Физики

Ещё до того, как я посмотрела этот фильм-телеспектакль, уже знала, что полюблю его, как полюбила одноимённую пьесу Фридриха Дюрренматта, по которой картина поставлена. Альфред Хичкок однажды сказал, что хотел бы снять фильм, действие которого происходило бы в замкнутом пространстве – на лодке в открытом море. Одинокая человеческая ситуация. Подобный, в большой степени, театральный приём находит своё место и в «Физиках». Сюжет развивается в рамках одного помещения, но фильм от этого ничего не теряет. Виртуозная, первоклассная актёрская игра делает его эталонной постановкой, которая ещё долго после просмотра питает чувства и разум. Это восхищает – при всём минимализме технических (и, скорее всего, финансовых) средств создавать в такой степени сильное произведение. Здание фильма держится на внутренних эмоциональных ресурсах актёров, и в первую очередь, исполняющих три ключевые роли – Леониде Броневом, Борисе Плотникове и Борисе Химичеве. У каждого своя специфическая манера преподнесения образа, и это даёт фильму правдоподобность, характерность, многообразие. Картина скупа на краски, но исключительно богата на человеческие чувства. Не менее существенен герой Армена Джигарханяна, инспектор (и одновременно – символ справедливого начала), расследующий убийства в санатории. Он появляется на экране в начале и в конце фильма, и его присутствие знаменует собой замкнутую конструкцию внутри сюжета. По сути, от решения инспектора зависит судьба главных героев. Финал открыт – интерпретация концовки может быть лишь индивидуальной и зависит, наверное, только от веры зрителя в торжество Фемиды или в её поражении. Это один из самых удивительных финалов-перевёртышей, который мне когда-либо доводилось видеть. Создаёт эффект разорвавшейся бомбы, особенно, если прежде не читал первоисточника. Нужно отдать должное гениальности Фридриха Дюрренматта, осветившего актуальную современную проблему – нравственные основания науки. Когда мы говорим о прогрессе, особенно в такой авангардной области, как физика, редко на ум приходит, казалось бы, очевидная мысль об ответственности автора перед человеческим сообществом за открытие. Гениальность трагически обгоняет свой век. Фундаментальная наука шагает семимильными шагами, а вот вопросы этики обществом позабыты. Исполинские силы первооткрытых энергий станут доступными человеку, но готов ли человек при всё увеличивающемся информационном неравенстве к встрече с этими силами? И будет ли человечество использовать новое знание в мирных целях? Это важный вопрос философии науки. Сейчас злободневный как никогда.Момент столкновения путей науки и критериев гуманности. Вероятно, самым уместным в конце отзыва об этой удивительной киноработе будет поместить слова Анри Пуанкаре о двух неделимых сторонах истины: «Я прежде всего хочу говорить об истине научной; но вместе с тем я хочу говорить и об истине моральной, по отношению к которой то, что зовётся справедливостью, есть только один из видов...я не могу отделять их, и те, которые любят одну, не могут не любить другую. Эти оба рода истины, однажды открытые, приводят нас в одинаковое восхищение; и та и другая, лишь только их усмотрели, сияют одним и тем же светом, так что нужно или видеть их, или закрыть глаза.» Максимальная оценка!