Бог существует, её имя – Петруния

Режиссёр Теона Стругар Митевска, родившаяся в Македонии, однажды наткнулась на интервью женщины, которую общество считало сумасшедшей, нечистой и грешной. Всё дело в том, что в Македонии существует традиция: во время Крещения, после крестного хода священник кидает в холодную воду крест, а затем верующие мужчины прыгают его ловить, чтобы обеспечить себя удачей на целый год. И вот, совершенно неожиданно, в 2014 году в воду прыгнула женщина и поймала крест, тем самым нарушив давнее правило — только мужчины могут принимать участие в мероприятии. Само собой, женщина стала популярна за счёт своего экстравагантного поступка и несмотря на осуждение толпы всё же смогла добиться того, чтобы ежегодно наравне с мужчинами представительницы прекрасного пола так же могли принимать участие в традиции. В основу сценария фильма «Бог существует, её имя — Петруния» хоть и лёг реальный случай, но матерая Теона Стругар Митевска, собаку съевшая на фестивальном кино, решила в художественных целях приукрасить её, прибавив к ней сатирический подтекст. Режиссёр из простенькой истории, в которой победил здравый смысл, превратил её в абсурдное и весьма ироничное зрелище, чья намеренная глупость доводит зрителя до истерики ближе к финалу. При этом, картина остаётся очень важным социальным комментарием на тему равноправия, ущемления прав и необоснованного превосходства одного пола над другим. Она не боится подшучивать над всем этим, но знает свою меру, оставаясь серьёзной. «Петруния» даже не боится критиковать религию с её патриархальными устоями, раскалывая их в пух и прах объективным взглядом на мир, против которого даже вера бессильна. Петруния — проживающая с родителями одинокая 32-х летняя полная девушка с образованием историка, которая никак не может устроиться на работу. Причин, почему так, лента даёт несколько. Во-первых, девушке очень сложно найти профессию по диплому, а во-вторых, Петруния далеко не так привлекательна, как того хотелось бы большим начальникам. Даже когда она почти подверглась сексуальному насилию со стороны своего возможного работодателя, режиссёр делает акцент на том, что сама героиня не особо то и против, а даже хочет этого, но в ответ слышит: «Я не смог бы с тобой переспать». И по возвращению с очередного неудачного собеседования, Петруния проходит мимо Крещения и становится свидетелем того, как толпа мужчин прыгает в воду за крестом. В этом момент что-то в голове героини щёлкает, и она бездумно, то ли от безысходности, то ли её сам Бог толкает, прыгает в реку и ловит заветный крест. И здесь то и начинается веселье: мужчины силой выхватывают крест из рук девушки и присваивают его себе, несмотря на возмущения служителя церкви. Позже, конечно же, Петруние удаётся выхватить свой крест и убежать с ним домой, наслаждаясь победой, но не тут-то было. Девушку объявляют в розыск, весь город её ищет и считает шлюхой, осквернившей святую святынь. Даже родная мать начинает её оскорблять и избивать. Этот момент весьма интерес с точки зрения психологии персонажей, поскольку старшее поколение уже на подсознательном уровне из-за религии и её патриархальных устоев зачастую теряет здравое видение мира. Позже Петрунию задерживают, отвозят в полицейский участок и пытаются зачитать ей обвинения по статье об экстремизме. Именно с этого момента все события в фильме начинают походить на чистой воды фарс, поскольку по всем законам девушка ничего не нарушала. То, что женщинам нельзя участвовать в традиции — правильно, а вовсе не закон. Очень быстро фильм начинает превращаться в камерное кино, поскольку главная героиня весь оставшийся хронометраж проводит в полицейском участке, к дверям которого подходят разгневанные мужчины, которые за собственными взглядами а-ля: «ну я же мужик», ничего не видят. Конечное же, режиссёр не могла сделать всех мужчин в своей картине поголовно тупыми сексистами, хоть таких и больше, нежели чем тех, кто смотрит на ситуацию трезво и даже начинает проявлять симпатию к Петрунии, всячески её поддерживая. Самое смешное, что все вокруг понимают, что Петруния права, когда пытается отстоять своё законное право на крест. То, что творится в полицейском участке, пожалуй, можно описать как эйфория абсурда. Полицейские кричат, смешивая Петрунию с грязью на религиозной и гендерной почве в то время, как девушка спокойно и методично отвечает: «Собственно говоря, так я арестована или нет?». Это забавно, потому что Петрунии никто не зачитывал права, поскольку её и не за что было арестовывать. Всех просто возмутил тот факт, что