших нуаров и лучших триллеров в истории кино. Британский институт кино вообще назвал именно эту ленту лучшим британским фильмом всех времен. Если вы посмотрите ленту, то наверняка согласитесь с такими восторженными оценками. 'Третий человек' рассказывает историю, разворачивающуюся в поствоенной Вене. Уникальное историческое время и место действия создали для этой картины совершенно необыкновенную основу. После Второй мировой войны Австрия и сама Вена были разделены между четырьмя странами - СССР, Франция, США, Великобритания. Военные из всех этих стран сосуществовали в небольшом городке и создавали атмосферу страха, скрытности, противоречий, конкуренции и служили расцвету нелегального бизнеса. Американский писатель приезжает в Вену по приглашению своего друга. Однако добравшись до места жительства друга, он узнает, что тот был сбит машиной и умер. На похоронах писатель встречает английского детектива, который утверждает, что умерший друг - влиятельный гангстер. Писатель решает разобраться в деталях смерти приятеля и в итоге ввязывается в очень запутанную и опасную историю. Историю, в которой нашлось место контрабанде, убийствам, погоням, роковым красоткам, поддельным документам, предательствам и множеству тайн. Третий человек... Во время смерти мужчины там был таинственный третий человек. По мере того, как писатель вместе с английским детективом будут разбираться в произошедшем, зрители поймут, что посмотрев на эту запутанную историю с разных точек зрения, обнаружатся совершенно разные третьи личности. Даже главный герой фильма в какой-то момент станет третьим лишним... За великолепную режиссуру отвечал Кэрол Рид, снявший также 'Оливер!' и 'Мятеж на Баунти'. За выдающуюся операторскую работу над этим фильмом Роберт Краскер совершенно заслуженно получил статуэтку 'Оскар'. А главные роли исполнили Джозеф Коттен ('Газовый свет', 'Тень сомнения'), Орсон Уэллс ('Гражданин Кейн'), итальянская красавица Алида Валли ('Дело Парадайна', 'Суспирия') и Тревор Ховард ('Супермен', 'Ганди'). 'Третий человек' - мастерски сплетенный фильм. Над его сценарием работали Грэм Грин (автор романов 'Тихий американец', 'Комедианты', 'Путешествия с тетушкой' и сотрудник британской разведки), Орсон Уэллс (сценарист и режиссер 'Гражданин Кейн', 'Печать зла') и Александр Корда (продюсер 'Багдадский вор'). Помимо отличных актеров, великолепного сценария, операторской работы и режиссуры, 'Третий человек' отличился незабываемой музыкой австрийца Антона Караса, создавшего атмосферу безумного и непредсказуемого послевоенного порядка в Вене. Однозначно рекомендуем к просмотру 'Третий человек' 1949 г. - очень простую и одновременно сложносочиненную историю, в которой расследование обстоятельств смерти превращается в глобальную борьбу добра со злом.