Голубой ангел

Дымная атмосфера дешевого ночного кабака, на чьей сцене певичка, сидящая на перевернутой бочке, вульгарно демонстрирующая шелковые чулки и подвязки, бесстрастным голосом напевает сентиментальное «Влюбляясь снова». Лола Лола привлекает к себе, ничего для этого не делая, и вместе с тем бросая чувственный вызов ликующей толпе собравшихся поглазеть на нее юнцов. Насквозь прокуренный декаданс сливается со сладковатым предчувствием ночи предвоенного Берлина, увлекая в круговорот хмеля и грез. Жизнь прогоркла и вот уже недалекая шлюха становится богиней. В романе Генриха Манна основной идеей было обличение изжившего себя уклада на примере учителя Гнуса, за чьей благопристойностью скрывались нечистоты. В фильме Джозефа фон Штернберга профессор Иммануил Рат вызывает неподдельное сочувствие вопреки тому, что он примитивен, он ничтожество, он не способен творить – только подчиняться. В отношениях с Лолой Лолой это хорошо видно. Только раз профессор проявит неподдельную живость, когда начнет душить свою жену. Рат неспособен вызывать симпатии, но его жалеешь. В паре сцен в начале, после встречи с Лолой Лолой, он даже становится немного похож на озорного мальчишку, что разбавляет его черствость. Однако он так и останется марионеткой, неспособной принять ни одного внепланового изменения в спектакле жизни. Точно так же он не мог понять смерть канарейки, каждое утро распевавшей песни, пока он завтракал, и вдруг однажды околевшей. Как так, как смогла она взять и нарушить привычный порядок вещей? А между тем псевдозагадочная Лола Лола с лицом Марлен Дитрих за завтраком, похожим на отрепетированную семейную сценку, лишает свободы увальня профессора. Иммануила Рата уже ждет участь шута, о чью голову разбивают куриные яйца. Отправив его на все стадии нравственной деградации, звезда «Голубого ангела» остается легкой, неунывающей и простодушно циничной: «если сгорают крылья, я не виновата». Говорят, Марлен Дитрих приходила в ярость, когда ее начинали сравнивать с сыгранными ею героинями. Разгадку бешено популярной белокурой немки тщетно пытались найти в ее работах. Ведь Марлен умела наполнять примитивные характеры обаянием и ареолом таинственности. В Лоле Лоле при желании можно обнаружить поразительное простодушие, наряду с вульгарностью и…очарованием. Если Рат не вызывает любви, но затрагивает жалость, то Лола Лола заслуживает порицание, но вместе с тем не является злодейкой в общепринятом понимании. Певичка кабаре по сути проста и недалека, но из-за своей спокойной отрешенности видится загадочной, чуть ли не роковой красоткой. Потому фильм не только аллегоричный, но еще глубоко жизненный. В начале ХХ века в основном выходили ленты о героях-любовниках, борющихся с обстоятельствами и рискующих собой, о влюбленных, не могущих быть вместе из-за различных социальных положений, о дамах полусвета, безответно любивших… Эти истории наполнялись иллюзиями. Если герои в них умирали, то их любовь оставалась жить вечно, ничто не было напрасным. С «Голубым ангелом» все иначе. Лола Лола маняще поет о любви, но это лишь ничего не значащие слова. Начинаясь как сатира, фильм постепенно перерастает в острую драму человека, общества, морали, становясь предчувствием грядущих перемен не только в угасающей кайзеровской Германии двадцатого века, но любой деградации общества любого столетия.