женщина, именно женщина и ещё раз женщина поймала крест. С лёгкость можно сказать, что «Бог существует, её имя — Петруния» — феминистическое кино. Вот только на самом деле, это не так. Хоть «Петруния» и поднимает актуальные и излюбленные темы этого движения, но всё же фильм старается отстраниться от подобных ярлыков, это будет не совсем корректно. Теона Стругар Митевска сняла в первую очередь картину о здравом смысле, находящимся в центре истории, рассказывающую о человеке, подверженому физическому и моральному насилию со стороны полоумного общества, которое действует вопреки логике, исходя из половых признаков. Картина настолько отстранена от набирающего популярность феминизма, что зачастую даже очень тонко и далеко не самыми прямыми способами насмехается над ним, ведь режиссёр не пытается добиться каких-то привилегий для женщин своим фильмом, это от части кино о людях. Человек заслуживает право на счастье в независимости от того, какого он пола, расы и сексуальной ориентации, и ни у кого нет права оспорить это. «Бог существует, её имя — Петруния» — картина о победе здравого смысла над складывавшимися годами двуличными и попросту абсурдными нравственными ценностями, поднимающая сложные темы, преподнося их простым, доступным языком. Очень важный в контексте сегодняшнего дня фильм, больше похожий на острый комментарий, не выходящий за рамки комедии, не старающийся кого-то обидеть, а выполняющий больше воспитательную функцию. Кино на злобу дня, как говорится, о том, как человек борется за идею, возникшую не на пустом, добиваясь своего, эволюционируя в процессе вместе с обществом, ради которого он и делает то, что делает. Кстати, а что будет с миром, если он вдруг узнает, что Бог — женщина? 8 из 10

- Товарищи, я не настолько глупа, чтобы в обществе таких благородных людей держать при себе ключи, товарищи. Я их спрятала в надёжном месте... - Где ключ?! Ключ где, паршивая моя?! - Сильна малышка. Оказывается, белые вороны ещё существуют. - В природе это большая редкость, но, по счастью, у нас есть. - По счастью, у вас есть. 'Гараж', 1979, реж. Э. Рязанов Что перед нами? Гимн Справедливости? Крест водружённый на собственные плечи по доброй воле? Едва ли не христианская притча? А попробуй разберись... Конечно, каждый волен сам видеть, что именно предлагает ему автор. И потому мнения в оценках порой имеют диаметрально противоположные полюса. Кто-то видит и слышит очевидные вещи. Другой, на оба уха оглох, на оба глаза ослеп. Словно пелена пала. Таращится, пучится очами, результат нулевой. Не дано, знать. Пора, не пришла. Сюжет один и тот же, восприятие - просто небо и земля. Бывает такое? Спустя двадцать веков, история из Древности на новом витке в повторении. Без богохульства, в вольной трактовке изложения и переиначивания. Если хотите... Впрочем, может быть я увлёкся и это мне лишь показалось. Спорить не стану. Лишь изложу. Когда-то давным-давно, плотник из Иудеи (тот, что демонстрировался Мартином Скорсезе в 'Последнем искушении Христа'(1988) был избран и призван в 'предназначении'. Крест понёс. Был предан. Был оскорбляем. Был судим. Был распят. Кто только не глумился, кто только не бесновался находясь рядом. Распни-распни-распни, кричали... Это уже потом, позже, пришло понимание. Или не пришло - что сотворили. А сегодня мы в Македонии. И едва ли не та же самая история в обрамлении, нам на ознакомление. Вместо того самого 'плотника' - неказистая, бесформенная 'золушка' гонимая всеми и ото всюду. Даже матерью родной взнуздываемая. И неожиданно для всех, крест 'обнявшая'. Ношу на себя, по доброй воле, взвалившая. Отдай-отдай, - говорят. Отнять хотят, рвут из рук. Но лишь улыбается в ответ расцветающая красотой дива. Образом своим, светлеет. И вот она уже всеобщая знаменитость. Телевидение, интервью, вопросы-вопросы... А что? А как? А почему? Веришь? Крещёная? Да, уж... А тут и 'Каифа' упором укоров в надрыве вдруг проявился, и 'Понтий Пилат' в расспросах дознание чинящий 'воскрес', и толпа бесноватых религиозных фанатиков в неистовстве плюётся и матерно ругается... шлюха. Какая она шлюха? Почему шлюха? Двадцать веков минуло, а ничего не изменилось... Люди всё те же. Как собаки злые. Что вверху, то и внизу. Что было, то и будет. И всё повторится вновь. И опять, и опять, и опять. Бесконечно. Религиозной догматики, ни на грош. Скорее потеха. Скорее комедийная балагурщина. И серьёзное тоже, присутствует. ...так плыть нельзя. Как я плыву не в тайне и не наяву, не на свету и не во тьме не на носу, не на корме не раздавая, не храня и нет, в ладье моей... меня 6 из 10