После просмотра этот фильм язык не поворачивается назвать иначе как драмой. Марлен Дитрих здесь прекрасна - живая, несовершенная, еще не застывшая в свой фотографический образ, добрая, понимающая и пустая до безжалостности. Кабаре, много пудры, ножки в чулках, клоуны, вместо ангелов какие-то дикие, толстые пупсы. Все ограничено очень микроскопическими масштабами - начиная от крошечной комнатки, куда непонятно как набиваются зрители и артисты, заканчивая общим пространством всего действия фильма, общей совокупностью метров, в которых проходит жизнь героя. Как птичья клетка. В фильме много символов, не то, чтобы глубоких, но напоминающих нам о том, что считывать символы, даже топорные, мы подразучились (вернее, никогда толком и не умели). За несколько лет появления звука в кино (3 года), лица актеров не разучились играть - даже каждый школьник и официант второго плана умеет играть на своем лице, как на инструменте. Фильм имеет кольцевую композицию: все началось и кончилось одной и той же песней на одной и той же сцене. Мне видится ключевой сцена, когда профессор просыпается в неком подобии скворечника у своей возлюбленной, пьет кофе. Поет птичка в клетке. Крупный тиран мелкого пошиба - учитель гимназии, с именем, очень напоминающим культовое сочетание 'Иммануил Кант', как мальчишка или как романтик, что вместе только и возможно, влюбляется к роковую красавицу, буквально попадает в умело расставленные сети - легко и без особых стараний ловца. Сам пришел с цветами, сам предложил свою руку и сердце, свою судьбу и свою жизнь. Его покорили три кусочка сахара и заботливые руки, помогающие залезть в пиджак и гладящие по суровым усам - вот оно гнездо, петушок, курочка и яички. Бывший въедливый преподаватель английской литературы согласен быть петушком, кукарекать и не быть профессором, быть подавателем щипцов и чулок и не быть грозой взрослеющих мальчишек. Но 'я вся любовь, я пою и играю, не моя вина, что мужчины слетаются ко мне, как бабочки на свет огня'. Птичка была певчая, не одомашненная. Птичка играющая и шутливая, озорная и бесчувственная. Остается амплуа клоуна, яйца твоих надежд разбиваются о твою глупую голову, в которой уже ничего нет. Все билеты на шоу бывшего профессора раскупили. Птичка умерла. Она давно не пела. Никогда не пела, если честно... только прилетала на свист и пение. Фонарь выхватил Гнуса из толпы, затащил его на сцену и выплюнул вновь на свое место в мире - за парту. Это была его так странно сыгранная роль, перед доской, в комнате, где он учил других как жить. Да, любовь, конечно - когда мы любим, мы уходим в жизнь любимого человека полностью, мы готовы разделить с ним все - от выпивки и щипцов до эротических фотографий и накладного носа. Мы улетаем из своей клетки, а там, где нас не любят, три кусочка сахара в чашку будут падать недолго. Женщина-птица, как женщина-песня (Кармен), поет просто потому, что не может не петь. Призываемый пением быстро надоедает. 'Ты мое сердце, ты мое все'... когда белых голубей иллюзий и любви извлекают из твоей головы, не остается ничего. За земными столиками работают не райские птицы, а сирены, ничего не обещающие. Заходи, путник, здесь ты обретешь иллюзию любви. Но лучше б, глупец, раздувал ты перышки на открытке - юбка птицы поднимается, но пока ты не услышал ее голос, ты в безопасности. Но профессор взлетел. Полетел на любовь, с любовью. Пропустил столько боев городских часов, взлетел в ложу любимого человека. В одной клетке птица осталась жива, все так же поет, только чуть грустнее, а в другой окостенела, только ее лапа, очень похожая на человеческую, намертво вцепилась в парту, за которой прошла ее жизнь, на которой лежала подаренная гвоздика - увядший знак того, что его когда-то любили. Да, я, кажется, поняла, почему этот фильм - мелодрама. Это действие, вызванное песней.

Решила посмотреть этот фильм, читая книгу ученицы Карла Густава Юнга, Марии Фон-Франц о типа личности. Там она приводит пример того, куда может нас завести психика, если мы не отдаем ей почтения! С точки зрения психологической правды фильм, несомненно, убедителен. Но то, что меня больше всего потрясло, так это пронзительная игра главного героя - профессора. Это талант на уровне Раневской и Евстигнеева! Просто смотреть - как он живет в этом фильме и получать эстетический оргазм! Великолепно! Какое мастерство! Смотреть непересмотреть! Это называется - Актерская игра! В течение всего фильма. А Марлен Дитрих - как она божественно естественна! Именно эта естественность так ценна, что хочется стать похожей на нее - стать собой, принять себя таким неудовлетворительным, понять и простить. Она - цельная натура, хотя и, непорядочная, но судьи - кто, кто кинет камень? А я бы ее простила за все! Лишь бы она - пела для меня, вовлекая меня в мир, в котором и мне погрешить порой не помешало б. Она не пытается быть лучше, и не ждет к себе особенного уважения. Она - живет как умеет. А как умею жить я?...

Что может погубить тирана, кроме собственного народа? Естественно, любовь — слепая и безрассудная, жестокая и страстная, взывающая к самым низменным и самым искренним человеческим чувствам. Что может погубить тирана и заставить его быть вновь инфантильным мальчишкой, бредящим лишь Ей, одной из миллиона? Это должна быть не просто Женщина и не просто Богиня — само воплощение женственности, сексуальности и агрессии. Именно с такой женщиной и встретился профессор Иманнуил Рат, прозванный своими несовершеннолетними учениками Учителем Гнусом, профессором Унратом. Россыпь фотографий, с которых на него бесстрастно и вызывающе смотрела некто Лола Лола — певичка из кабаре, во имя любви к которой всеми уважаемый профессор Рат потерял голову и жизнь его более уже не была прежней. «Неистовый эстет» — так прозвали многочисленные кинокритики режиссера Джозефа фон Штернберга, вошедшего в историю мирового кино как главного первооткрывателя возможностей звука в немецком кинематографе и выдающегося художника, чьей музой стала великолепная и роковая дива Марлен Дитрих, которую фон Штернберг снял в шести своих фильмах. Первой их совместной работой и дебютом Дитрих в звуковом кино стала лента «Голубой ангел» 1930 года — один из первых громких и наиболее признанных немецких звуковых фильмов, в котором ярко воплотился как неистовый эстетизм фон Штернберга, так и его стремление к ряду философских и социально-политических обобщений в Германии, медленно, но неумолимо вступавшей в эпоху перемен под знаменем Национал-Социалистической Партии во главе с тогда еще не самым известным герром Шикльгрубером. Роман Генриха Манна «Учитель Гнус, или Конец одного тирана», датированный 1905 годом, был далеко не лучшим и отнюдь не выдающимся произведением писателя — типичная история зажиточного среднестатистического бюргера, павшего жертвой любовного мезальянса к классической разратной роковой девице, которая из достопочтенного тирана, коим был герр профессор по своей закосневшей натуре, стала лепить все, что ее душе было угодно и подавила в нем окончательно всякие остатки мужественности, однако Джозеф фон Штернберг раскрытием лишь одной этой темы, формально главной и единственной в художественной структуре фильма, безусловно, не ограничился. При первой встрече за кулисами пропахшего дешевым виски и дымом уцененных сигарет кабаре Рат выглядит смешно и нелепо, он попал на представление в чуждом ему театре жизни, он скован и по-детски смущен откровенностью Лолы Лолы, граничащей с эпатажем и вульгарностью. Но ради такой женщины, которая к тому же моложе его эдак на десяток лет(можно углядеть и порочно-прекрасные мотивы набоковской «Лолиты» в «Голубом ангеле»), он уже готов на все, однако в финале фильма Рат уже совершенно жалок и сломлен, его воля и дух истерзаны молодой хищницей, полюбившей своего профессора лишь на краткий миг, но не навсегда. Они были слишком разные и, если Лола Лола, в миру Роза, привыкла к жизненному карнавалу, то для бюргера Рата перемены в его стабильном укладе оказались тлетворными и чересчур болезненными, откровенно деструктивными. Собственно, именно этой, приближенной к оригинальному произведению, трактовке смысловых пластов картины придерживался и сам режиссер, однако весьма нетрудно прочесть фильм и как острокритический памфлет в сторону отмирающей немецкой буржуазии, тех самых славных бюргеров, в руках которых некогда была вся полнота власти, но с течением времени и болезненных исторических процессов, произошедших по окончании Первой Мировой, такие типажи, как Иммануил Рат, стали для немецкого общества воплощением падения некогда мощной Империи. Общество требовало реванша, в воздухе все больше витал дух отмщения и старики-бюргеры должны были уступить место молодым подобру-поздорову. И они, как и профессор Иммануил Рат, послушно последовавший за своей обольстительной феминой, уходили, предчувствуя недоброе. Однако есть в фильме и иная доля его пророческой видения — Рат и Лола Лола в своих странных отношениях будто восходят к реальным, но тогда еще бывших никем друг другу Гитлеру и Еве Браун, однако в фантомной реальности кино Ева оказалась намного сильнее своего патриарха-любовника. В фильме фон Штернберга также можно отчетливо увидеть элементы театра commedia dell’arte, где в роли персонажа квазиученого Доктора выступает герой актера Эмиля Яннингса — профессор Иммануил Рат, в роли Бригеллы — герой Курта Геррона, а Марлен Дитрих — роскошная, сексуальная и роковая Лола Лола — это гротескное воплощение юной влюбленной. Фильм подчеркнуто театрален, экспрессивен, кинематографический масштаб заменен камерностью действия и налетом гротеска в высветлении центральных характеров ленты. Однако в руках выдающегося эстета Джозефа фон Штернберга commedia dell’arte становится tragedia dell’arte, в которой все переполнено символизмом и неоднозначностью трактовок, которые и ныне делают данный фильм и документом своего времени, и картиной, изысканным кинополотном, находящемся вне всякого времени и пространства. … А на прокуренных подмостках дешевого кабаре, под звуки рвущего душу саксофона, развратно куря табак и обольщая кружевной паутиной собственных чулок, вновь выступает Лола Лола. И будет сладко, и томительно, и мучительно больно ее следующему мужчине, попавшему в сети страстной обольстительницы.

Фильм Джозефа фон Штенберга «Голубой ангел», снятый по мотивам романа Генриха Манна «Учитель Гнус, или конец одного тирана». Фильм вроде бы как, о человеческом ничтожестве, /во всяком случае так считал создатель фильма/, но вместе с тем и о любви. Фильм вызывающий самые противоречивые чувства, но главное наверное всё таки жалость. Жалость к человеку, обычному человеку, слабому в силу своей физиологии и моральных принципов. Человеку, прожившему жизнь, не так как хотелось, понималось и мечталось, Человеку, которого не ждёт ничего хорошего. Джозеф фон Штенберг, американский режиссёр, сценарист и композитор, австрийского происхождения. Снимал кино в Германии, США, /предпоследний свой фильм снял в Японии/. Всё жизнь метался меж двух берегов, /Европа – Америка/, да и время такое, в Германии к власти пришёл нацизм, в Америке свои сложности, не морального, так материального порядка, скандалы из-за связи с Марлен Дитрих, /она играла во многих его фильмах/, да и характер видать был не подарок, /как часто бывает у творческого человека/. Генрих Манн, немецкий писатель и общественный деятель, старший брат писателя Томаса Манна, /всего братьев Маннов было трое и две сестры, обе покончили жизнь самоубийством/. До того как стать писателем, торговал книгами. Жизнь его тоже была не сахар, он был лишён Гитлером немецкого гражданства, возглавлял Союз немецких писателей в эмиграции, писал петиции против нацизма. Фильм «Голубой ангел», один из первых звуковых фильмов, фильм, открывший миру Марлен Дитрих, фильм, оказавший влияние на мировой кинематограф, /ссылки на фильм можно разглядеть во многих классических лентах/. Добавлю ещё, фильм был запрещён к просмотру в нацисткой Германии, /и только Гитлер тайком смотрел его в своей канцелярии/. Сюжет. Маленький провинциальный, предвоенный городок, средняя школа, учитель, Иммануил Рат, /Эмиль Яннингс/, одинокий человек, педант и зануда узнаёт, что его ученики посещают ночное заведение «Голубой ангел» А ещё там выступает певичка Лола Лола, /Марлен Дитрих/. А ещё к нему попадают, /то есть он забирает у учеников/, открытки с изображением Лолы Лолы, / с пикантным, как бы сейчас сказали, креативным решением, с вместо юбки у Лолы Лолы наклеенным лебяжьим пухом на который если дунуть, открывались места, обычно скрытые от посторонних глаз/. Посидев и продев ночь около открыток, Рат решает самолично зайти в «Голубой Ангел». А там, потеряв голову от любви, он не сдержавшись сделает Лоле Лоле предложение, она его принимает и они становятся мужем и женой. Вот на этой весёлой ноте, /дабы опять не затесались спойлеры/, мы перейдём от сюжета непосредственно к впечатлениям и критическим замечаниям. И жили бы они, как в сказке долго и счастливо, да не та любовь. Не та любовь о которой Лола Лола поёт свои песенки. Впрочем и любовь о которой поёт Лола Лола ненастоящая, вот такой парадокс, непросто это, любовь. Слишком уж тонкие грани, от божественного до суррогата, от искреннего до игры. Потому, как говорим мы о комедиантах, у них свои правила игры, /под названием любовь/, весь мир театр, и любовь их не более, чем декорация театральная. Просто не надо от неё что-то ждать. Не будешь ждать, здоровей будешь. Лола-Лола внутри такая же, как и красивая картинка с её изображением на афишке, наклеенной на входную дверь заведения. Нельзя любить картинку, /или можно?/, и картинка тебя любить не будет, /или можно себе представить, что будет?/. Представь, и купи пикантную открытку и Лола Лола будет твоя. Такая вот любовь. Мы же о любви говорим? Вот и я говорю о любви, хотя нормальный человек может задастся резонным вопросом, при чём здесь любовь. Да только при том, что в «Голубом ангеле» можно красиво отдохнуть, как сейчас говорят оттянуться, посмотреть на ловкого фокусника, грустного клоуна и красивые женские ноги в чулках, выпить шампанского и почувствовать себя, пусть на короткое время, но счастливым. Вот при этом здесь любовь. Вот только при чём здесь Рат с его глупыми представлениями о мироустройстве и своём месте. Учительствовать, это одно, /бесспорно сложное дело/ жить это другое, /куда сложней, чем учительствовать/ а жить, так как хочешь, это вообще из разряда недостижимого. Потому, как не мы диктуем миру, а мир нам. Рат, как истый учитель пытается диктовать, диктовать, а обстоятельства требуют подчинения, он уступает, как влюблённый, но правда жизни не играет в поддавки. Правда жизни, она как каток, она прёт и прёт, пока не раздавит. Вот такое оно ничтожество. Не всему подберёшь правильное определение. Как знать, сломался б сам, или… потому как жизнь непросто, при том что у всех она разная у всех, но что-то есть и общее, болезненное, своё. Наверное любовь. Та сама любовь, которая кого поднимет, кого со всего размаху низвергнет с высот. «Падение влюблённого человека» © Джозеф фон Штенберг Автору конечно видней, но я б дал немного другое определение, «трагедия влюблённого человека». Может именно потому, никого не хочется осуждать, просто по человечески жаль. Какой ни есть, а человек всё таки. И любовь, всё таки какая б ни была, а любовь.

Порочная, сексуальная, потрепанная жизнью, даже помятая, не первой молодости, но все еще желанная и однозначно пробуждающее желание некрасивая красавица Лола Лола. Чемодан с откровенными фотографиями, как продолжение астрального плана ее недешево выглядящих подвязок. Скучный преподаватель. Пожилой, толстый, неказистый, казалось бы начисто лишенный тестостерона. Наверное, лучший кандидат для проповедования ложных истин в школе. Очень уж точным оказался контраст, показанный в этом фильме. Пропитанный некрофилией проводник квази-моральных установок, замещающий услаждение своего эго позитивным влиянием на детей и пропитанная сигаретным дымом варьете девица. Что может лучше характеризовать Его, нежели мертвая птица заботливо вытаскиваемая из клетки? Но и она ведь ничуть не лучше. Ее ужимки просты и непринужденны. Все ходы понятны. Прыщавые юнцы будут хранить ее интимные фотографии много позже ее свадьбы. Да и муж не просто так закукарекает на свадьбе. В прямом смысле. И дело тут совсем не в особой игре Марлен Магдалины Дитрих. Ничего особенного она не показала. Вся зажигательная смесь в контрасте. Слияние сексуальности с патриархальной этикой. Залезший под стол Эмиль Яннингс взирающий на коленки Марлен. Возможно именно эта сцена много раз сюрреалистическим колоритом отблескивала в творчестве Бунюэля. Финал неумолим и неожиданен. Эрос прижимает все поползновения Танатоса оставляя всяческие толкования на долю зрителей. И не нужны детали. Публика рукоплещет Марлен. Новых зрелищ. Лола. 8 из 10

Что может погубить тирана, кроме собственного народа? Естественно, любовь - слепая и безрассудная, жестокая и страстная, взывающая к самым низменным и самым искренним человеческим чувствам. Что может погубить тирана и заставить его быть вновь инфантильным мальчишкой, бредящим лишь Ей, одной из миллиона? Это должна быть не просто Женщина и не просто Богиня - само воплощение женственности, сексуальности и агрессии. Именно с такой женщиной и встретился профессор Иманнуил Рат, прозванный своими несовершеннолетними учениками Учителем Гнусом, профессором Унратом. Россыпь фотографий, с которых на него бесстрастно и вызывающе смотрела некто Лола Лола - певичка из кабаре, во имя любви к которой всеми уважаемый профессор Рат потерял голову и жизнь его более уже не была прежней. 'Неистовый эстет' - так прозвали многочисленные кинокритики режиссера Джозефа фон Штернберга, вошедшего в историю мирового кино как главного первооткрывателя возможностей звука в немецком кинематографе и выдающегося художника, чьей музой стала великолепная и роковая дива Марлен Дитрих, которую фон Штернберг снял в шести своих фильмах. Первой их совместной работой и дебютом Дитрих в звуковом кино стала лента 'Голубой ангел' 1930 года - один из первых громких и наиболее признанных немецких звуковых фильмов, в котором ярко воплотился как неистовый эстетизм фон Штернберга, так и его стремление к ряду философских и социально-политических обобщений в Германии, медленно, но неумолимо вступавшей в эпоху перемен под знаменем Национал-Социалистической Партии во главе с тогда еще не самым известным герром Шикльгрубером. Роман Генриха Манна 'Учитель Гнус, или Конец одного тирана', датировнный 1905 годом, был далеко не лучшим и отнюдь не выдающимся произведением писателя - типичная история зажиточного среднестатистического бюргера, павшего жертвой любовного мезальянса к классической разратной роковой девице, которая из достопочтенного тирана, коим был герр профессор по своей закосневшей натуре, стала лепить все, что ее душе было угодно и подавила в нем окончательно всякие остатки мужественности, однако Джозеф фон Штернберг раскрытием лишь одной этой темы, формально главной и единственной в художественной структуре фильма, безусловно, не ограничился. При первой встрече за кулисами пропахшего дешевым виски и дымом уцененных сигарет кабаре Рат выглядит смешно и нелепо, он попал на представление в чуждом ему театре жизни, он скован и по-детски смущен откровенностью Лолы Лолы, граничащей с эпатажем и вульгарностью. Но ради такой женщины, которая к тому же моложе его эдак на десяток лет(можно углядеть и порочно-прекрасные мотивы набоковской 'Лолиты' в 'Голубом ангеле'), он уже готов на все, однако в финале фильма Рат уже совершенно жалок и сломлен, его воля и дух истерзаны молодой хищницей, полюбившей своего профессора лишь на краткий миг, но не навсегда. Они были слишком разные и, если Лола Лола, в миру Роза, привыкла к жизненному карнавалу, то для бюргера Рата перемены в его стабильном укладе оказались тлетворными и чересчур болезненными, откровенно деструктивными. Собственно, именно этой, приближенной к оригинальному произведению, трактовке смысловых пластов картины придерживался и сам режиссер, однако весьма нетрудно прочесть фильм и как острокритический памфлет в сторону отмирающей немецкой буржуазии, тех самых славных бюргеров, в руках которых некогда была вся полнота власти, но с течением времени и болезненных исторических процессов, произошедших по окончании Первой Мировой, такие типажи, как Иммануил Рат, стали для немецкого общества воплощением падения некогда мощной Империи. Общество требовало реванша, в воздухе все больше витал дух отмщения и старики-бюргеры должны были уступить место молодым подобру-поздорову. И они, как и профессор Иммануил Рат, послушно последовавший за своей обольстительной феминой, уходили, предчувствуя недоброе. Однако есть в фильме и иная доля его пророческой видения - Рат и Лола Лола в своих странных отношениях будто восходят к реальным, но тогда еще бывших никем друг другу Гитлеру и Еве Браун, однако в фантомной реальности кино Ева оказалась намного сильнее своего патриарха-любовника. В фильме фон Штернберга также можно отчетливо увидеть элементы театра commedia dell’arte, где в роли персонажа квазиученого Доктора выступает герой актера Эмиля Яннингса - профессор Иммануил Рат, в роли Бригеллы - герой Курта Геррона, а Марлен Дитрих - роскошная, сексуальная и роковая Лола Лола - это гротескное воплощение юной влюбленной. Фильм подчеркнуто театрален, экспрессивен, кинематографический масштаб заменен камерностью действия и налетом гротеска в высветлении центральных характеров ленты. Однако в руках выдающегося эстета Джозефа фон Штернберга commedia dell’arte становится tragedia dell’arte, в которой все переполнено символизмом и неоднозначностью трактовок, которые и ныне делают данный фильм и документом своего времени, и картиной, изысканным кинополотном, находящемся вне всякого времени и пространства. ...А на прокуренных подмостках дешевого кабаре, под звуки рвущего душу саксофона, развратно куря табак и обольщая кружевной паутиной собственных чулок, вновь выступает Лола Лола. И будет сладко, и томительно, и мучительно больно ее следующему мужчине, попавшему в сети страстной обольстительницы. 10 из 10

Широкий кругозор никому не повредит, знания сделают вас лучше – сколько раз мы соглашались с этими фразами. Ох уж эти интеллектуалы, эти учителя, профессоры! Полмира чуть ли не молится на них. Да все. Кроме … Иозефа фон Штернберга. Да, порой умный человек поможет простым доверчивым людям да и не только им. Герой фильма профессор Рат ведет свою хорошую, почтенную жизнь занимаясь «просвещением» -- преподаванием немецким школьникам «неведомо чего», английского. И он большой мастер важно, убедительно преподнести то, в чем никто не разбирается. А вот … то, в чем люди разбираются – в любовных интрижках, в развлечениях сможет ли наш почтенный профессор соблюсти чувство собственного достоинства? О, это действительно принципиальный вопрос, вопрос чести. Профессор влюбляется в певичку кабаре «Голубой ангел» -- теряет работу и посвящает ей свою жизнь. Интрига фильма коварна – а ценна ли его персона, а значительно ли его жертвоприношение? А любовь это всегда жертвоприношение и всегда дело чести. Любовь как дуэль все расставляет по своим местам… Мудрецы ищут простоты и успокаиваются тогда, когда простая жизнь начинает устраивать их, но любимый мною профессор Рат, страстно жаждущий развлечений, ищет для себя карьеры Богемной Персоны, чуть ли не поп-звезды позволяя себе риск сделать себе близкой поп-звезду не притеснив ее. Но это-то как раз самое сложное – быть авторитетом в области развлечений. Изобретать адронный коллайдер куда спокойнее. Профессор Рат – alter ego «безумца» фон Штернберга, не вызывает улыбки путаясь в юбках и устраивая скандалы Лоле Лоле (Марлен Дитрих). Надоевший богеме как собака он вызывает мои аплодисменты. Первый клоун в этом кабаре он его единственная звезда! В возрасте Рата прилично быть философом («любителем мудрости»), но глубокий Иозеф фон Штернберг снял глубокий фильм об отчаянной любви … к любви. Прекрасной? Ужасающей…

Возможно, автор романа Генрих Манн и был недоволен интерпретацией своего детища на экране, на то он и автор, но совершенно нельзя согласиться с мнением о том, что фильм «Голубой ангел», снятый по роману «Учитель Гнус» в 1930 году, режиссером Джозефом фон Штернбергом, не является потрясающей историей, способной заинтересовать и заинтриговать зрителя. Разумеется, фильм потерял бы половину своих красок, не будь выбрана на роль танцовщицы Лолы головокружительная Марлен Дитрих. На момент съемок фильма, актриса еще обладала пышными формами, что, кстати удачно вписывалось в создаваемый ей образ. Вообще, стоит отметить, что образ Лолы был основным в картине, все события от начала и до финала, строились исключительно вокруг загадочной танцовщицы. Сперва, Лола появляется, только как образ с открытки, который тут же привлекает яркостью, эпатажностью. Затем, зритель непосредственно знакомиться с Лолой и постепенно распознает черты ее характера. К концу, она уже не кажется такой милой, в её характере преобладает эгоизм и легкомыслие, но на протяжении всей ленты Лола ни на секунду не потеряла своего обаяния, и это, безусловно, заслуга блистательной Марлен Дитрих. Но удивительные метаморфозы на экране происходят, однако не только с героиней Марлен Дитрих, по такому же принципу и персонаж Эмиля Яннингса. Сначала, это строгий профессор, уважаемый человек, далее он попадает под власть Лолы и магическим образом меняется. В нем нет больше строгости, он мягок и кроток, это поведение никак не может совмещаться с прежним профессором. Но и таким Гнус оставался недолго, непреодолимый напор Лолы, раздавил профессора, он стал, чем-то мелким, едва ли его теперь можно считать человеком, едва ли он сам себя теперь считал человеком. Он стал только приложением к своей жене. Все это постепенно вело его в бездну. Очень символично, что покой профессор обрел там, откуда ушел, откуда был изгнан – в своей гимназии. Фильм оправдал возложенные на него надежды, ведь как никак, а именно он - «Голубой ангел» стал первым звуковым фильмом Германии. Объяснить недовольство автора очень просто, ведь когда он писал свое произведение он видел его иначе, режиссер же переосмыслил роман, в итоге мы получили готовый продукт, достойный и по содержанию и по режиссуре, и по драматургии.